Артропода

7

Сегодня наверху было холоднее обычного, и Кира жалела, что не надела под куртку второй свитер. Ветер непрерывно выл в ущелье, а когда она поднялась на гребень горы, порывом ее чуть не сбило с ног. За прошедшие дни Кира раз десять сумела выбраться погулять и неплохо изучила окрестности. Бродить по распадкам, шнырять среди глыб, осматривать мелкие гроты и пещерки она могла бесконечно. Здесь она чувствовала себя в безопасности – изучив этот каменный хаос, она могла моментально спрятаться, если бы кто-то появился.

Найдя удобное место за ветром, Кира вынула термос, бутерброды и с аппетитом пообедала, одновременно чутко следя за любым движением вокруг. Но, как внимательно она ни смотрела, а появление одного из обитателей «Артроподы» пропустила.

Он вылез из-за камня метрах в тридцати, невысокий тощий парень чуть постарше ее, и завертел головой, соображая, куда идти дальше. Замершую между глыбами девочку он не замечал. Она тихо-тихо убрала за пазуху термос и покралась в сторону ближайшей расщелины, но не дошла. Камни частью были покрыты ледком, подошва ботинка скользнула по такой корке, Кира взмахнула руками и брякнулась, упустив из-под куртки термос. Тот загремел, перекрывая вой ветра. Кира пыталась встать, но сильно ушибла колено и не могла как следует опереться на ногу.

Парень заметил ее.

— Эй! Что с тобой такое?

— Не подходи! – Кира замахнулась подвернувшимся булыжником. Парнишка удивился:

— Ты ненормальный? Я вообще-то помочь хотел.

— Не нужна мне твоя помощь! Иди куда шел!

— А ты сам-то куда шел? – с любопытством спросил он.

— Твое какое дело! – огрызнулась Кира.

— Ты из какого отделения? Я тебя не помню. Как тебя зовут? Я Джек Митч.

Кире было неловко снова посылать его, и она неохотно ответила:

— Я… Кир Кинг.

— Надо же, однофамилец нашего доктора, - удивился Джек. – А может, он твой родственник? Вы похожи.

— Я его сын! – с вызовом выпалила Кира. – Только попробуй меня тронуть!

— Очень мне надо тебя трогать, - фыркнул Джек. – Ты припадочный какой-то, еще покусаешь! Как вернешься домой, попроси у папаши успокоительное.

Он повернулся к ней спиной и неторопливо полез через глыбы. Кира провожала его настороженным взглядом. На вершине каменной гряды Джек оглянулся через плечо и крикнул:

— Эй, псих, на земле-то долго не сиди, задницу отморозишь!

Кира не ответила. Джек подумал, вернулся и спросил:

— Встать не можешь, что ли?

— Колено сильно ушиб, - неохотно призналась она.

— Сказал бы сразу, - Джек протянул ей руку. – Пойдем.

С его помощью Кира встала и попросила:

— Помоги мне добраться до каньона, дальше я сам. На территорию мне не надо.

— В смысле? Ты что, в Могильнике живешь? – Джек заржал. – Тебя папаша из дома выгнал? А что ты там ешь? Только не говори, что покойников обгладываешь!

— Нет, я… - Кира замялась: рассказать или нет? Этот парень почти ее возраста, он выглядит совсем безобидным, и он предложил ей помощь. В книжках герои, бывало, начинали дружить после того, как один помогал другому. У нее никогда не было друзей…

Она сказала:

— Отец не разрешает мне гулять на поверхности, я пришел сюда по туннелю. Мне всегда хотелось увидеть, как тут, наверху. Я ведь всю жизнь прожил в бункере под госпиталем.

— Что, правда? – изумился Джек. – Да твой отец, похоже, чокнутый! Как можно всю жизнь продержать человека в бункере?! Тогда понятно, почему ты такой странный. И что ты там делал все эти годы? Как ты вообще здесь оказался?

— Я живу здесь с рождения.

— А откуда здесь взялась твоя мать?

— Когда отца сослали, она последовала за ним. Ее кто-то сбросил на планету в спасательной капсуле.

— Вранье! Твоя мать даже не могла знать, куда его отправят, это же закрытая информация! Она, наверное, тоже была преступницей. Все говорят, что на планете есть женская колония, только никто не знает, где именно.

— Мама не была заключенной, - оскорбилась Кира. – Я сказал тебя правду.

— Ну ладно, - недоверчиво протянул Джек. – А почему твой отец не отправит тебя на Землю?

— Раньше он говорил, что мы когда-нибудь вернемся вместе, а теперь… Не знаю. Он уже ничего про Землю не говорит. Мне кажется, он не очень-то хочет возвращаться.

— А тебе самому здесь тоже, что ли, нравится?

— Мне… мне тут нормально. Я не был на Земле, а здесь привык. Раньше, когда видел только бункер, мне хотелось выйти на поверхность, а теперь, когда могу гулять наверху, мне больше ничего не нужно.