Балтийская регата. Эпопея Хранителей. Книга 1.

В Европе.

  К вечеру возвратились наши разведчики. С Европой всё было, в общем, очень печально. Однако были и вполне хорошие новости. Спаслось много судов и кораблей, основная часть из них сейчас просто дрейфовали в водах морей, окружающих континент. На северных территориях Норвегии, Швеции и Финляндии кое-где оставались ещё не тронутые пандемией поселения, которые перешли в глухую оборону от страшной болезни. Сохранились несколько военных бункеров, имеющих замкнутый воздушный цикл, но они были обречены так или иначе. Сохранились некоторые поселения на Атлантических островах и мелких прибрежных остовах Северного моря, пролива Ла-Манш, Ирландского моря, моря Ируаз, Бискайского залива. Средиземноморье они не обследовали, как и Испанию с Португалией. Там едва-ли кто выжил, а если и выжили, то отнюдь не надолго.

 Вместе с разведчиками мы наметили те пункты, которые необходимо было посетить по тем, или иным причинам. Удивлял то факт, что в Исландии никто не выжил. Ведь Исландия холодная страна и в центре океана. Но, если сопоставить с тем, что пандемия начиналась с извержений вулканов, землетрясений и подобных им аномалий земной тверди, то было похоже, что болезнь шла из-под земли, а это уже наводило на размышления совсем другого порядка.

  Всё вместе давало нам представление о том, что пока земля для наших спасённых людей очень опасна. Мы это предполагали и выделили для разведки и мародёрства два траулера типа БАТМ «Пулковский меридиан» проекта 1288. Правда мы их основательно переделали под «вертолётоносцы».

  Чтобы разместить вертолёт нам пришлось срезать промысловое оборудованье и, прежде всего, «П» образную мачту на корме и промысловый мостик над слипом. Сам слип тоже переделали в транцевую корму. Палубу расчистили и поставили на ней вертолётную площадку. Вместо рыбцеха и морозильных камер были построены каюты для десанта. Получилось не ахти как красиво, но зато, применительно к нашему положению, практично.

  Дело в том, что мы очень нуждались прежде всего в топливе для судов и кораблей. Все эти навороты с переработкой мусора годны были для прогулочных яхт и только оттягивали топливный голод. Мы соорудили несколько нефтеперерабатывающих заводов на островах Атлантики, но до этих островов необходимо было дойти. Затем необходимо было, с риском для жизни, добывать эту самую нефть у побережья Габона и у побережья Анголы и транспортировать на эти заводы. Нужны были танкера и ещё миллион разных высокотехнологичных запчастей и вещей. На всё на это пришлось бы сразу строить промышленную базу, сравнимую с базой всей погибшей цивилизации. Это было невозможно даже с дубликаторами и синтезаторами Хранителей. Скорее мы будем скатываться в каменный век потихоньку, а не развивать тяжёлую промышленность. Нам на первых порах нужны будут мародёры и это даже не обсуждалось в другом ключе. Нам нужно было выжить.

  Риск в любой разведке присутствует изначально, а мы подходили к самым большим портам погибшего мира – Роттердаму, Амстердаму и Антверпену. Где ещё заниматься мародёрством, если не в этих портах? Всех людей не инициируешь, а если инициируешь, то это уже будет совсем другая цивилизация, для которой где-то придётся выращивать и Хранителей, и Деструкторов, и самих Творцов. Поэтому мы собрались в юго-западной части Северного моря большим колхозом и встали на якоря, и активизировали наши специализированные два больших разведывательных судна.

  Дело всё в том, что эти два судна были у нас необычными. На нашем флоте мы придерживались «оголтелой» семейственности. Все наши экипажи, особенно в года предшествующие пандемии, были и стали семейными. Со штурманами и матросами было вообще без проблем. Проблемы возникали с механиками, но и тут мы их спокойно решали. Если у механика была жена, то она училась на штурмана или матроса, но были и отважные механики – женщины. Это не было гендерной дискриминацией, просто в машинном отделении большого судна, а у нас маленьких практически не было, нужна физическая сила. Да и испарения топлива на женский организм действуют не адекватно.

  Родилась эта идея у Иры, она всю жизнь видела, как я пропадаю в морях, а мать в постоянном ожидании. Ну и мы подсчитали все плюсы и минусы – выходила у нас большая экономия. Для успешного ведения морского бизнеса одного судна совершенно недостаточно, для стабильного и удачного старта нужны три судна. Какое-то работает, другое может попасть в аварию, а третье стоит на ремонте, затем все меняются местами и что-то тогда остаётся судовладельцу. Жизнь есть жизнь и всё всегда бывает.

  Нам нужны были суда, и как можно больше, но вот становиться судовладельцами в полном смысле слова нам очень не хотелось. Поэтому мы создали некий заменитель колхозов или, если хотите, израильских кибуцев. На судне, как правило, было несколько семей, и мы им или просто одной семье, передавали судно на очень льготных условиях кредитования без внесения первого взноса и, иногда, даже с плюсовой надбавкой, а не процентами за кредит. Несколько судов объединялись в подобие частной компании, но грузы или работу им искали наши отделы.

  Да, конечно, очень часто бывали роды – хорошее дело, в плане демографии. Но и здесь мы обеспечивали женщин собственными высококлассными родильными домами, клиниками, и продолжительным, в целых пять лет, отпуском с сохранением среднего заработка. Мы вполне могли себе это позволить так как цель у нас была – флот для спасения людей, а не для получения выгоды.

  Большую часть отпуска женщины проводили на судах и, если они работали, то получали вторую зарплату, для этого и были созданы специальные условия кредитования. Семьи могли уйти со своими судами, только ни одна семья не ушла. Наши условия были лучшими.