Банта-Сарбара

Размер шрифта: - +

Глава 7

И грянул кризис.
В некоторых конторах нашего офисного центра кипят почти шекспировские страсти, в других — царит гробовая тишина. У нас пока все спокойно. Первые несколько дней наш покой не потревожил ни один посетитель. Мы дружно кайфовали всем коллективом за исключением Эрика, который на рабочем месте возникал крайне редко, видимо, спасал нажитые непосильным трудом капиталы.

Что нас ждет — непонятно.
Но у Зайки на лице, как обычно, написана мрачная осведомленность.
Пытаюсь завязать разговор.

— Как там твой *******, Зайка?
— За него не беспокойся: в полном шоколаде. Ему все в баксах должны, а отдавать будут уже по новому курсу.
— А какой курс будет?
— У Геращенко спроси.

Зайка убирает со столика тарелку с остатками пюре и разливает чай по чашкам.

— Не понимаю я, Зайка, почему все дергаются. Нам-то, мелким сошкам, чего терять?
— Ты по магазинам каждый день ходишь?
— Не каждый.
— Ну-ну… завтра твои итальянские чулочки будут стоить в два раза дороже, а о туфельках я уж молчу…
— Какая ты все-таки пессимистка, Зайчатина!

Зайка не в курсе, что случилось на территории нашей фирмы недавно. То есть слышала, конечно, как и все наши соседи, что в приемной нашли мертвое тело. Об остальном я ей не рассказывала, будто невидимый барьер какой-то встал, и язык завязался узелком.

Возвращаюсь в офис. У нас событие: впервые за последнее время появился покупатель. Он, почти не глядя, скупает пяток классических пейзажей и расплачивается наличкой.
Потом возникает второй посетитель, третий, четвертый.
Бизнес, вроде бы, налаживается.

Мы продали практически все залежи, от которых уже отчаялись избавиться. Не только пейзажи, натюрморты и цветочки, но и мало кому приятный примитивизм, кондовую эротику, откровенные подделки под антиквариат.
В общем, славно расторговались.

Упаковывая одну из отложенных покупателем картин, Эрик глубокомысленно замечает:

— Народ вкладывает бабки даже в такие сомнительные культурные ценности.

Сразу вспоминается «Черный обелиск». Надеюсь, до такого разгула инфляции все же не дойдет.

— Знаю, о какой книжке ты сейчас подумала, — говорит Вадик. Мои мысли читает, что ли? — Но зарплату каждый день нам выдавать не будут. Даже не надейся. И вообще, похоже, шеф свалил.

Вот тут Вадик не прав. На исходе недели ВС появляется. Элегантный и импозантный, как всегда, будто всеобщая кризисная лихорадка его не волнует. Спокойно осведомляется:

— Я слышал, тут произошло убийство?
— А разве к вам не приходили из милиции? — встревает Вадик.
— Меня несколько дней не было в городе, — мягко отвечает ВС.
— А-а-а-а, — хором тянем мы.
— Убитого никто не знал?
— Нет, никто. Какое-то загадочное происшествие. Да, папка-то нашлась. Она у вас на столе…

— Сейчас это уже не важно, — говорит он. — Спасибо.

Шеф заходит в свой кабинет, остается там совсем недолго и снова возвращается в приемную. Под мышкой у него та самая папка. Он на секунду останавливается, проводит свободной рукой по чуть шершавой синей поверхности, окидывает помещение равнодушным взглядом. Слегка кивает нам всем вместо прощания. А еще через секунду исчезает вместе с вновь обретенной папкой.

Проходит следующая неделя без начальства. Что-то подсказывает нам: на премию за ударную работу рассчитывать не стоит. Борис, возвращаясь из разнообразных организаций, куда периодически должен относить какие-то бумажки, приносит слухи один другого мрачней и страшней.

Когда Борис возникает на пороге в день зарплаты, мы сами без единого слова улавливаем: главбух приехал налегке. Однако он добросовестно поясняет:

— Наши счета закрыты.
— А где деньги за картины?
— Я их клал на счет, не мог же я все время держать в сейфе такие суммы…
— Все деньги???
— Почти.
— Идиот!!!
 

Похоже, Борис слегка обиделся на дружескую критику и прерывает затянувшееся напряженное молчание только через полчаса. Кое-как удается из него вытянуть, что не только счета закрыты, но еще и ВС на звонки не отвечает, срок аренды заканчивается и вообще все очень-очень плохо.

— Скоро мы будем простыми российскими безработными, — подытоживает Эрик.

 

*******

 

Утро начинается нестандартно, ибо на лестничной площадке седьмого этажа, возле лифта маячат неизвестные личности — широкоплечие молодые мужики довольно отталкивающей наружности. Не слишком обнадеживающая встреча, мягко говоря. Тем более что один подозрительно и в упор смотрит на меня. Правда, помалкивает…

Возле двери в офис собрался весь маленький коллектив. Анжела, которая, похоже, вот-вот разревется, крайне возбужденный Вадик, мрачный Борис. Эрик сидит на подоконнике и невозмутимо беседует с кем-то по своему внушительному мобильнику. Еще парочка мужиков отталкивающей наружности пасется в непосредственной близости. Прямо перед дверью — взбешенный арендодатель, который всегда выглядел таким любезным и приветливым. Борис пытается ему что-то объяснить:

— Поймите, Владимир Сергеевич сейчас за границей, я не могу с ним связаться. К чему такая спешка, мы ведь всегда аккуратно платили?!

Дело это абсолютно безнадежное, аргументы Бориса разбиваются о гранитные скалы непонимания… Появляется еще один незнакомец в сопровождении следующей партии мрачных широкоплечих личностей. Оказывается, у ВС поднакопились изрядные долги…

 

******



Лара Вагнер

Отредактировано: 14.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться