Авейра. Голос пламени

3 Глава (ред.)

3 Глава

 

— Назови мне хотя бы одну причину, по которой я не должен убить тебя прямо сейчас? – первое, что я увидела, когда очнулась, были ярко-синие глаза, горящие гневом, и черные брови, встретившиеся на переносице. Мне кажется, или этот гневный взгляд мне доводилось видеть раньше? «Надо было и дальше валяться без сознания», – простонал мой внутренний голос. Но поздно, меня заметили. Сейчас мне хотелось спрятаться куда подальше от этого взгляда. Версия сбежать из страны рассматривалась как оптимальный вариант. Лицо мужчины с портрета было прямо перед моим, и его я боялась куда больше призрачного пса. Моя душа съежилась под цепким изучающим взглядом.

Опустила глаза вниз и… лучше бы я этого не делала. Краска в то же мгновение залила мое лицо, когда до меня дошло: я голая! Совсем голая! Лежу посреди пепелища. Когда-то я читала сказку, где было нечто подобное, но чтоб в жизни такое… ужас.

— Простите, – прошептала, стараясь прикрыться хотя бы руками и не смотреть в пронзительные синие глаза. Сверху на меня упала темная ткань, еще хранящая тепло чужого тела. Укутавшись в мантию, а это оказалась именно она, постаралась слиться с мебелью. Довольно глупо, ведь единственное, что осталось в лаборатории – это я.

— Это не ответ, – спокойный голос, но одним им можно было заморозить целое озеро. Невольно поежилась и втянула голову в спасительную ткань. Легкий, чуть терпкий мужской аромат отвлекал, не давая погрязнуть в самокопании. Сказать мне было нечего. До конца не понимая, что произошло, я из последних сил держалась, сдерживая слезы. Не хотелось разреветься на глазах у незнакомого мага.

— Мне долго ждать ответа? – лед из голоса мужчины не пропадал, иглами жаля меня. Одну слезу я не сумела сдержать и капля все-таки скатилась по щеке. Ужасная ситуация.

Секунды текли жутко медленно, а маг продолжал испытывать меня своим пронзительным взглядом, от которого не скрыться. Складывалось ощущение, будто он видит сквозь ткань. От таких мыслей по коже побежали мурашки, принося с собой странное возбуждение. За ним пришла и злость. Опять она… Можно ли ее уже назвать подругой? Смешно. Скорей врагом…

— Значит, по-хорошему не хочешь? – я не сразу уловила, в какой момент терпение мага закончилось, но резкий рывок, поднявший меня с пола, заставил бы прийти в себя любого. Меня наглым образом куда-то тащили, как мешок с картошкой. Заботились ли о моем состоянии? Нет! Пока мужчина вытаскивал меня из комнаты, мне пришлось пройтись босыми ногами по всей гари, а уже на выходе меня будто «случайно» приложили об косяк. Дальше я не бежала за магом, этот бездушный мужлан просто волочил меня, позволяя мне хорошенько впечатываться в каждое препятствие на нашем пути.

Этот путь показался мне вечностью. Сколько раз я теряла сознание? Трудно сказать, после третьего раза моему разуму было все сложнее и сложнее, а каждый удар уже не казался таким болезненным. Почему я не умерла от травм без помощи целителя? Не знаю. А был ли целитель? Это мне тоже неизвестно, так как полностью пришла в себя я уже на холодном полу камеры. О том, что это именно она, я догадалась по решетке на маленьком окне под потолком и глухой двери с крошечным, сейчас закрытым отверстием.

Небольшое помещение моей тюрьмы делилось на две зоны: спальня и уборная. Первая представляла собой узенькую кровать с накиданной на неё соломой, а вторая – раковину да дырку в полу для справления нужды. А между ними от силы два шага. В таких условиях мне не приходилось бывать ни разу. Но если выбирать между смертью и нахождением в таком месте, я предпочту второе.

Все тело страшно ломило и болело, голову поднять с холодного пола было сложно. Не раз я пыталась это сделать, но жуткие приступы тошноты отбивали всякое желание. Далеко не сразу, но мне удалось переползти на койку (иначе ее сложно было назвать). Единственное, о чем я думала в тот момент – это о боли. Казалось, что каждая клеточка моего тела болела, но я ничего не могла предпринять. Бессильная злость сидела в душе, но это было ничто по сравнению с адскими физическими муками, которые я испытывала.

Я лежала и смотрела в одну точку, молясь о том, чтобы выжить. Воображение подкидывало страшные сцены моей неминуемой гибели в различных вариациях. Но желание жить было сильнее боли. Закрывая глаза, я пыталась сосредоточиться на приятных воспоминаниях. Их было не так много, но они были. Ради маленьких радостей стоит жить. До того момента я даже не осознавала, насколько ценю свое существование: неважно, какое оно, важно, что оно мое и терять я его не собираюсь.

Именно в этой камере я приняла самое главное решение в своей жизни: жить, чего бы мне это ни стоило! А боль будто поняла, что этот бой проигран, и отступила, позволяя мне забыться беспокойным сном.

Проснулась я от стукнувшей двери. Распахнув глаза, увидела на полу тарелку, стакан воды и бутылёк. «Подумали о лекарстве и еде? Хоть на этом спасибо», – хмыкнул внутренний голос. Горло напомнило мне неприятным спазмом о том, что оно пересохло. Как же мне хотелось пить! Накинувшись на воду, словно путешественник, пересекающий пустыню, пила и не могла насытиться. Жидкость закончилась слишком быстро, лишь слегка смочив мое горло. Простонав про себя, пригляделась к пузырьку. Маленький, синенький... Это все, что о нем можно было сказать. «Яд? Или лекарство? – подозрительно принюхавшись, подумала я. – Впрочем, хотели бы убить – сделали бы это раньше. Выпью, хуже не станет».

   Время в камере тянулось мучительно долго. Ко мне никто не приходил, лишь два раза в день дверь распахивалась, но на ее пороге никого видно не было, однако еда на полу появлялась. Наверное, очередные магические штучки. Меня мучал вопрос: зачем я здесь? Какой им толк от меня? Или это специальный ход, но для чего?



Елена Рей

Отредактировано: 10.07.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться