Астрочка. Научи меня

ГЛАВА 5

На следующий же день, я всё-таки заболела.

Сначала казалось, что пойти в университет мне под силу, но вместо этого из дома на улицу выходила лишь Блэр, чтобы купить мне лекарств. Поэтому об учёбе пришлось забыть, как и о баллах за посещение. И не только о них. Джейн написала, что Коулман дал тест, так что придётся забыть и об оценке за них.

Все попытки сделать за день хоть что-то свелись к проработке нового материала для статьи. Хотя в моей больной голове уже вертелись мысли о том, как мистер Адамс перечёркивает всё красной ручкой и при встрече скажет, что у меня только одна ошибка – вся статья. И, даже несмотря на то, что тема мне нравилась и я разобралась почти во всём, что мне было нужно, всё ещё оставались мысли о том, что он не сможет воспринимать мои «труды». Наверное, там слишком много ошибок. В следующий раз все заметки буду переводить на болгарский или белорусский, чтобы он не прочитал и уж тем более не исправлял. Вряд ли он может хоть что-то на этих языках сказать. Но кто его знает…

И, всё же, выйти было необходимо. Как минимум в аптеку, за ещё одной порцией лекарств. В процессе продолжающихся самокопаний и невероятного желания выпить весь горячий чай в доме, только бы горлу стало хоть немного легче, я собралась в это ужасающее учреждение, как услышала знакомые шаги. Они становились всё ближе и ближе, пока на лестнице не показался достаточно хорошо знакомый мне мужчина.

– Мисс Сандерс, доброго дня, – он улыбался как ни в чём ни бывало, также дружелюбно, как и в нашу первую встречу. Но, судя по голову, поход на крышу наградил кашлем не только меня.

– Здравствуйте, мистер Адамс, – мой голос был не лучше. – Кажется, теперь читать Достоевского под пледом, с чашечкой кофе, полезно нам обоим.

– Да, видимо, вчера я побеспокоился о Вас, но забыл о себе, – он подошёл ко мне ближе. Настолько, что, наверное, на таком расстоянии обычно разговаривают друзья. Это казалось мне фамильярным и немного необычным. Я всё ещё убеждала себя в том, что он – преподаватель. – Иногда эта черта не играет на руку.

– Давайте будем считать, что это просто возможность отдохнуть от университета, – мне как всегда хотелось найти что-то положительное в ситуации. Это и впрямь отдых. Конечно, не такой радостный и приятный, но до каникул ещё далеко, поэтому позволить себе расслабиться хотя бы на один день, важно. – Даже несмотря на то, что единственное место, куда можно выйти – это аптека.

– А я только оттуда, – он показал мне пакет с лекарствами.

– Что же, лечитесь. О том, насколько всё плохо в моей статье, спрашивать не буду, – я стала закрывать дверь. Глупо говорить о моих почеркушках, он ведь болен.

– Нет, я проверил. Около четверти, – он всё ещё продолжал меня удивлять. Зачем?

– Вы ведь болеете! Зачем так? – я не выдержала. Мистер Адамс снова взялся за «науку». Но одно дело, когда взгляд свеж, а другое – когда ты болен и лучшее решение – лежать под пледом и спокойно пожинать плоды хорошей ночи. – А вдруг от этого Вам стало только хуже? Статья может подождать, да и в теме я почти разобралась…

– Нет, всё хорошо, наука не ждёт, – мужчина продолжал начатое вчера. А я думала, хотя бы на некоторое время, мне удалось его переубедить. – Если хотите – могу рассказать о своих замечаниях прямо сейчас, как только возьму Ваши заметки. Только теперь мы будем сидеть строго в помещении.

– Если хотите – можем перебраться ко мне, – возможно, в этот момент температура сыграла со мной злую шутку. Говорить себе думать о Достоевском было уже поздно. Мой язык всё ещё мой враг, на каком бы я ни говорила.

– Хорошо, если Вам так удобнее, – он кивнул так, будто в этом предложении не было никакого контекста. И чем чаще в голове вспыхивали воспоминания о вчерашнем вечере, тем больше контекста было в моих словах.

Как только мы попрощались, я залетела в квартиру как дикая птица. Один взгляд – и комната тут же показалась мне мусорником. На стульях висели вещи, свою кровать я решила не заправлять, журнальный столик был забит бумажками, а на кухонной тумбе резали глаз остатки каких-то «физических» экспериментов Блэр.

– У меня две минуты, – я дала себе команду, после чего кинулась всё убирать. Иногда от температуры меня заносило в сторону, но в занятой распихиванием вещей по углам голове ни разу не промелькнула мысль о том, почему так. Мы стараемся держать квартиру в чистоте, но ещё с утра это помещение казалось мне оплотом опрятности. Почему? Вещи на спинках стульев лежали весьма аккуратно, бумагу на столике можно было оставить как есть, а эксперименты Блэр… вдруг она с ними не закончила? Но почему я об этом не подумала? Почему мне вдруг стало не всё равно, что обо мне подумает мистер Адамс?

Ящик с макулатурой захлопнулся как раз в тот момент, когда раздался звонок в дверь. Я успела, я успела, я успела.

Вошедший в квартиру преподаватель проходил медленно, будто из-за стены на него в любой момент мог наброситься монстр. Выглядело это забавно, но, увы, наше обиталище до сих пор не обзавелось домовым или каким-то другим мифическим существом. Интересно, как бы он воспринял мистера Адамса? Кажется, время напомнить своим мыслям о Достоевском.