Арвеарт. Верона и Лээст. Том I

Часть Первая. Глава 6.

В проёме двери — заскрипевшей — возник силуэт входящего — мужчины в джинсах и свитере — высокого и взлохмаченного. Войдя, он застыл на месте. Лицо его — горбоносое — молодое и привлекательное — отразило его состояние — изумления и смятения, на что Верона подумала: «Неожиданная реакция. Он как будто в растерянности, но со мной это точно не связано». Сделав подобный вывод, она чуть присела, кланяясь, а Маклохлан шагнул в её сторону и спросил в напряжённой тональности:

— Мисс Блэкуотер? Простите. Здравствуйте. Вы давно?.. Вы кого-нибудь видели? Вы были готовы заранее?

— Здравствуйте, мистер Маклохлан. Нет, я никого не видела и, кроме того, я не думаю, что «была готова заранее». Готова к чему, простите?

Джош недоверчиво хмыкнул:

— Вам что, ничего не рассказывали?

Поскольку на то мгновение он уже успел к ней приблизиться — весь окутанный запахом алкоголя, сигаретного дыма — въевшегося, и «Минотавра» — рассеянного, но все ещё уловимого, она, покраснев невольно, ответила: «Нет, не рассказывали». Астролог, опять растерявшись — по причине того, что Верона проявила такое смущение, сам проявил смущение и пробормотал:

— Вы знаете, я просто неправильно выразился. Я просто хотел узнать у вас…

— Что? — спросила Верона, так как экдор Маклохлан, не справившись с восприятием, замолчал, отвернулся в сторону и вызвал тем самым паузу — не долгую, но существенную — для неё — в отношении прошлого, для него — в отношении будущего, уже однозначно вершащегося.

— Ничего, — произнёс астролог, опуская на стойку сумку — спортивную, с прочными лямками. — Как вам мой дом в Лисканноре? Вы заскучали, наверное?

— Напротив, мне там понравилось. И соседи очень приятные. Очень доброжелательные.

Джош представил её в Лисканноре: как она ходит по лестнице, читает старые книги, смотрит в окно на мельницу, варит кофе в медном кофейнике, изучает его фотографии — те, что он делал в юности, спит на его кровати, разговаривает с соседями… Взгляд его, чуть потерянный, обратился к папке с бумагами.

— Интересная каллиграфия. А что за язык, простите? Я раньше с таким не сталкивался.

— Сэр, язык португальский, но просто я с детства кодируюсь. Это — система записи.

— Вот как? — спросил Маклохлан. — Храните секреты в тайне? Но всё — до поры до времени…

Верона кивнула с согласием. Вновь послышалось треньканье. Створка двери распахнулась и в пабе возникли трое: медноволосый парень — красивый, зеленоглазый, атлетического сложения, шатен с древнегреческим профилем — кудрявый, с большими наушниками, и круглый блондин в бейсболке, мало чем примечательный на фоне своих сотоварищей.

— Первый курс, — информировал Джошуа. — Присмотритесь к ним повнимательнее.

Возникшие в пабе юноши проявили себя по-разному. Медноволосый парень моментально сориентировался, поклонился в виде приветствия и, после кивка профессора, посмотрел на своих однокурсников. Смуглый шатен в наушниках не сумел удержать удивления, а третий буквально рухнул — упал на колени, скрючился и застыл в таком положении.

— Джентльмены, — сказал астролог, — сегодня мы тут без формальностей! Маккафрей, встаньте, пожалуйста! С этим ещё успеется! И, кстати, прошу познакомиться! Это — ваша сокурсница! Мисс Верона Блэкуотер! Из Иртара, как вы понимаете!

Медноволосый парень поклонился повторным образом, второй произнёс: «Bon giorno!» — и тоже склонился в приветствии, а третий поднялся с пола, пролепетал: «П-простите…» — и согнулся с таким выражением, словно ему за шиворот подбросили псеудехиса. Джошуа усмехнулся:

— По-моему, мистер Маккафрей несколько перенервничал. Пожалуйста, мистер Девидсон, требуется вмешательство. А вы, Аримани, присаживайтесь. Ждать ещё час, как минимум.

Привычный к подобному Девидсон взял Маккафрея за руку — для прямой контактной суггестии, а эффектный шатен с наушниками подошёл к ближайшему столику и сел, улыбнувшись Вероне — открыто и по-приятельски. Маклохлан, шепнув ей в ухо: «У него восемьсот по Эйверу. Я имею в виду — у рыжего…» — извлёк из кармана книжку — журнальчик, сложенный вчетверо, и пояснил:

— Судоку. Дошёл до последнего уровня и застрял с позапрошлого вечера.

— Не страшно, — сказала Верона. — С судоку такое случается, — и, пока профессор усаживался, успела за три секунды обменяться короткими взглядами и с Аримани, и с Девидсоном, в результате чего продолжила: — Простите, мистер Маклохлан, я могу пообщаться с ними, если это не воспрещается?

Джош обернулся на столик, что выбрали первокурсники, и ответил с излишней серьёзностью: «Общайтесь, если вам хочется». Бровь его изогнулась и он добавил с иронией:

— Полагаю, что вас, в силу молодости, тянет пока на общение не с мужчинами, а со сверстниками.