Асфоделевый луг

Размер шрифта: - +

Глава 1.

Ни без тебя, ни с тобой жить не могу.
Tecum vivere possum.
«Любовные элегии»,III,11,39

Индейцы Майя ошиблись насчет конца света в 2012 году, но с тех пор кто-нибудь чувствовал себя живым? Неброский провинциальный городок, обрамленный степными просторами на юге, к северу дугой спускающийся к реке. Кое-где усыпан уютными улочками, манящими запахом кофе и выпечки, старинными постройками, но в большинстве своем серый изнуренный уголок, откуда каждый мнит сбежать. Я стою посреди школьного коридора, сжимая томик Пушкина и попутно изучая расписание. Лучшая подруга-Алина, вечно любит сидеть в классе, заполняя дневник на недели вперед. Скучно. Внезапно взгляд приковывает незнакомый юноша. Он поправлял бабочку, стоя у зеркала, и слегка наклонив голову, смотрел мне в глаза. 
-Следишь? -прищурил незнакомец свои большие темные глаза.
-Еще чего,- фыркнула я. Демонстративно отвернувшись, я принялась выводить пальцем по расписанию, поражаясь наглости самовлюбленного незнакомца . Но почему-то вновь оглядываешься, пробегая едким взглядом по его рослой спине. Этот юноша с черными волосами совсем меня не интересует. 
Я иду по школьному коридору, в сотый раз пересматривая стенды, которые уже знала наизусть: биография ветерана войны, школьный актив и загадки а-ля детский сад. Мимо пронеслись хохочущие девочки, заметив парня, они кинулись в его сторону. Глупые девчонки. От наигранности и приторности в коридоре стало душно. Я вышла на улицу. День был прекрасный, начало сентября, когда осень еще не до конца наступила, но напоминает о себе кое-где пожелтевшими листьями. Мне нравилось подолгу смотреть на горизонт, обрамленный деревьями, осознавая, что я никогда не дойду до той черты. Мне было шестнадцать лет. Возраст, когда с верхних полок на меня поглядывают сиротливо брошенные куклы и игрушки. Я чувствовала себя посреди немой сцены. Я была далека ко всему. Звезды, по ночам водившие хороводы вокруг луны, насмешливо смотрели на меня, словно скрывая какой-то секрет. 
Спокойное дыхание августа нашептывало прощальные мотивы. Я шла по коридору, погруженная в свои мысли. Вроде бы все так, как прежде, изо дня в день ничего не происходит, но я чувствую, что взрослею. Я боялась взрослеть, не хотела бы быть как все эти взрослые. Будто происходило что-то важное, а я стою в сторонке и упускаю что-то. Поток моих мыслей прервал юноша, задев меня плечом. При этом он ухмыльнулся. Я бросила на него негодующий взгляд. В его глазах дьявол спрятал огни, казалось, взгляни на них, как сгоришь дотла. 
В первый же день я опоздала, войдя в класс после звонка. Я села за первую парту. Учитель биологии как всегда опаздывал. Одноклассники без умолку шутили, вызывая приступы смеха. Но было у вас так- ты вроде смеешься, но на душе что-то не то? За лето многие изменились, сначала мы снова привыкали друг к другу. У парней появились усики, у девочек на груди обрисовывались два заметных бугорка. Вошла Нелли Максимовна, она была невысокого роста, весьма тучная женщина с сальными волосами, собранные кое-как заколкой. Она всегда таскала с собой сумку, напоминавшую небольшой чемодан, переполненный лекарствами и заумными книгами. Хотя она вовсе не старая, несмотря на ее поседевшие у корней волосы. Она была очень доброй, из-за чего ей помыкали остальные учителя. Почему-то доброта у них воспринимается за слабость. 
Начался урок, мы едва отходили от каникул, поэтому учиться сейчас никому не хотелось. Часто мы заговаривали учителей, притворяясь, что нам интересно, как в 95 году они учились в техникумах. Никто из учителей до сих пор не внял этой уловке, хотя с виду умные люди.  После школы я не знала, куда пойду учиться. По всем предметам у меня пять, но то, кем я буду через несколько лет, я не знала. Это как дать ребенку игрушку, а он не знает, что с ней делать. Причем игрушка эта- жизнь. Я почему-то полагала, что наше детство никогда не кончится, что нам не придется взрослеть, что вся наша жизнь- это школа, в то время как в двери яростно стучалось юношество. 
Мне 16 лет, это 10 класс, новая жизнь и новая школа. Спутанные наушники под партой, руки в чернилах, разбитые мечты и сердце. Сижу на первой парте, скрываясь от палящего солнца, просачивающегося сквозь дешевые жалюзи. Нудная лекция, записываю слово в слово. Пустой класс, где полно тел, но нет ни души. Что я тут забыла? Об этом ли я мечтала в детстве, засыпая с верой в чудеса? Закрываешь глаза, мечтая оказаться где угодно, только не в этой душном, переполненным лицемерием, кабинете. Большая перемена, пьешь дешевый растворимый кофе в столовой. Горчит. Допиваешь, на дне тошнотворно сладко. Бегаешь из корпуса в корпус, повторяя конспект, а кому-то ради оценок достаточно пошевелить задом. Но ты не такая. Запрыгиваешь в переполненную маршрутку, встречая оценивающие взгляды зевак. В этом сером городе мечты гаснут, разбиваются, царапая на твоем сердце шрамы. Нужно бежать от этого города! Но что нас ждет впереди?
Тихий вечер, в такие моменты время словно замирает, и ты остаешься один на один со Вселенной. Мягкая трава едва касается нагих стоп, силуэты забытых деревьев с насмешкой поглядывают на то, как я осторожно ступаю по земле, беспокойно озираясь по сторонам, боясь наткнуться на змей. Тут их водится немало, а я ужасно их боюсь, и не важно, что кроме безобидных ужей тут никого нет.
Серебристая небольшая речка, растянувшаяся перед лесом, отражала небо, так и казалось, будто небо упало на землю. Рядом с берегом плескались мелкие рыбы, заражая своей беззаботностью. Птицы распевали песни и только сами могли понять свой мотив. О чем они поют? Что их волнует? Куда они вечно спешат, порхая над людьми с надменной важностью? Они никогда не смотрят на нас, заливаясь своей песнью,они грустят о своем. 
Прохладный ветер, дующий с речки, заключает в свои объятия. Ветер вечно спешит куда-то, взяв в плен лес и поле, он учит свободе. На душе было спокойно, с каждым звуком леса на сердце расцветал цветок. Тихо, даже можно услышать биение сердца.
Приходя домой после учебы, сбрасываешь сандалии, переодеваясь в домашнюю одежду. Кот беззаботно спит на кресле, изредка поддергивая усами. Мы живем с мамой вдвоем, она пропадала на работе с утра до ночи, все домашние дела выполняла я. За окном светит солнце, согревая лучами босые ноги, пока я стояла у плиты, готовя ужин. 
Наступил вечер, я сидела у окна, наблюдая за тем, как солнце садится за горизонтом, и на улице темнеет. Вскоре пришла мама. У нее не было настроения,  а я без умолку болтала, пытаясь развеселить ее. Но когда у человека плохое настроение- лучше оставить его в покое.
-Ты ни с кем не общаешься!- начала она,- такая же, как твой отец!
Ужасно, когда ты- копия твоего отца, того самого кретина, бросившего твою маму. И каждый раз, когда включаются твои недостатки- это гены того «болвана». Но сколько бы ты не повторяла, что ты не такая как он, все остается прежним. Твое лицо- это ходячее воспоминание, причем, не совсем приятное. Отец бросил нас, когда я была совсем малышкой. 
-Я и так все знаю о тебе!- продолжила мама.
-Ты ничего обо мне не знаешь!
Поужинав и помыв посуду, я распахнула окно. Прохладный воздух пронесся по комнате. Окна домов ярко горели на фоне безлунного неба. Место это не было мрачным, оно было уединенным, тихим. Дома строились ровным порядком, как солдаты в строю. Я жадно дышала свежим воздухом, будто кто-то собирался отнять его у меня.
Я была так чужда всему, даже в собственном доме порой мне было одиноко. Возможно, взрослые знают больше о жизни, но дети гораздо умнее их в отношении счастья. Мама пыталась отучить меня от привычки доверять всем. Она говорила, что с таким принципом не выжить в современном мире. Но разве эти нравоучения что-то изменят? Я же уже выросла, это словно посадить цветок, а потом твердить ему- будь красным, а не желтым, или же требовать от ромашки шипов. Чего нет, того и не будет.



Medina Musafir

Отредактировано: 09.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться