Аскатон. Белая повелительница

Глава 10

10

Ксенерва лежала в спальне Алииды и обнимала спящую дочь. Она гадала о том, что принесет этот день, что перевернет в ее душе. Она помнила слова Аймона о том, что ее первый бой в состоянии эффекта с голурами ничто, по сравнению с тем, что ей предстоит пережить. Действуя осознанно, сможет ли она убить живое существо? Она понимала, зачем Аймон тащит ее с собой – чтобы она изнутри увидела и прочувствовала войну, так как она должна повлиять на ее исход. Но каким образом она не знала, и подозревала, что и Аймон этого не знает.

Алиида дернулась во сне, но продолжала спать. Ксенерва погладила дочь по спине. Еще эта дурацкая выходка с поцелуем и кровопусканием.

- Я хочу, чтобы ты взяла с собой кулон, который подарил Титранди.

Ксенерва вздрогнула, удивленная тем, что не заметила, как проснулась дочь.

- Давно не спишь? – Спросила Кеси, поглаживая дочь по голове.

- Давно. – Тихо ответила девочка.

- Почему молчала?

- Не хотелось говорить, и так хорошо с тобой лежать. – Ответила Алиида. – Пообещай, что возьмешь с собой кулон.

- Хорошо, возьму. Откуда ты знаешь, что я куда-то ухожу? – Спросила Ксенерва, разворачивая девочку лицом к себе.

- Я просто знаю. – Смутилась девочка. – Не могу тебе объяснить этого.

- Хорошо, не объясняй. – Сказала Ксенерва, чмокнув девочку в лоб и обняв покрепче. Она понимала, что никто не говорил дочери об их походе. И если Алиида не хотела сама говорить о своем даре, способностях или как это еще назвать, то Ксенерва не собиралась настаивать.

- Все будет хорошо, - сказала Алиида, - вы с Аймоном спасете не одну душу. И кулон тебе в этом поможет.

- Так и будет.

Девочка сжала ладонь матери.

- Я должна жить в Регуле.

- Что? – Оторопела Ксенерва. – Это Аймон тебе сказал?

- Нет. – Алиида повернулась лицом к матери. - Я сама знаю, так будет лучше для меня.

Ее лицо было серьезным и очень взрослым.

- Это спасет мне жизнь.

Ксенерва сглотнула.

- Не спрашивай меня, почему я так думаю. – Добавила Алиида. – Просто поверь мне.

Ксенерва кивнула. Глаза защипало.

- Когда ты должна туда отправиться?

- Сегодня.

«Так скоро?»

- Я провожу тебя.

- Не надо. Лаурелия меня туда отвезет. Она скоро зайдет к тебе, ты должна ее попросить об этом.

- Хорошо.

- И еще. – Алиида серьезно посмотрела на мать, ее взгляд стал невидящим. – Надень кожаную куртку.

Ксенерва удивилась, но ничего не сказала. Она верила своей дочери. Если нужно было сделать так как, она говорит, значит, так она и сделает. Ксенерва потерлась щекой о голову девочки, встала, и, поцеловав ее, вышла из комнаты.

Когда к ней зашла Лаурелия, Ксенерва ничуть не удивилась. Прихватив кофейник и печенье, они отправились на балкон. Усевшись на широкий каменный бордюр, они свесили ноги вниз и наслаждались легким теплым ветерком.

- Как тебе церемония? – Спросила Лаурелия. – Мне показалось жутковатой.

- Меня напротив, рассмешила. – Сказала Ксенерва, вспоминая бред на счет единой крови. – Постой, - нахмурила брови Ксенерва, - а ты откуда знаешь, я тебя не видела. Да, я вообще никого там не видела. Хотя Амин, заверял, что обязательно придет.

- Не видела, потому, что зрители сидели на балконах позади вас. Поверь мне, наблюдателей там было много. Даже Данника пришла. Я слышала о вашем конфликте. Мне показалось, что она готова была спрыгнуть и вырвать у тебя кубок с кровью.

- Надеюсь, что если бы это случилось – она переломала бы себе ноги.

- Это вряд ли. – Улыбнулась Лаурелия. – Ты общалась с Амином?

- Да. - И как он тебе?

- Такой же заносчивый, как и его брат. – Ксенерва вздохнула. – На самом деле у меня есть просьба.

- Какая?

- Алиида отправляется в Ректул. Она хочет, чтобы ты ее проводила.

- Оу… Конечно, я провожу. Но почему, вы так решили? – В ее голосе сквозило непонимание.

- Она сама так решила.

- Не рано ли ей принимать такие решения? – Удивилась Лаурелия. – Мы все знаем, что она необычная девочка, но все равно это как-то странно.

- Да, не то слово. – Согласилась Ксенерва. – Но она иногда чувствует какие-то вещи, и узнает то, чего не должна знать и не может узнать от кого-либо. И она сама пока не может этого объяснить. Но я ей верю.

Ксенерва отпила кофе и продолжила: