Б-е-г-л-е-ц

Глава 9

– Я тебя, Эфемера, не узнаю, – говорил Хром. – Ты всегда была активная, боевая. А сейчас, словно другой человек.

– Ты, Хром, говоришь, а у меня перед глазами – как Малыша скрутило.

– Не влюбилась ли?

– Дурак!

В Сосновом товарищам пришлось снять еще две комнаты. Чтобы по две дамы – в  каждую. И несмотря на то, что запас площади под хабар был, а сам хабар так и не доехал, надежда, как говорится, умирает последней.

И пока «жены» варили харчи, в одной из комнат устроили штаб. Притащили стол, кресла, почти как в той сталкерской хате, Хром включил ноутбук.

– Я все прочитал, – говорил он товарищам,  – и «Пикник», и о сталкерских батарейках. Благо, тема всегда интересовала, а в сохраненных документах куча материалов по теме из интернета скачана. Жаль, торренты теперь не работают, – вздохнул он.

– И что ты узнал? – спросили товарищи в один голос.

– Батарейки – никакое не чудо. Объективно существующая вещь в одной из реальностей. Только у Стругацких этаки размножались, а эти – нет.

– И эти будут, – главное ксера найти. – сказал Локи, – Дед, а ты – не ксер случаем?

– Хто? Какой еще хер? – то ли удивился, то ли пошутил Дед.

– Да не хер, а ксер, ксерокс.Талант такой, могут вещи клонировать. Были бы только исходные материалы. И что копировать.

– Нет, никакой не ксер я, это точно, – ответил Дед, а Хром пояснил по поводу материалов: Вот с этим туго. Не будет же ксер работать с облученным графитом. Да и ты готов тащить  радиоактивный графит?

– Э, нет, это не для нас! – ответил Локи. – Но, может, готовые найти сумеем. Только вот… а они-то не радиоактивные? Нам, иммунным радиация хуже пули.

– Нет, сами батарейки не фонят.

– И что проку нам от одной батарейки? Если бы грузовик таких. – вздохнул Локи.

– Что ты там говорил о других реальностях, где есть батарейки? – спросил Дед Хрома, – Неужели в твоем интернете, даже про другие реальности пишут?

– Нет, конечно же. Но кое-какие проекты можно найти. И если в моем мире – они так и остались проектами, где-то в параллельной вселенной, стало быть, реализовали. Иначе объяснить находку этой батарейки я не смогу.

– И, откуда взялась эта находка?

– Я когда еще ни о каком Улье не слышал, новости читал.Про тритиевую батарейку. На основе бета-распада создали источник электричества, работает до 20 лет. Правда мощность очень слабая.

– Тю, – разочарованно протянул Локи.

– Но это не тритиевая. И со слов Эфемеры, нашли ее недалеко от ЧАЭС.

– И? Причем здесь ЧАЭС?

– Тамошние реакторы типа РБМК – водографитные реакторы канальные-кипящие, большой мощности. Позволяют загружать стержни с любым веществом, которое надо облучить, прямо в работающий реактор. На таких станциях нарабатывается легированный кремний для полупроводников, кобальт-60 для дезинфекции и обработки продуктов питания, медицинские изотопы.

– Прямо, хабар какой-то, – заметил Локи. – Только нам от этого прока никакого. В медицине радиоактивной не нуждаемся, даже наоборот, подальше от нее, этой радиации, полупроводники не паяем. Продукты прилетают итак вкусные, облучать их не надо. Но вот батарейки-то где там искать?

– Где-то недалеко от реактора. Смотрите что пишут: Конструкция РБМК включает более тонны радиоактивного графита – графитовая кладка. Когда реактор выводят из эксплуатации – головная боль, куда его деть. И вот попалась мне статья, где писали, что эту тучу ненужного графита можно пустить на производство очень нужных батареек. Стало быть в мире, откуда ЧАЭС прилетела в этот раз, производство наладили. Братцы, – глаза Хрома блестели, – никак это она и есть! Нашел статью.

– Что там? Что там? – не терпелось узнать Деду.

– Пишут, что в реакторе в графитовой кладке под воздействием нейтронного потока образуется Углерод-14. Загрязненная им графитовая кладка – и есть основной отход с закрывающихся РБМК. В автоклаве из радиоактивного графита получают радиоактивный алмаз. Его заключают в оболочку из обычного, нерадиоактивного, алмаза, экранирующего излучение. Более того, под воздействием радиоактивного излучения, сама нерадиоактивная алмазная оболочка будет генерировать еще больше электричества.

– И долго такая батарея работать будет? – спросил Локи.

– Пишут, чтобы разрядилась на половину, должно пройти пять тысяч лет.

– И правда, вечная батарейка. – Согласился Локи. – Нам же постоянно приходится таскать батарейки из супермаркетов да дизель-генераторы на таком же привозном топливе гонять.

– И где больше всего исходного сырья для таких батареек? – Подытожил Хром. – Конечно же на станциях с реакторами РБМК. Так что наша станция из таких.

Хром рассматривал аккумулятор. Значок радиоактивности, надпись – С14, стало быть действительно из радиоактивного алмаза, и еще надпись – КАЭС.

– Почему КАЭС, когда, вроде бы Чернобыльская.

– Может, Киевская? – предположил Дед, – Вдруг в той реальности она называется Киевской.  Область-то Киевская?

– Может быть. – Ответил Локи. – Или Курчатовская. Говорю же, раньше вместо Припяти Курчатов прилетал.

– Или просто Припять Курчатовом называлась в той реальности, – предположил Хром, – там даже улица Курчатова есть. Так что наша это станция, она самая, Чернобыльская, как ее не назови.

Отправились на кухню. Готовили Эфемера и Камилла, Семёнова жена.



Сергей Кручинин

Отредактировано: 20.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться