Асино чудо

Размер шрифта: - +

Асино чудо

Зое Александровне давно уже трудно подниматься по лестнице. Дочь переживает за неё, а потому всё ругает, мол, пользуйся лифтом. "Да какой там лифт, второй этаж же", - оправдывается Зоя Александровна. И тихо добавляет: "Пока могу. Вот, не смогу, тогда..." А сама поднимается тяжело, подолгу отдыхает на каждой ступени лестницы. "Зато, пока могу, значит жива", - виновато отдаёт зимнее пальто внучке в прихожей, улыбается правнучке сквозь одышку. 
- Не торопись, бабуль! Мы с Асей только что ёлку нарядили, мама на кухне. А мужчины пошли докупать что-то из маминого списка, так что мы, так сказать, женским кругом. Вы с Асей идите к ёлке, а я пока маме помогу.
Правнучка Ася, пятилетний неугомон, вьётся вокруг прабабушки. Зоя Александровна всегда с подарками: то игрушку какую принесёт, то сладкое, то сказку расскажет.
- Женский круг - это хорошо, - Зоя Александровна вставляет отёкшие ступни в специально для нее приготовленные широкие большие тапки, - Пойдем, Асенька, я тебе принесла чего.
Прабабушка и внучка заходят в большую, ярко освещенную электрическим светом комнату. У окна стоит живая нарядная ёлка, блестящая пластиковыми небьющимися шарами, мишурой, переливающаяся огнями китайской  гирлянды. 
Возле нее стоит потертое, но любимое кресло Зои Александровны, в которое та медленно, с поддержкой внучки, опускается. Ася садится вниз, к ногам прабабушки, на недорогой ковер из Икеа.
Переведя дух, Зоя Александровна достаёт из кармана своей вязаной шерстяной кофты сверток. Секунду держит его в руках, словно прощаясь, а затем бережно разворачивает старую газетную бумагу и вынимает потемневшую от времени деревянную ёлочную игрушку. Протягивает ее правнучке.
- Что это? - спрашивает Ася.
- Ангел.
Ася задумчиво вертит фигурку в руках, рассматривает.
- Он плохо сделан, - выносит вердикт ребёнок, - на Ангела даже не похож. Буратино какой-то...
Зоя Александра беззвучно смеется. "Видишь, дед Матвей, я в её возрасте тебе сказала то же самое, а ты говорил, что я ничего не понимаю в Ангелах!"
- Это особый Ангел. Его сделали во время войны, в Ленинграде. Он меня защищал во время блокады. Да и потом... Всю жизнь защищал. А теперь он - твой. Тебя будет защищать. Хочешь, повесь его на ёлку. Или под подушку положи. Только береги! Другого такого не найти, он единственный.
- А как он тебя защищал? Расскажи!
Зоя Александровна подалась из кресла вперед и нежно погладила Асю по белесой вихрастой макушке.
- Это он тебе сам расскажет, милая. 
- Тогда я его сегодня на ёлку повешу, чтобы он ночью у нас в квартире освоился, а завтра к себе положу. А они с Дедом Морозом не поссорятся, когда тот ночью придет?
Ася бережно прицепила Ангела на ароматную еловую лапу, где вперемешку висели новые ёлочные игрушки и пластиковые шары.
- Ты что, нет, конечно. Они с Дедом Морозом старые друзья... 
В прихожей хлопнула входная дверь. 
- Папа с дедой пришли! - Ася вскочила и побежала встречать завьюженных с мороза мужчин.

Когда отгремели все салюты Нового года и большая семья погасила свет в гостиной и уснула крепким сном, деревянный Ангел открыл глаза и огляделся. Кроме него, похоже, на ёлке не ожила ни одна игрушка. "Наверное, это потому, что их делала машина, а не тёплые человеческие руки. Души в них нет", - подумал Ангел и аккуратно вышел из деревянного тела. 
Размял затёкшие крылья. Всё-таки дед Матвей очень торопился, когда строгал деревянные: маленькие совсем получились, тесные очень.
Потянулся. Руки деревянные тоже только намёком вышли, вдоль туловища вытянуты.
Хорошо хоть ступни ног дед большие сделал. Можно сразу идти.
Ангел пошел по квартире.
Заглянул в спальню к дочке Зои Александровны, нашептал её мужу на ухо, как правильно комплименты говорить, а то за 20 лет без подсказки так и не справляется. 
Зашел в маленькую комнатку рядом, поправил одеяло внучке Зои Александровны, строго глянул и на её мужа. Кивнул. Хороший мужчина, для семьи старается. 
Медленно, чтобы не разбудить дремлющего на батарее кота, побрёл в комнату, где сегодня спали маленькая Ася и его маленькая Зоя.
Конечно, Ангел знал, что Зоя - уже давно Зоя Александровна, но так приятно было видеть её такой же маленькой, озорной и белобрысо-кудрявой, как юная Ася.
Две девочки тихо спали возле друг друга: пятилетняя Ася в кроватке, а восьмидесятипятилетняя Зоя - на диванчике рядом, как будто их не разделяло четыре поколения. Нежные лица: одно совсем гладкое, второе - в морщинах, в каждой из которых целая жизнь. Обе видели цветные новогодние сны, об этом Ангел позаботился. 
Чудесная ночь, волшебная. Ничто не должно было помешать семье Зои Александровны видеть прекрасные сны. 
Но кое-что он просто обязан был сделать.
Ангел сел на пол между двух своих подопечных. И соединил сны Аси и Зои.

******

За окном снова бумкнуло. Судя по звуку – далеко. Сидя на темной кухне, Зоя зябко сжалась в маленький комочек: воды не было, света тоже, топили одной буржуйкой две квартиры. Мама пока еще не вернулась из госпиталя, где помогала, а дед Матвей пропадал где-то, хотя время близилось к десяти часам вечера – комендантский час, значит скоро прийти должен. Мало кто осадной зимой будет ходить после десяти вечера: холодно, с Невы тянет ветром, темно, только по светящимся в темноте значкам и узнаешь редкого прохожего. А еще ночью ярко видны зарницы вокруг города, словно стена на небе и не выйти за неё. 

Зое стало совсем тоскливо от одиночества и противно от ноющего чувства голода: в детсаду, конечно, выдавали паёк, но этого было так мало, что к вечеру – хоть вой. Пашка, ее друг, говорил, надо попить тёплой водички и спать ложиться пораньше, а вставать попозже – пока спишь, вроде и есть не хочется. Но сегодня был канун Нового 1944 года, совершенно не хотелось спать. Но и новогоднего настроения не было. Как и ёлки.

Дед Матвей подошёл неслышно, пока Зоя незаметно для себя придремала спиной к двери, положив голову на руки. Поставил на стол несколько оплавленных свечей, зажег. Выложил из карманов пару кульков, обёрнутых тряпками. Взял с пустой газовой плиты чайник, и, поскрипывая ручкой, пошёл к соседям - греть. Газа тоже не было.

Зое приснился густой запах хвойных веток: смолисто-сосновый, свежий. Она открыла глаза и решила, что всё ещё спит: перед ней на столе стояла свежая сосновая ветка, на которой висели несколько новогодних шаров и деревянный ангел. Рука сама потянулась к ангелу, сняла его с ветки. Зоя удивленно ощупывала пальцами строганное дерево, кидая взгляды на ветку. Новогоднее чудо, не иначе!
За спиной Зои ахнула вернувшаяся из госпиталя мама. 
- Откуда ж такое чудо?
- Дед Мороз принёс, наверное, - прошептала Зоя.
В дверях послышались чуть шаркающие шаги и скрип ручки жестяного чайника.
- Дед Матвей, скорей уж, - улыбнулась мама. 
Зоя, наконец, налюбовалась веткой и повернулась к вошедшим на кухню. 
- Все деды друг друга знают! Не даром же меня на фронт не взяли: чтобы я тут помогал добрым силам! - подмигнул Зое дед Матвей. Сейчас будем праздник делать!
Мама Зои погрустнела.
- Да какой уж тут праздник, дед Матвей!.. Зачем всё это?
Но тот глянул на неё строго:
- Праздник, да молитва придают нашей жизни смысл. В праздник люди добрее друг к другу, в молитве - душа к Богу стремится. Без добра и Бога - какой в жизни смысл? А в доброте, да в Боге - кого нам бояться?
Эти слова, также, как запах сосновых веток и ощущение деревянного ангела в ладони, навсегда врезались в память Зои. И в самые тяжёлые свои моменты, она возвращалась в те секунды снова и снова, ощущая себя маленькой девочкой, внезапно почувствовавшей, как на плечи ей ложится невидимая защита, а на сердце разливается благость и уверенность, что всё будет хорошо. 
Тот Новый год запомнился, как самый чудесный: дома была сосновая ветка, на столе - откуда только дед Матвей раздобыл? - каша с кусочком масла, немного супа и чёрный чай, а в руке - подаренный ей дедом Морозом деревянный самодельный ангел, ее персональный хранитель и друг. Зоя загадала, чтобы поскорее кончилась война и с неба больше не падали бомбы.

27 января 1944 блокада Ленинграда была снята, а позже с войны вернулся живой папа. И это было настоящее чудо.

*******
Солнечным утром первого января, пока все домашние ещё спали, Ася проснулась и на цыпочках пошла проверять подарки под ёлкой.
На ветке, слегка покручиваясь на длинной нитке, висел деревянный ангел. Девочка бережно сняла его с ветки и положила в ладонь. Теперь его немного неуклюжее деревянное тельце показалось Асе родным и уютным.
- Спасибо, - едва слышно прошептала ему Ася, - за всех нас. Я видела тебя сегодня во сне...
 



Юлия Март

Отредактировано: 25.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться