Бард

Размер шрифта: - +

История темного искусства некромантии

История некромантии относительно невелика – из всех видов магии этот, пожалуй, самый молодой. И, тем не менее – один из самых мощных, самых опасных и самых Темных, даже, скорее, омерзительных. Магическое искусство развивалось, в основном, в благополучных государствах, так же как искусства, науки и творчество бардов. А вот некромантия с самого начала оказалась уделом слабых. Легенды гласят, что много лет назад жил такой король Джакоб, где-то на побережье Западного моря, в небольшом своем королевстве, который вел непрерывные войны со своими соседями. Джакоб был одним из самых слабых феодалов, среди своих соседей, а потому подвергался набегам более других. Увы, но такова природа власти и человеческая природа вообще – пока ты силен, тебя все обходят стороной, но стоит тебе оступиться и упасть – на тебя набрасываются, словно стая голодных крыс, и начинают рвать на части. Слабому королю соседи предъявляли какие-то надуманные претензии, требовали к оплате несуществующие долги, а иногда совершали набеги вообще безо всякого повода и объяснений. И отчаявшийся Джакоб стал искать спасения там, где никогда бы не решился искать ранее – в Пристанище Темных Сил, ибо Светлые от него, как он понял, отвернулись.

И в государстве Джакоба появился придворный колдун, естественно, Темный. Однако, даже для Темного, как говорят, он был слишком… грязен. Поговаривали, что он мог употреблять в пищу крыс и опарышей, не мылся месяцами, а иногда мочился и гадил прямо в своем рабочем кабинете, и даже под себя, не желая отвлекаться от своих магических экспериментов. Он был омерзителен, но на другого колдуна у Джакоба просто не хватало денег. А королю необходимо было некое магическое средство для борьбы с соседями, ибо на обычные средства он уже не полагался. Солдаты короля гибли, как мухи, крестьяне, которых король пытался загнать в ополчение, разбегались, при малейшей опасности. Король платил колдуну деньги, но король еще и умолял его сделать хоть что-нибудь. «Чего именно хочет мой король?» - обнажив гнилые зубы в притворном подобострастии, спросил некромант. «Ах, если бы я мог поднять из могилы своих умерших воинов!» - говорят, воскликнул тогда король, и эта фраза решила дело. Колдун на секунду задумался, а затем воскликнул: «Отличная идея, ваше Величество!». И придворный колдун Джакоба занялся изучением возможности воскрешения умерших воинов.

Колдун (а время не сохранило его имени, хотя некоторые называют его Отцом Некромантов и Тем, Чье Имя Должно Быть Забыто), приложив некоторые усилия, добился от короля права раскапывать могилы погибших воинов, чтобы проводить над ними эксперименты. Разумеется, оживить трупы не удалось, но легенда гласит, что Колдун получал удовольствие от самого процесса копания в полусгнивших внутренностях воинов. Он приводил в ужас короля своим бесцеремонным обращением с прахом его лучших воинов – рубил его на части, подогревал и воздействовал на отсеченные конечности различными заклинаниями. Да, вдохнуть жизнь в мертвую материю Колдуну не удалось, однако, он научился выделять из останков концентрированный трупный яд. Отравленные этим ядом стрелы лучников Джакоба, уже через месяц вселяли ужас в солдат его соседей – раненый этой стрелой воин умирал в страшных мучениях, его тело начинало гнить еще заживо. Это оружие несколько утешало Джакоба, но до решительного перелома в его положении было еще далеко. Более того, узнав, что Джакоб пригласил к себе на службу Чернокнижника, соседи, забыв свои прежние распри, начали сговариваться о совместной операции против нищего королевства. И Джакоб вновь и вновь торопил Колдуна с созданием Оружия, настоящего Оружия, могучего Оружия.

Путем довольно сложных манипуляций, Чернокнижник мог заставить не совсем еще разложившийся труп как-то шевелиться. А если он вставлял в пищевод такому покойнику ленту китового уса, то мог даже заставить его сесть. Правда, к битве такое тело все равно было не способно, но Колдун решил использовать свое изобретение другим способом. Когда войска двух соседних государств, объединенной колонной, подошли к границам Джакоба, колдун собрал десятка два относительно свежих тел и, подготовив их соответствующим образом, велел уложить вдоль дороги, едва присыпав землей, но установив в ногах покойников могильные камни. Когда колонна вражеских солдат шла мимо такого импровизированного кладбища, Чернокнижник воздействовал на трупы специальными заклинаниями, от чего покойники начали подниматься из своих «могил» и шевелить конечностями.

Вражеская колонна была полностью деморализована. Солдат и офицеров обуял такой суеверный ужас, что они в панике, ломая строй и давя друг друга, бросились в разные стороны, лишь бы подальше от этого ужасного кладбища, с ожившими мертвецами. Вот тут их и подстерегали смертоносные стрелы лучников Джакоба – те, кто не погиб в давке, потом мучительно умирали от отравления трупным ядом. Ужасные рассказы об этом походе, обрастая невероятными подробностями, мигом облетели все окрестные земли, вселяя если не страх, то хотя бы сомнения в сердца соседей короля Джакоба. Теперь уже никто не торопился нападать на его земли и измотанное государство, наконец, получило долгожданную передышку.

Джакоб торжествовал и, преодолевая страх и отвращение, тискал руку своему придворному Колдуну, обещал ему всевозможные богатства и утехи, хотя в разоренном государстве никаких богатств уже давно не осталось. В общем, на этом история некромантии могла бы и закончиться, если бы не случайность и не омерзительные наклонности Чернокнижника. Прекрасно зная, что королю нечем с ним расплатиться, Чернокнижник потребовал в уплату за свои услуги… кладбище. Самое настоящее солдатское кладбище, на котором были похоронены воины, павшие в последних битвах. Независимо от интересов короля, Колдун увлекся темой воскрешения покойных, и желал продолжить свои эксперименты.

Джакоб с удовольствием выгнал бы Колдуна, а еще лучше – прибил бы его на месте. Но король боялся. Боялся Колдуна даже мертвым, ибо тот сказал однажды, что «предпринял меры к тому, чтобы не умереть совсем». Кто знает, а если убитый Колдун вернется после своей смерти, чтобы страшно отомстить королю? Джакоб решил не рисковать и, скрепя сердце, позволил Чернокнижнику продолжить его эксперименты. И вот тут-то и вмешалась Случайность. Один из солдат, которого выкопал Колдун, не был мертв. На нем не было никаких следов разложения и, наблюдая за ним, Чернокнижник обнаружил, что он даже дышит, хотя и с большими интервалами. Солдат просто находился в коме, рана, из-за которой его сочли мертвым, была пустяковой – рассечена кожа на голове. Крови много, выглядел солдат, очевидно, ужасно, но умереть от такой раны было невозможно. И Чернокнижник стал искать способ вернуть солдата к жизни. Он втыкал в него иголки, жег его пятки огнем, произносил заклинания. Что-то давало некоторый эффект, что-то нет. Но со временем, колдун разработал целый ритуал, в котором сочетались магия, особое звуковое сопровождение и температурное воздействие – покойный был окружен горящими факелами. И проведя этот ритуал, трижды, с разными вариациями, Чернокнижник сумел вернуть воина к жизни. Правда, полноценной жизни не получилось – за время, проведенное в коме, воин потерял способность разумно мыслить. Что-то случилось с его мозгом, за это время. Однако, он слышал, когда к нему обращались, и даже мог выполнять простейшие приказы – «Стоять», «Сидеть», «Идти». Толку от такого воина не было никакого, но его появление среди живых произвело на людей неизгладимое впечатление. Оживший труп вселял дикий ужас во всех, кто его видел. Даже мать и жена восставшего воина в ужасе бросились бежать от него. Говорят, жена этого зомби в последствии сошла с ума, от пережитого ужаса.



Евгений Стерх

Отредактировано: 02.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться