Артефаки. Часть 1

Глава 5

Глава 5

 

Комната отдыха была овальной, что несколько выбивалось из общей атмосферы строгих прямоугольных офисов компании. Стены были цвета платины, в середине стояли зелёные пуфики, а по углам расставлены спальные места — длинные оранжевые капсулы с откидными крышками. Внутри были датчики твёрдости/мягкости перины, а также возможность регулировать температуру. На самой крышке высвечивался таймер, через сколько минут прозвенит будильник, который указал отдыхающий работник.

Я посмотрела на четыре капсулы. На двух из них горели зелёные огоньки, значит, они свободны. Мне предстояло выбрать из оставшихся двух. Подойдя к левой, я осторожно приподняла крышку. Вздрогнув, человек проснулся и удивлённо посмотрел на меня.

— Простите ради Бога! — тихонько извинилась и поспешно закрыла крышку.

Подошла ко второй капсуле и по чуть-чуть начала её открывать.

— Папа, привет. Прости, пожалуйста, что разбудила, — шёпотом проговорила я, чувствуя себя на редкость паршиво. Уж кому, как не мне, жительнице синей ветки с чокнутой семейкой, знать, насколько важен сон. — Прости-прости-прости. Просто ты весь в делах, и я с тобой поговорить нормально могу только здесь.

Отец сонно открыл глаза, не совсем осмысленным взглядом посмотрел на моё раздосадованное лицо.

— Что-то случилось? — Он потёр глаза, хотел было сесть, но я откинула крышку не полностью, так что он ощутимо стукнулся головой.

— Мне нужна твоя помощь.

Я отошла в сторону, позволяя ему самому открыть капсулу и сесть в полный рост. Руперт Берлингер выглядел неважно: уставшее лицо, заспанные глаза, осунувшаяся на щеках кожа. Он горбился сам по себе, и это только усугубляло впечатление от его состояния.

— Что такое? — тихо спросил он.

— Помоги мне с плетением, умоляю. Большинство сотрудников ушли домой, а все остальные придут сюда ближе к ночи. Никто нас не увидит. Тебе не скажут, что ты плохой начальник и помогаешь дочери.

Руперт нахмурился.

— С плетением? А что у тебя не получается?

— У меня ничего не получается, — вперив глаза в пол удручённо сказала я.

— А… где артефакт? На каком этаже? — пытаясь собраться с мыслями, отец постучал себя по щекам.

— Я его сюда принесла.

Мой палец уткнулся в конструкцию, которая стояла на полу рядом с капсулой и немножко подсвечивалась из-за энергии мага. Руперт моргнул несколько раз, а затем нахмурился:

— Это же элементарно.

— Ну что я могу сделать, что я тупая, и не понимаю этого! — раздосадовано прошипела. — Я не знаю, что с этим делать!

— Почему ты не попросила Эвана объяснить?

— Надо было, но я… немножко настроила его против себя. Боже, пап, умоляю, помоги. Иначе завтра я вылечу со стажировки.

— Тебе вообще не стоило сюда идти, — хмуро проговорил он и поспешно добавил: — Не из-за твоих навыков, а из-за того, что мы… родственники.

— Если я вылечу, то все будут говорить, что твоя дочь тупая. А значит, у тебя бракованные гены.

Руперт посмотрел на моё лицо, и в его взгляде промелькнуло веселье.

— А они не бракованные?

— Я очень умная вообще-то. А если ты мне объяснишь, что делать с этими плетениями, то стану ещё умнее.

— Ладно, ставь сюда, — вздохнул отец.

Он слез с перины, на освободившееся место мы поставили громоздкую конструкцию для производства артефактов. Отец встал по одну сторону капсулы-кровати, я пристроилась напротив.

— Знаешь, какие существуют линии?

— Да, A, B, C. В теории я всё знаю. У меня с практикой проблемы.

— Хорошо. Найди мне линию А.

— Э? Вот в этом вот комке?! — Я красноречиво указала на шедевр, который создал мой рациомаг. Даже наушники, повалявшись в кармане, не могли бы так запутаться.

— А ты как думала? Мы тут не пончики печём, — сонно улыбнулся отец, склоняясь ниже. — Это ювелирная работа. Нужны ловкие руки и хорошие мозги. Присмотрись. Опиши, что ты видишь?

Я тоже наклонилась и вгляделась в плетение.

— Вижу много линий.

— Какие они?

— Яркие и не очень. Есть те, что крупнее, а есть совсем тоненькие.

— Угу. Линии А самые тусклые и самые тонкие. Ищи их. Я обычно выделяю их первыми, чтобы легче было работать с остальными. Линии А не играют важной роли в самой магии, они нужны, чтобы закончить рисунок. Самые важные — линии В и С.

— Я вижу, — победно отозвалась я, тыча пальцем в комок энергии.

— Угу. Бери её. Аккуратно. Не порви, иначе придётся создавать новый сгусток. А твой маг, я так понимаю, уже ушёл.

Дрожащей рукой я подцепила одну из линий и начала вытягивать её из общего вороха.

— Хорошо. Ты читала инструкцию?

— Да.

— Помнишь, на какую иголку цеплять?

— Да, на номер три.

— Правильно. Вытягивай нежнее, это очень тонкая материя.

— Ох-х…

— Не бойся. Чуть-чуть… да, так, молодец. — Руперт осторожно накрыл мою руку своей и показал, с какой силой стоит тянуть. — Давай, я нацеплю, ты посмотришь и следующую сама сделаешь.

Он действовал так складно, словно играл на струнах гитары. Его пальцы аккуратно сцепили энергетические линии с игольным ушком.

— Теперь сама.

Я нашла ещё одну линию А и уже с большей уверенностью вытянула её из плетения, а затем закрепила на игле.

— Ну, в принципе без генетического теста понятно, что ты моя дочь.

— В смысле?! — тихо возмутилась я.



Анастасия Вернер

Отредактировано: 04.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться