Байкерша на каникулах

Глава 18

POV Мотаева Серафима

«Ох...» – кожа горела под пальцами Дениса, который, казалось, задался целью обхватить меня обеими руками вокруг талии.

– Соколовский, ты меня переполовинишь!

– Что? – глаза брюнета из тёмно-синих стали просто неприлично чёрными. – Я сделал тебе больно?

– Нет, но видимо, пытаешься.

– Прости, – парень мягко провёл ладонями по кожаному поясу, и моя центральная нервная система зашлась в истерике, сигналами выдвигая войско мурашек на борьбу со слишком притягательным молодым парнем… почти мужчиной.

«Чёрт!» – светить «гусиной кожей» не особо хотелось, поэтому я придвинулась к Соколовскому ещё ближе, потянувшись руками к его шее. – «Блин!» – почувствовав существенный признак мужского возбуждения, ощутимо дёрнувшегося в области моего живота, оторопела. – «Блин-блин-блин!!! Какая плохая была идея, Сима! Очень плохая!!!» – уши полыхнули огнём.

«Мы будем вместе, даже если мир против нас,

Не разделится неделимое, не сломается.

Нет ничего важнее нас с тобой сейчас.

Это всё, что меня волнует, это всё, что меня касается...» – пела Аня Дзюба, отвечая на речитатив Artikа, а у меня сердце заходилось от чувств.

«Интересно почему именно этот орган нарекли отвечать за влюблённость?» – совершенно не к месту задалась вопросом, пытаясь действовать по принципу – «чистый разум – разум, не знающий покоя мыслей»! – «Нет, правда! Почему? Разве симпатия начинается не с внешнего приятия? Или запаха? Или ласковых слов? А, может, касаний?!» – придя к выводу, что главные в этом вопросе человеческие рецепторы, на которые сейчас Денис воздействует по максимуму, резко отстранилась.

Музыка закончилась. Дышать стало легче. Эта мята, смешанная с цитрусом… они меня убивают своим притяжением!

Мы смотрели с Соколовским друг на друга, тяжело дыша, словно километр пробежали.

– Пойдём, чего-нибудь выпьем? – потянула меня непонятно откуда возникшая Маня. Подруга улыбалась от уха до уха.

– Идём…

«Зря согласилась!» – сделала вывод, когда через минуту оказалась зажатой между стенкой и Соколовским, к столику которого Машка поскакала, не переставая смотреть на танцпол.

Проследив за её взглядом, увидела Еву. Сестра танцевала в гуще народу. Её одноклассники решили устроить прощальный вечер именно сегодня, избежав пристального внимания со стороны родителей.

«… и по ходу, план работает», – поморщилась я, наблюдая, как Мотаева-один двинулась в сторону барной стойки.

– Угощайся, – протянула мне Маша стакан с жидкостью ядрёного жёлтого цвета, который ей, в свою очередь, пододвинул Ермолин, так же зажавший блондинку на широком коротком диванчике у стены, как меня Соколовский.

– Безалкогольный?

Евгений только открыл рот, чтобы ответить, как Уварова его опередила:

– Сама попробуй и скажи. Ты сегодня пешеход!

Пытаясь унять жуткую потребность – посмотреть на Дениса, потянула коктейль сразу из двух трубочек, мысленно одёргивая себя от опрометчивого шага.

«Дыхание только восстановилось! И так чувствуешь, что он на тебя смотрит! Чего ещё добьёшься?!»

– Ну… рассказывайте, как тут живёте? – смело, вопреки моему напряжению, повернулась Маша к Жене, разглядывая парня из-под полуопущенных ресниц.

– Мы здесь не живём, – всё-таки Денис вынудил посмотреть на него, ответив вместо своего товарища, который залип взглядом на груди Уваровой. – Если только Женька, и то, последние три года он больше времени проводит в Москве. Я – из Москвы.

– Я смотрю, твои девочки любят свободу? – изумил меня с Соколовским Ермолин, в корне меняя тему беседы, обращаясь к своей соседке.

– Каки… – Мария самодовольно улыбнулась, опустив взгляд вслед за глазами Ермолина. – Ааа… эти девочки? Странный вопрос. Если ты не заметил, то на мне топ. Подобный этому элемент одежды не терпит порнушные лямки… если только не прозрачные…. Да и вообще… не знаю уж, как Серафима, но я предпочитаю носить нижнее бельё в комплекте.

Я отчаянно покраснела. Моя причина была банальнее – чёртовы лифчики меня убивают!

– Но… – Жека сосредоточенно осмотрел двоечку блондинки, хмурясь, – какой может быть комплект, если ты без лифона?

– А ты не такой тупой, каким кажешься, – хищно улыбнулась Уварова, протягивая фужер с коктейлем к стакану с соком охреневшего Ермолина. – Чин-чин!

Я подавилась. Натурально так! Чуть палочки не проглотила, пытаясь притвориться глухой… и слепой!

«Ммм… сказать ей, что её тост посвящается мужскому достоинству?» – Да-да, товарищи! Пока итальянцы стучат бокалами друг с другом, озвучивая вслух их перезвон, по-японски «чин-чин» означает «член маленького мальчика», так что не тупаните, если в вашем дружном коллективе вдруг окажется представитель этой нации.

Конечно, парней смутило нечто иное в полученной от девушки информации, явно надуманной, потому что не может Уварова ходить без нижней половины женского белья!

«Или может?!»

– Да шучу я! – захохотала блондинка, заценив выражение лица всех трёх. – Ладно эти, но ты-то, Симка!!!