Байкерша на каникулах

Глава 11

POV Соколовский Денис

Когда со стороны дороги остановился байк, я машинально обернулся, всегда реагируя на звук качественного движка. Питерские номера ударили по глазам, так, что на какую-то секунду я почувствовал себя слепым.

«Она!» – глянув на Жеку, почувствовал, как быстро пересохло во рту.

Представьте наши с Ермолиным рожи, когда девушка сняла шлем, а под ним оказалось личико Евы Мотаевой, которую мы методично перевоспитывали, согласно плану неуёмного Евгения.

– Нет, – зашипел друг, стоило мне дёрнуться, самопроизвольно делая шаг навстречу шатенке, чьи кудряшки призывно подпрыгивали в такт лёгкой девичьей походке. – Это не может быть она! Это ошибка!

Яростный шёпот Ермолина спровоцировал дружное любопытство всей компании, среди которой мы стояли, расположившись на лавочке парка.

– Что?

– Кто?

– Ева?! – Таня Младинская с изумлением посмотрела на Мотаеву.

Байкерша, после небольшой заминки, махнула блондинке рукой, продолжая свой путь к небольшому киоску.

– Не смотри на неё!!! – Женька дёрнул меня за край футболки, приводя в чувство.

– Да успокойся ты, – тихо процедил в ответ, стараясь так же, как Ермолин, говорить шёпотом… пусть и достаточно агрессивным. – Не буду я её преследовать, спасибо сестре! Подумаешь, купила мои духи на распродаже, куда моя родственница недалёкая пожертвовала чужое творчество… пусть теперь радуется!

Честно признаться, несмотря на всю свою любовь к байкам, я разозлился, когда, позвонив домой, узнал, что конкретно мой флакончик никто не похищал. Сестра банально отдала его на пожертвование вместе с остальными своими вещами, которые часто разбазаривала малоимущим, иной раз, даже не надев.

«В Милане прошла неделя мод! У меня новая летняя коллекция от Элизабетт Франки! Ты тоже внёс свой вклад в волонтёрское движение! Не жадничай! Всё равно не собирался становиться парфюмером!» – это были последние слова сестры, которые я услышал, прежде чем прервать связь.

Ермолин успокоился, я у меня на душе заскреблись кошки. Так хотелось вдохнуть ещё раз запах персиков, которым пахла кожа кудрявой дурочки, которая реально из кожи вон лезла, чтобы я её заметил.

– Значит, в Питере всё-таки была она? – не сдержал своего разочарования, злясь, что эта стерва меня обманула, ответив, что не знает ничего о девушке на байке, буркнул громче необходимого.

– В Питере? – шустро отреагировала Таня, изумлённо поднимая брови. – Нееет… В Питере живёт Серафима – сестра Евы.

– Эээ… что?!

– Ну, занудная ботанша-близняшка, – поморщилась блондинка, откинув локоны через плечо, демонстрируя мне глубокий вырез лёгкого ситцевого платья. Мы с Ермолиным переглянулись. – Обычно такое бывает в кошмарах, но Еве не повезло в реальности… Я сначала тоже решила, что это она, но… нет. МОЯ ПОДРУГА, – девушка с гордостью задрала пальчик с острым ноготком вверх, будто ещё веря, что их дружеские отношения с шатенкой можно спасти, – другая! Сима – лоханутая затворница… даже странно, что она эту юбку на себя напялила… не думала, что отец-байкер может привить девушке элементарные понятия женственности!

Чувствуя, что ликование меня сейчас окончательно лишит воздуха, обернулся к киоску.

«Ты-то мне и нужна, маленькая врунья!» – только злобный взгляд явно всё слышавшей байкерши остановил меня от дальнейших действий, на подсознательном уровне советующий затаиться.

POV Мотаева Серафима

«Я – лоханутая затворница, значит?! Ах ты, дрянь!» – от ярости у меня с первого раза получилось открыть стеклянную бутылку новым брелком, оборудованным специальной открывалкой.

Конечно, то, что «Деня» и Соколовский Денис – это один и тот же человек – конкретно сбило всю мою решительность, но вот то, что ложь сестрицы окажется на менее, чем «коротких» ногах – это было понятно изначально, всё-таки мерзкая Таня знала и меня, и Еву… и не отличалась слабоумие, в отличие от сестры… НО «лоханутая»?! Одно это слово наполнило меня бесстрашием и желанием мести.

Я была настолько зла, что испепеляла взглядом всю компанию, даже когда пила воронежский лимонад, по которому так скучала в Питере.

«Я тебе сейчас покажу «затворницу»!

Бросив полупустую бутылку в урну, с тоской понимая, что мой первый поцелуй достанется этому мажору совершенно незаслуженно, приблизилась к  группе молодых людей и протянула поморщившейся Младинской шлем.

– Танюш, – обратилась к девушке так, как обычно обращалась Ева к подруге, – подержи. – Блондинка открыла рот от удивления, молчаливо выполняя просьбу.

– Ева?

– Ага.

Долго тянуть резину не стала, боясь передумать, поэтому встала на цыпочки перед высоким парнем, отчего-то тревожно затаившим дыхание, притянула его лицо ближе к себе, потому что на носочках стоять мне не улыбалось, и… поцеловала его под общий выдох возмущения:

– ЕВА!

– Вообще-то, Деня с Таней встречаются!!!

– Вообще гадина обнаглела?!

– Как всё это в репертуаре Евочки…

Улей что-то гудел, а я старательно завершила возмутительный жест «аля-Ева», перехватив руку напряжённого парня, удобно устраивая её у себя на заднице.

Губы Дениса пахли мятной зубной пастой, и хотя бы это позволило мне не сожалеть о своём спонтанном поступке.

«Некоторые и таким похвастаться не могут, вспоминая свой первый поцелуй!» – я хотела было отстраниться от парня, но у того, словно крышу сорвало. – «Или она отъехала у меня?!» – компания выпускников уже начала свистеть, а у меня, будто в ушах заложило, когда уже двумя руками парень сгрёб меня в охапку, с жадностью углубляя поцелуй.