Атлас Богов

ГЛАВА 17

Глава 17

Сначала послышались шорох и глухие удары о дерево, затем шипящие струйки свежего воздуха прорвались в узкое тёмное пространство выпустив на волю сильно спёртый воздух. Кто-то мощными ударами сбил крышку грубо сколоченного продолговатого ящика в человеческий рост.

Лежащий внутри ящика раб в кровоподтёках выглядел ещё живым, но находился в бессознательном состоянии. Посиневшие костяшки и сбитые в кровь пальцы раба свидетельствовали о долгих и безуспешных попытках выбраться из рукотворной тюрьмы.

- Плесни-ка на него это! - худощавый надсмотрщик подал ведро беззубому напарнику, доверху наполненное дурно пахнущей массой, в которой то и дело всплывали экскременты. - Пусть «освежится»! Ха-ха!

- С радостью! – беззубый напарник с готовностью принял ведро и с размаха вылил на пленника, тряся опустевшую тару.

Юрий очнулся и вскочил, но поскользнулся и упал. Кошмар истязания не только не закончился, но ещё и набрал новые обороты, на этот раз в форме неслыханного унижения.

Первое, что он увидел - две скалящиеся пропитые рожи вооружённой охраны толстяка-работорговца. В тот же момент, по сознанию стегнул наглый хохот надсмотрщиков и только после этого он учуял вонь, в которой стоял и ощутил ту мерзкую жижу, что стекала с него в отворённый ящик.

Слепая ярость захлестнула резко налетевшей бурей. В разуме что-то щёлкнуло, мир вокруг приобрёл багровые тона, и Юрий сам не успел понять, как очутился на краю ямы, одним прыжком оказавшись рядом с внушительным на вид противником. Но теперь всё это казалось вовсе не важным! Переполненный истинной злобой удар сжатым добела кулаком пришёлся прямо в переносицу надзирателя – тот даже не успел закончить хохотать и уж тем более понять, что произошло... Второй рукой Юрий перехватил запястье противника с освобождённым из ножен кривым мечом, сдавил и с силой вывернул.

Послышался мерзкий хруст и холодное оружие сменило хозяина.

В то же время, пока голова беззубого откидывалась назад от неожиданно мощного удара, широкое полотно меча резко нацелилось в область груди, ещё ничего не успевшего понять, худощавого надзирателя.

Растерявшиеся ровно на миг сторожа рабов, быстро поплатились за ошибку, но ситуация только начинала раскручиваться переходя в неподконтрольное затуманенному яростью разуму событие. И о вожделённой личной мести заявлять было ещё слишком рано.

Вздрогнувший худой ротозей даже слегка подпрыгнул от неожиданности, осознав часть происходящего заторможённым похмельным тугодумием. К тому времени лезвие вонзилось в его живот, как раз в тот момент, когда худой выхватывал длинный кинжал. Кровь хлынула из глубокой раны, заставив зажимать разрез и вопить что-то непонятное на местном наречии, но Юрий не медлил и рванул кинжал из слегка расслабившейся руки противника, схватив его прямо за широкое лезвие. Перехватил за ручку и через мгновение со свистом обрушил на голову беззубого надзирателя.

Два злодея нашли свою судьбу…

Юрий, измазанный теперь ещё и кровью, услышал скрип входной двери рабской тюрьмы. Перешёл на быстрый шаг, а затем и широко прыгнул в сторону двери - повезло - голову больно чиркнуло болтом или стрелой выпущенной из окна, судя по звуку, но на это отвлекаться времени нет совсем.

Лишь щёлкнул последний засов, а дверь приоткрылась - он со всей силы ударил в неё правой ногой! Вложил в пинок накопившуюся ярость и всем весом вдавил дверь внутрь, тем самым застав врасплох не ожидавшего такого приёма третьего надзирателя, решившего проверить, что за странные звуки доносились с улицы.

И не прогадал.

Бугай, получив сильнейший удар дверью по лбу, повалился на спину обратно в помещение. С перекошенным злобой лицом, всего через два толчка взбесившегося пульса, Юрий оказался рядом с поверженным охранником словно яростный обезумевший демон, вырвавшийся из ада смердящий дикой вонью крови и нечистот.

Испуганный охранник заметил в руках «демона» окровавленный смутно узнаваемый меч, с которого обильно стекала кровь и нечто ещё, пугающе тягучее и отвратительное.

Заметив ужас в глазах бугая, Юрий воспользовался моментом мгновенно и с богатырского размаха наискось перерубил ногу несчастного выше колена, от чего та безжизненно повисла на остатках плоти. Происходящее вызвало гвалт одобрения рабов у стен и ещё больше паники у неудачливого противника.

Завопив от суеверного ужаса, стражник перевернулся со спины на живот, пытаясь ползти в сторону лестницы на второй этаж, умоляя о пощаде на разных языках в судорожных молитвах всем богам каких вспомнил. Но Юрий не собирался отпускать подельника работорговца и рассёк тому спину очередным злым ударом, от чего страж взвыл и только судорожно пополз, взбираясь на лестницу судорожными, предсмертными движениями.

Умирающий страж обронил оружие, а Юрий по шестому чувству сразу швырнул его мрачному гиганту у стены.

В суматошных воплях рабов более чем на дюжине языков, он не заметил, как сзади напал оставленный умирать худой. Ударил в спину кинжалом, но рана в животе помешала нанести хороший выверенный удар, и он попал слабо, да ещё уткнулся в кость.

Волна злобы на то, что тварь осталась жива, перекрыла даже новую боль! Юрий развернулся нечеловечески быстро и ударил закруглённой рукоятью прямо в зубы нападающему, превратив лицо в кровавое месиво. Худой уже начинал отлетать назад, как его горло вспорола жуткая ровная рана от взмаха лезвием меча.