Байки из склепа

Размер шрифта: - +

Предвестие (мини-мистика)

В тот вечер я сидела у себя в комнате за письменным столом. Отец уехал три дня назад в командировку, мать задержалась на работе – я была дома одна. Строчила письмо брату, хотела рассказать ему об успешно сданных экзаменах, о походе, о парне, появившемся нежданно-негаданно…

Строчки ложились легко и быстро. Жёлтый свет настольной лампы утомлял глаза, но в то же время помогал выкладывать мысли на бумагу.

Письмо подходило к концу, когда я почувствовала нарастающее беспокойство. По спальне распространилась едкая смесь запахов: пота, гари, пороха и… смерти. В глазах потемнело, уши заполнил назойливый звон.

Я пошевелилась и испытала страшную боль в теле. Стиснув зубы, я села. Рука увязла в чем-то теплом и мокром.

Звон в ушах сменил гром выстрелов. Тьма перед глазами рассеялась.

Я с ужасом выдернула руку из развороченного живота солдата. Еще час назад остекленевшие глаза смеялись, а губы, покрытые коркой запёкшейся крови, подбадривали меня перед смертным боем.

Превозмогая боль, я поползла по горячему песку в сторону от острых камней. Неподалёку искрилась на солнце река, хотелось пить…

Длинная тень упала на мое изувеченное тело. Я подняла голову – высокий южанин в коричневой просторной одежде и белой чалме смотрел на меня со злорадным оскалом. Дуло автомата уткнулось мне в нос.

Всё вокруг завыло, загудело, закружилось в вихре песка и… я очнулась на полу спальни. Рядом лежал опрокинутый стул. Голова сильно болела, на руке темнел синяк.

В прихожей раздался щелчок – звон ключей – захлопнулась входная дверь.

– Лена, ты дома? – раздался голос матери.

Я поспешила привести себя в порядок и бросилась встречать маму.

После теплых объятий мать осторожно коснулась моего ушибленного плеча и спросила:

– Леночка, где это ты так?

– Писала письмо Сереже и заснула. Во сне упала и… мам, больно! – воскликнула я, когда мать легонько потрогала красноту на плече.

– Извини.

Про сон я ничего матери не сказала, а на утро и сама забыла о нём. Наверное, я бы его не вспомнила, и он так и остался бы просто кошмаром, если б через неделю не пришло письмо с траурной каймой.

Мать робко приняла его из рук почтальона, но расписываться за доставку пришлось мне. Руки мамы так сильно дрожали, что не могли вывести её красивую подпись с завитушками.

– Мам, может, откроешь? – тихо спросила я.

Мать уже пять минут сидела на диване и со страхом глядела на запечатанный конверт.

– Да, дочка, ты права, – слабым голосом ответила она.

У нее долго не получалось разорвать конверт, и я уже хотела вырвать его из непослушных рук матери, когда бумага затрещала. На пол упала тонкая чёрная лента.

Мать пробежалась глазами по письму и с громким рыданием уткнулась в подушки.

Я подняла письмо с ковра и прочитала:

«Уважаемые Раиса Михайловна и Петр Иванович Самигулины!

Ваш сын, Самигулин Сергей Петрович, 26 октября сего года пал в бою в Куфабском ущелье неподалеку от к. Чамш-Дара. Он был храбрым бойцом и верным сыном Отечества.

Мы все скорбим о нём. Спасибо вам за сына.

Командир воинской…»

Я выронила письмо, потерянно уставилась в пол и, как робот, повторяла: «Это был он. Это был он».

Брата отшвырнуло в сторону от места боя снарядом гранатомета. Очнувшись, он прополз еще четверть километра, прежде чем его застрелили. На некоторое время он был объявлен без вести пропавшим. Многие думали, что солдат попал в плен. Одни надеялись увидеть его живым, другие считали мёртвым. Злые языки говорили о дезертирстве.

Спустя два дня головной дозор ММГ-2 обнаружил тело старшего сержанта в трёх километрах от злосчастного кишлака. Пограничник был убит выстрелом в голову.

15 июня 2008 г



Алексей Карелин

Отредактировано: 12.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться