Балтийская регата. Эпопея Хранителей. Книга 1.

Размер шрифта: - +

Бои местного значения.

 

  Кроме вновь прибывшей компании на борту было ещё шестьдесят пассажиров. Аэродром был не гражданский и пассажиры тоже были молодые парни и девушки совсем не гражданского вида. Старшим у них был майор Филатов. Наша троица показала ему свои удостоверения и попросила места для допроса своих пленников, которые до сих пор жевали носки чабана, не потому, что они им понравились, а потому, что никому в голову не пришло избавить их от этого лакомства раньше. Забывчивость иногда бывает очень жёстокой. Могли бы и вовсе забыть. Как только их избавили от носков, они немедленно стали требовать полного послушания и стращать всех великими карами КГБ. Оба оказались майорами этой почтенной организации. Но ни троица внешних разведчиков из убежища номер один, ни майор Филатов особого почтения к ним не проявили.

  Группа Филатова была нашей группой, воспитанной на Новосибирской геологической станции, оформленной на подставное лицо. Все они были отобраны в кандидаты на выживание в скором конце цивилизации и прошли военную подготовку на секретной базе при возведении секретного нашего убежища, единственного убежища вдали от морского побережья. В Калининграде группе предстояло взять власть в области в свои руки и деблокировать местное убежище до начала пандемии.

  Новосибирский ковчег человечества на время жестокой болезни был рассчитан на пятьдесят тысяч человек и был закончен три года назад. Все года он пополнялся, кроме запасов для выживания, запасами еды, книгами, компьютерными программами по всем областям знаний. Не хлебом единым живет человек, нужны, к примеру, и унитазы. А как их сделать никто, кроме узких специалистов не знает. И даже самый продвинутый проктолог вам не посоветует, а книги могут и не такое. Секретная капсула цивилизации должна была выживать на месте десятилетиями, пока мы не найдем способ её перевести в более комфортабельное место. При постройке нам помогала сама природа, а именно, вечная мерзлота Сибири. Мерзлота, по мнению компетентных профессионалов, должна была стать непроходимым барьером для пандемии Сирийской Чёрной лихорадки, не хуже, чем в Антарктиде, где мы до сих пор не нашли проход к центру планеты, но нашли некоторые пустоты, о чём я постараюсь вам рассказать, если у меня будет на это время, а у вас будет желание копаться в истории.

  Но вернемся к пленникам. Времени на выслушиванье их бреда у ребят не было, поэтому они сломали пару пальцев особо плюющемуся пленнику на глазах второго. Этим нехитрым действием были отворены хляби говорливости.  История, поведанная ими, была презабавная.

  Оказывается, моя акция против главных зданий КГБ, прошла безболезненно для Директора Кремлевской Государственной Безопасности Петрушкина Виктора Ивановича. Он находился в городе своей молодости, в Питере, в Большом Сером доме на Литейном, во время вознесения своего штаба. Как только он увидел по телевизору декапитацию Лидера в прямом эфире он приказал, чтобы по всем каналам телевиденья стали показывать новую нашумевшую в прессе версию эротического балета «Лебединое озеро», переключая внимание граждан с тем, связанных с нездоровым садомазохизмом, на темы вполне развитого здорового секса всех видов из запасников Камасутры. Вторым приказом он приказал подготовить двух оставшихся двойников Лидера к публичным выступлениям.

  Трое других безвременно погибли в Московской трагедии. Эти оставшиеся двое были неразлучной парочкой любовников и обычно проводили своё время вдали от Столицы, где-нибудь в Краснодарском крае или в Крыму. Так они и спаслись. Иногда людям везет даже во сне.

  Виктор Иванович был умным и деятельным человеком, несменяемым рыцарем плаща и кинжала. Он первым после бандитов всех мастей, а может и до того, как, очнулся от завораживающего вида бьющего фонтана крови и серо-белого ужаса декапитаций первых лиц государства. Небольшая проблема была из-за отсутствия двойников Министра Обороны, но это можно было решить в рабочем порядке официальной отставкой износившегося материала и заменой его на новое лицо головы.

  Тема лица головы самого Лидера всея была наиболее острой в политике последних тридцати лет страны победившего коммунизма в отдельно взятых семьях. Говоря слово «Лидер» все люди новой российской общности представляли себе лично-конкретно вполне себе определенное лицо, а не что-то сменяемое на нечто каждый год. В этом была сермяжная правда стабильности и процветания, исключительные победы, а не разброд и шатание умов, ведущих к поражениям. Ведь сила вовсе не в правде отдельно взятого гражданина квазимногонациональной страны, а правда в силе наднационального гранита общности, цементируемой одной идеей. При этом сама идея может быть любой, от борьбы с онанизмом до построения коммунизма, суть должна выражаться в степени готовности людских ресурсов пополнять чисто конкретные закрома вне зависимости от того, кому эти закрома принадлежат в безыдейной позиции всей экономики в отдельно взятый промежуток времени. Надеюсь вы поняли ядро проблемного орешка. Не поняли? Ну и не волнуйтесь нервами, всё за вас может решить даже кухарка, если ей выпадет такая нелегкая доля вести галеру по бескрайнему морю эпохи, самое главное, чтоб у кухарки было своё лицо очень похожее на лицо Лидера. Повторюсь, ведь сила вовсе не в правде, а правда в силе. Кто сильнее, тот и правдивее с точки зрения истории.

  Примерно такие размышления роились всяко-разно в голове Директора. Иногда залетали идеи принять на себя бремя, но он этого не хотел и не потому, что лицом не был похож, а потому, что иногда приходится отвечать за свои галерные пируэты, а так и правду бытия потерять можно невзначай на вираже. Многие даже в его ведомстве грезили справедливым распределением богатств, созданных человечеством в любых видах народовластия, но это были изначально несбыточные химеры больного воображения. Если все будут потреблять, то кто будет создавать? Если все с дуру ринуться создавать, то кто будет потреблять? Лучше уж золотая середина. Основная масса создает, а ты потребляешь по потребности. Потребности у каждого разные. Потребности растут с каждым годом по мере потребления, а создающих всё меньше. В стране и так остались только старые, да молодые. Старые знали, как и что делать, но не имели сил работать, а молодые наоборот, были сильны в работе, но не знали, как и что делать. Остальные категории или уехали, или сидели, или потребляли смеси на основе спиртосодержащих жидкостей и, ввозимых под патронажем его конторы, психотропных мозговых реагентов. Пустить вирус вседозволенности в такую питательную среду значило породить хаос и падение с положения сидя на корточках с растопыренными пальцами рук, в положение лёжа в гробу с руками на груди и, с пальцами удачи перед носом, показывающими фигуру из трёх последних.



Алекс Ант

Отредактировано: 08.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться