Балтийская регата. Эпопея Хранителей. Книга 1.

Размер шрифта: - +

Будни спасателей.

  Эвакуируемые и эвакуатор уже были готовы покинуть гостеприимные подземелья запасной базы, и я уже занёс правую руку, чтобы жезлом вызвать нашу «Золотую лань» с ништяками на борту, как в помещение вкатился обросший шерстью белый шар двухметрового диаметра.

  - Кто есть у вас наш главный спасатель спасаемых?  - проговорило шерстяное чудо на правильном русском языке голосом механической читалки любовных романов.

  - Видимо я, хотя ваших главных у нас нет.  – ответил ему я.

  - Ваш ордер исполнять не можно. Он есть плохо переписан.

  - Что?

  - Вы есть пописан правый рука указательный палец. Это есть нарушение конвенции рабочих бумаг выразится глупо, грубо и пошло.

  - А что надо сделать? Переписать есть?  - спросил я.

  - Переписать надо нет. Делать печать большой палец крови левой руки.

  - Где крови печать?

  - Здесь есть.  – достал напечатанный договор, говорящий кусок шерсти, и протянул его мне какой-то щуполой из центра шара.

  - Ребята, порезать мне есть большой палец левой руки, я опасаться и сам не мог.  – протянул я мой палец назад и Джас его оцарапал своей лапою.

  - Больно то как! Тебя не учили когти точить?!  - заорал я.

  Взяв себя в обе пораненные бюрократами руки, я мужественно приложил свой палец к документу и шар резво укатил в бесконечный коридор.

  - Что это было?  - спросил я Гошу.

  - Почему ты мне сказал нет есть верно?

  - Да верно я всё сказал, просто правила иногда меняют. Им же что-то надо делать.

  - Ладно, но больше чтоб ты надо мной не шутил. Высморкаю в два счёта без отработки и золотых парашютов!

  Теперь уже точно все дела закончены. Я запросил базу на перелёт по порталу и активировал скафандр. База через симбионта разрешила. Первым перевёз Мухаммеда и зверей. Он измучился больше всех, у него оказалась скрытая форма клаустрофобии – есть такой психопатологический симптом, фобия замкнутых или тесных пространств. Считается, наряду с агорафобией, одним из самых распространённых патологических страхов, как подсказал мне Гоша. Приболел сирийский немец. Высадил я их на спортивной площадке напротив православного собора у парка Лесамо в Буэнос-Айресе. Затем по одному эвакуировал туда всех остальных.

  Затем перевез Мухаммеда, зверство и Банщика на «Звезду» по очереди. Мои остались со мной, посмотреть на город, где внук когда-то пошёл первый раз в первый класс. Мы немного просчитались. Буэнос двухтысячного года и семидесятых годов — это просто разные города. Нашего барио (района) цветущего и зелёного в трехстах метрах от Пуэрто Мадеры ещё не построено. На месте фешенебельных зданий старого порта и на месте дома, где мы снимали квартиру - фавеллы. Что такое бандиты в фавеллах мы очень хорошо знали, и я просто всех разом перенёс в двухтысячный год.

  Походили, побродили, поели парижжу (это килограмм говядины, обжаренный над костром и толика овощей). Грустно и обидно, что моею жены с нами нет. Это она могла задать хорошее настроение, а без неё всё серо и печально, как на развалинах дома или на кладбище. Без моей суженой всё это просто не имело смысла и не давало отдыха.

  Аргентина и так очень отдалённая от всего мира страна. Когда там живешь кажется, что ты попал на другую планету. Это чувство не покидает тебя очень долго. Меня бы оно не покинуло до самой смерти, это уж точно. Это стимулировало меня к тому, чтобы улететь на север от неё в своё время. Многие привычки местных жителей берут начало ещё в прошедших веках. Женщине трудно найти работу после тридцати пяти, она «ама де каса» – домохозяйка и не более, мужчине найти работу после сорока тоже большая проблема – должен иметь свой бизнес. Если у тебя бизнес, то работать на нём могут только наёмные работники. Ты тоже можешь трудиться, только тебя уже никогда не примут в среду таких-же владельцев. Твою квартиру должны убирать Перуанцы, а ты не можешь в противном случае с тобой перестанут здороваться соседи. И ещё множество условностей и местных проблем.

  Только бесконечные дожди мая чего стоили! Майский дождь может идти неделю или даже больше ни на минуту не прерываясь. И это не просто дождь, а сильнейший ливень. Во время такого дождя все в квартире отсыревает – отопления в домах-то нет. В некоторых районах города улицы превращаются в реки, где глубина воды доходит до двух метров. Старые дома так и строили на фундаментах двухметровой высоты. В январе нестерпимая жара, а в июле холод. Обычного гриппа и того там нет. Ну нет гриппа и всё тут. Не выживают вирусы. Как же нормальному человеку там выжить? Уныло. Как протухшая вишенка на торте – природа вся не русская. Нет, Аргентину можно посещать, но жить в Аргентине не стоит. Это моё твёрдое мнение.

  Есть, конечно, и свои плюсы. Прекрасные и не дорогие продукты, попугаи зелёные вместо ворон, птички колибри над цветками. Но Северная Америка гораздо лучше.

  И пошли мы до города Кальяо на борт «Звезды» и опять все вместе в семидесятые. Ничего, «Золотая лань» выдержала троих. На «Звезде» после акции в Перу оставались Банщик и Мухаммед с собакой и котом. Выделили им оружия сколько они попросили сами. Идти им в этом времени до Пуэрто Монтт в Чили. Это самый близкий порт, из которого можно быстро попасть в город Сан-Карлос-де-Барилоче в Аргентине. Кто в теме, тот знает о чём я пишу.



Алекс Ант

Отредактировано: 08.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться