Арвеарт. Верона и Лээст. Том I

Часть Вторая. Глава 14.

Кабинет опустел за минуту, во время которой Джошуа, в смешанном состоянии нервного возбуждения и крайнего недовольства, поднял линейку с пола, а Верона, приблизившись к шкафу, стала с большим интересом изучать корешки учебников. Когда первый курс удалился, Маклохлан занял позицию ближе к столу, чем к шкафу, и достаточно долгое время смотрел на её футболку и на клёши с двумя заплатками. «Мисс Блэкуотер», — позвал он тихо, не выдерживая молчания, и когда она повернулась, решил проявить в себе джентльмена:

— Простите, что я сорвался. Я никогда им не пользовался. Вся нужная информация имеется в наших квердах и собрана эртаонами. Нужда в телескопах отсутствует.

— Сэр, — сказала Верона, — я тоже прошу простить меня. Я позволила себе лишнее.

— Не страшно, — сказал Маклохлан. — Я рад, что вы проявили такую заинтересованность. Но я знаю, что там, в Иртаре, астрологию не изучают, и мне вправду сложно представить, как вы со всем этим справитесь. Четыре объёмных учебника, несколько каталогов, пара больших монографий…

— Справлюсь, — сказала Верона. — Недели мне будет достаточно. Мистер Маклохлан, поверьте, вам не о чем беспокоиться.

Джошуа дёрнул бровью:

— Мне бы хотелось надеяться!

— Я знаю свои возможности.

Профессор развёл руками, давая понять тем самым, что выбирать не приходится, и предложил внезапно:

— Пройдите за парту, пожалуйста. Я должен ввести вас в курс дела, насколько это получится. Получаса нам хватит, я думаю.

Верона, с верным предчувствием, что реальные планы профессора расходятся с предложением, села за первую парту, стоявшую в метре от подиума. Маклохлан — с листком бумаги и тонким немецким фломастером, занял соседнее место и сказал чуть осевшим голосом: «Дайте мне вашу руку. Я хочу показать вам кое-что…»

— Что? — спросила Верона.

— Я хочу прочитать ваше прошлое.

Возникшее напряжение возросло ощутимым образом — до степени осязаемости на рецепторном уровне. Верона невольно нахмурилась:

— Простите, мистер Маклохлан, мы могли бы начать с теории? Зачем вам знать моё прошлое?

— Нет, — сказал Джош, — не могли бы. Именно в этой науке всё начинается с практики, и я должен продемонстрировать, каким образом это делается.

В силу свойственной ей эмпатии, а также науки ради, Верона подумала: «Бог с ним…» Кисть её — нежная, тёплая, с тонкими длинными пальцами, опустилась в ладонь астролога — напряжённую и горячую. Он закрыл глаза — для настраивания — и тут же открыл их снова, войдя в контакт — атретивный — с той устрашающей лёгкостью, которая достигалась в одном единственном случае — при наличии у респондента аналогичных способностей. Верона, резко краснея — от возникшего вдруг желания раскрыть ему душу полностью, подумала: «Нет! Проклятье! Зачем я ему позволила?!» — а сам он, весь взбудораженный — и её непосредственной близостью, и обилием той информации, что на него обрушилась, облизал пересохшие губы, пытаясь стабилизироваться. Так протекла минута.

— Мисс Блэкуотер, пожалуйста, слушайте… — произнёс он, чуть успокоившись. — Вы родились на юге. Ваша мама много печатала. Вы жили тогда в вагончике. У вас был щенок… дворняжка, потом он погиб случайно. Когда вам исполнилось восемь, вы подожгли столовую. В десять вы стали охотиться… «Сезон охоты на Дракулу». В одиннадцать с половиной вы сломали левую ногу, разбившись на параплане, сконструированном из зонтиков. В двенадцать — ожёг на запястье…

Верона, осознавая, что астрологу стали известны те постыдные факты из прошлого, что она утаила от Лээста, внутренне похолодела и вместе с тем испытала странное облегчение.

— Насколько я понимаю, — продолжал констатировать Джошуа, — вы на себе проверяли порог болевой чувствительности. И вслед за тем — отравление… я должен сказать — алкогольное. Вы украли спирт у директора. Затем вы стали выращивать табак на школьном участке, сушить по своей технологии и продавать самокрутки девочкам-старшеклассницам. Потом вас на этом поймали… скандал был невероятный. Потом под своей кроватью вы развели серпентарий. Потом — три письма Ардевиру, любопытного содержания. И дальше — торговля наркотиками. Марихуаной в частности…

— Так и есть, — усмехнулась Верона. — И что вы на всё это скажете? Что на деле я не заслуживаю права учиться в Коаскиерсе?

Джош отпустил её пальцы, наслаждаясь подобной реакцией, и ответил: «Да нет. Почему же? Разумеется, вы заслуживаете. Это всё напрямую свидетельствует о вашей неординарности». Затем он немного выпрямился и посмотрел на доску с оставленной Джимми надписью:

«Надёжные астропрогнозы. Обращаться к Джеймсу Бонду. Пенсионерам — скидки. Оплата — только наличными».

— Сэр, — сказала Верона, — спасибо за демонстрацию. Вы — просто Дэвид Копперфильд, но навряд ли я что-то усвоила, если это у вас относится к формированию навыков.