Авантюристка

Глава 16

Арсений Борисович Запольский давно не наносил визитов своей кузине Полин. С тех самых пор, как в его жизни появилась Алёна, князь избегал общества несравненной mademoiselle де Бриенн и старался не появляться в её окружении, но на сей раз обстоятельства требовали внести некоторую ясность в их отношения.

В тот год, когда умерла княгиня Запольская Полин исполнилось пятнадцать лет. Юная барышня осталась на попечении своего кузена, которому едва минул двадцать один год. Само собой разумеется, что и речи быть не могло о том, чтобы осиротевший князь и юная воспитанница его родителей остались проживать в одном доме. Неприлично. Тогда Арсения выручила Амалия, порекомендовав ему в качестве компаньонки для Полин свою престарелую тетушку. Чудаковатая старая дева переехала в дом князя Запольского, и все приличия были соблюдены.

Когда Полин исполнилось восемнадцать, Запольский, памятуя об обещании заботиться о девушке, выделил барышне довольно крупную сумму денег и купил в столице небольшой особняк, который также стал частью приданого mademoiselle де Бриенн. Год назад в день своего совершеннолетия Полин изъявила желание переехать в собственный дом, дабы никто более не ограничивал её свободы. Впрочем, Арсений был только рад такому её решению, ибо в последние годы совместное проживание в одном доме с кузиной превратилось для него в сущий ад.

Классическая красота mademoiselle де Бриенн на князя Запольского не произвела никакого впечатления, но холодность кузена лишь ещё более раззадорила Полин, и намерение добиться его благосклонности стало навязчивой идеей. Девушка пускалась на различные ухищрения, но князь Запольский оставался равнодушен к её чарам. Для Арсения отнюдь не являлось секретом, что Полин позволяла себе некоторые вольности в общении с противоположным полом, но он предпочитал закрывать глаза на её прегрешения до тех пор, пока сам не стал объектом её внимания. Терпение Арсения лопнуло, когда, вернувшись ночью из клуба, он обнаружил кузину в собственной постели. Запольский выгнал девицу из спальни и впредь запретил ей появляться на своей половине. В обществе он оставался с ней безукоризненно вежлив и внимателен, но наедине не скрывал своего к ней отношения.

Остановив автомобиль напротив парадного дома mademoiselle де Бриенн, Арсений заглушил мотор. Час для визитов был неподходящий, и, зная свою кузину, Запольский был уверен, что Полин ещё не вставала с постели, но, тем не менее, пренебрегая приличиями, решительно поднялся на крыльцо и позвонил.

Отдав распоряжение дворецкому доложить о своём приходе, Арсений Борисович прошёл в гостиную. Ждать пришлось довольно долго, что, конечно же, не способствовало улучшению его настроения, и к тому моменту, когда Полин изволила принять его, князь был уже порядком раздражён.

Разумеется, Полин не питала иллюзий относительно того, что её визит в дом князя Запольского в его отсутствие удастся сохранить в тайне, но и увидеть кузена столь скоро не ожидала, но mademoiselle де Бриенн не была бы женщиной, коли не попыталась бы обратить сложившуюся ситуацию себе на пользу. Слегка растрёпанные, якобы после сна, волосы золотистыми локонами обрамляли нежный овал лица. Накинув на плечи кружевной пеньюар и обувшись в домашние туфли, Полин вышла к ожидавшему её Запольскому.

Mademoiselle де Бриенн привычно протянула изящную ладонь для традиционного приветствия и, поднявшись на носочки, чмокнула кузена в гладковыбритую щёку.

- Ты нынче рано, - вздохнула она, опустившись в кресло и приложив тыльную сторону ладони к бледному челу.

- Тебе нездоровится? – обеспокоенно осведомился Запольский, отметив неестественную бледность и усталый вид девушки.

- Мигрень замучила, - пожаловалась Полин, устремляя на Запольского взор, полный тоскливого обожания.

- Может быть, доктора пригласить? – нахмурился князь.

- Право слово, не стоит беспокойства, mon cher, – слабо улыбнулась Полин. – Мне всего лишь нужен покой и более ничего.

Запольский взволновано прошёлся по комнате, бросая обеспокоенные взгляды из-под ресниц в сторону Полин. Его гнев и ярость улеглись. Остыл, ведь это совершенно бесчеловечно обрушиваться с упрёками на человека, страдающего от головной боли.

- Ты ведь не о моём здоровье справиться пришёл? – осторожно поинтересовалась Полин, наблюдая за кузеном из-под полуопущенных век.

- Разговор может обождать, - присел в кресло Арсений.

- Нет-нет, говори, - выдохнула Полин, вполне убедительно изобразив страдание. – Я знаю, ты человек занятой и не стал бы беспокоить меня по пустякам.

Запольский смутился.

- Мне доложили о твоём вчерашнем визите, - тихо обронил он.

Полин выпрямилась в кресле, уголки её губ опустились.

- Ах! Право слово, меня никогда ещё так не оскорбляли, - вздохнула она. – Я не застала тебя, но эта девица... Арсений, mon cher, ты же знаешь, что я всегда снисходительно относилась к твоим увлечениям, но это... Я думала дождаться твоего возвращения, но меня просто выставили за дверь, - подавив притворное рыдание, всхлипнула Полин.

- Тебя выставили за дверь? – недоверчиво переспросил князь.

- Oh, c'tait horrible. (О, это было ужасно), - перешла на родной французский Полин. – Эта особа осмелилась интересоваться тем, кто я такая и кем тебе прихожусь, - прошептала девушка, опустив голову. – Мне пришлось признаться, что я твоя невеста. Ты представить себе не можешь, сколько гадкого я услышала в ответ, - простонала Полин, откидываясь на спинку кресла. – Я всю ночь глаз не могла сомкнуть, и вот, как следствие – мигрень, - не сдержала она тяжёлого вздоха.

- Алёна не могла так поступить, - пробормотал Запольский.

- Неужели я бы стала лгать тебе!? – едва не выйдя из роли страдающей невинности, вскинулась Полин. – Ты оскорбляешь меня своим недоверием.