Багровая кнея

- девятая позиция

Пение петухов за окном разбудило Лизетт. Заворочавшись в корзине с бельем, она сонно потянулась забыв где находится. Темная мантия ее мужа сползла с плеч и теперь ей стало холодно. Она водит глазами по деревянному потолку и думает, что пора бы выбираться из этой каморки, привести себя в порядок и позавтракать. Чувство голода делало ее тело слабым.
Невидимая гроза напоминает о дожде. Погода снова испортилась. В этих краях так бывало часто, — вахнархским землям хотелось пить всегда.

Лизетт покинула свое убежище и поднялась, по памяти, в спальню в которой она должна была провести брачную ночь с Михаем. Здесь все казалось таким холодным и опасным, — девушка переводит взгляд на постель и в мыслях всплывают образы разгневанного князя. Она помнит, как Михай придавил ее тело своим торсом, сорвал с нее почти всю одежду, раздёр своими зубами до крови ее губы. Лизетта выдыхает, касаясь кончиками пальцев губы: «Мне показалось, или он действительно собирал капли моей крови своим языком? А потом смачно посмактывал их…» От этих воспоминаний ее резко затошнило. Баронесса быстро нашла глазами ведро и испорожнилась туда. Зеркало над ее головой отражало ее силуэт. Оно будто шептало ей: «Посмотри, посмотри на себя… Кем ты стала? Ты предательница? Ты самозванка? Ты изгнанница? Забудь свою прошлую жизнь, Лизетта, потому что отныне ты не баронесса Гертрунская. Ты княгиня Лизетта Вахнархская, именуемая первой, Великая госпожа вахнархских земель, простолюдинов и родового поместья на Туманной горе, жена князя Михая I Лютого и будущая мать его наследников. Как для рожденной в незаконном браке для тебя весьма неплохо сложилась жизнь».

Побледневшая Лизетта подняла голову и взглянула на свое отражение. Она думала о том, какая же из нее получится княгиня, если она с трудом представляет себе, как будет слушаться мужа, подчиняться его прихотям, законам этих земель. Она фыркнула и плюнула на зеркало. Гнусный Михай! Он желал отобрать у нее свободу и у него получилось. «Я позволила ему это сделать. Я позволила ему манипулировать своими чувствами». Рана на губах затянулась, но все ещё заметно краснела.

Служанка Тильда вошла в комнату так же неожиданно, как и вчера собирала ее на обручение. Она низко поклонилась и попросила разрешения умыть и переодеть княгиню. Лизетта согласилась.
  — Я очень есть хочу, — призналась она служанке. — Сейчас упаду без сил к вашим ногам.
  — Ох, госпожа. Давайте присядем на кровать, — Тильда помогла княгине сесть, — я уже распорядилась накрыть для вас и князя завтрак в малом зале.
  — Разве князь вернулся? — Лизетта чувствовала, как служанка снимает с нее рубашку, подштанники и начинает обтирать ее мыльной мочалкой.
  — Ещё нет, госпожа. Не волнуйтесь, он обязательно прибудет. — Она позвала к себе двух помощниц и те занесли маленькую ванночку в комнату и наполнили ее горячей водой.

Лизетта опустилась в воду и ее тело обмякло от прикосновения с теплом. Ей стало так спокойно, и голова перестала шуметь. Она чувствовала, как руки Тильды плавно массируют ее волосы, бережно моют их, смывая мыльную пену. Когда с умыванием было покончено, служанка переодела ее в бархатное платье темно-изумрудного цвета, надушила цветочным парфюмом с нотками цитруса и наконец добралась до волос, задумав соорудить две косы над висками и сплести их в одну. Лизетта запротестовала:
  — Не хочу я кос… Пусть будут так как есть.
  — Конечно-конечно. — Она откланялась. — Руками нашего Великого князя любое дело станет не таким, как после него.
  — Что вы имеете в виду? — Лизетта нахмурила брови.
  — Он плетет вам удивительные косы, госпожа. В их формах прослеживается княжеский дух.
  — Никто, слышите меня, — никто больше не будет плести мне косы! Даже князь… А теперь проведите меня в малый зал. — Княгиня подала руку Тильде, и опираясь на служанку, она прошла под ее сопровождение к сервированному к завтраку столу.

Слуги начали ухаживать за ней, как только Тильда усадила ее в кресло. Лизетта скомандовала чтобы ее оставили наедине, и все покорились ее приказу понурив головы. Княгиня сама налила себе красного вина и залпом осушила бокал. Второй раз рука потянулась за добавкой, — и не успев наполнить бокал, Лизетта осушила и его. В третий раз ее рука потянулась за напитком и как только она наклонила графин над бокалом, крепкий захват ее запястья не дал ей этого сделать. Девушка подняла голову и увидела рядом стоящего князя Михая. Он спокойно отобрал у нее графин, налил ей вина, а затем прошел на свою половину стола, — князь наполнил свой бокал и только потом вернулся назад к жене.
  — Негоже пить в одиночку такое крепкое вино, радость моя. — Он говорил так спокойно с ней, будто ничего и не произошло с ними ночью.
  — Мне так захотелось. — Лизетта набрала полную грудь воздуха, уставившись на обветренное лицо мужа. Несмотря на красноту его кожи на щеках, тон его лица оставался таким же бледным.
  — Ну раз хочется, — улыбнулся он, — желание госпожи — закон в наших краях. Он позволил себе дотронуться к ее губам пальцами. Выражение его лица было скорбным, — он будто сожалел о том, что натворил. Недолго осматривая лицо жены, князь быстро убрал руку от ее лица, будто обжёгся о пламя свечи.

Лизетт настороженно проводила его взглядом на место по центру стола. Ей меньше всего хотелось вести с ним разговоры, но похоже и сам князь не горел желанием беседовать с Лизетт. Он облокотился правой рукой об быльце стула и колыхая бокал с вином о чем-то задумчиво размышлял. Лизетта довольствовалась завтраком, налетев на мясо дичи и яйца пашот, как голодный волчонок. Вино она больше не пила. Бокал налитый князем так и остался полным.
  — Почему ты спала в чулане? Меня же не было ночью в спальне.
Его вопрос застал ее врасплох. Она отодвинула пустую тарелку от себя и спокойно ответила:
  — Ты мог вернуться…
  — Это вряд-ли. Да-а… — к чему было это протяжное «да» Лизетта не поняла, но после он поинтересовался, — на твоих руках и бедрах тоже самое, что я вижу на лице?
  — Не сомневайся, ссадины есть.



Элли Гарус

Отредактировано: 24.04.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться