Бариа

Глава 2

Паромобиль трясло и мотало. Тайлер в очередной раз убедился, что даже самый допотопный конный экипаж ему привычней, чем распространившиеся в последние годы паромобили, но, увы, виконт Ворвит отличался экстравагантностью, и его гости должны были с этим считаться, что выражалось даже в средствах передвижения, кои те были обязаны использовать при визитах в его особняк, посему даже носильщикам, в роли которых выступали Тайлер и Рэй, и музыкантам выделили это чудо механики, которое, как Тайлеру казалось, готово было развалиться прямо на ходу.

За рулём и рычагами паромобиля сидел сам Рэй, на удивление ловко управляющийся с работой водителя. Трое музыкантов с комфортом разместились на заднем сидении и оживленно переговаривались на незнакомом языке, а Тайлер трясся на пассажирском кресле рядом с партнёром. И нервничал.

Конечно же, в их идеальный план пришлось вносить корректировки едва ли не с первого же дня. Среди сонма визитных карточек, которые юная уборщица каждый день доставала из мусорной корзины в гримёрной Бариа и складировала в шляпную коробку, нашлась карточка виконта, но даже неискушённая особа, прочитав приколотую в ней записку, догадалась бы о намерениях и желаниях Ворвита. Доминика категорически отказалась им потакать, заявляя, что именно поэтому она не даёт приватных выступлений: большинство мужчин как один считало, что её манера исполнения распространяется и на её частную жизнь, а именно на степень доступности артистки. И хотя присутствующие при разговоре мужчины могли бы объяснить логичность такого мнения, никто не рискнул выводить Доминику из себя. Вариант решения подсказал Рэй: тогда же пришлось просить Крутье, как импресарио, написать от имени Доминики о согласии на выступление для почтенной публики, но не более того. Без торга.

Конечно же, ушлый импресарио начал догадываться, что за его спиной готовится нечто, но как умный человек, он не стал вдаваться в расспросы, чем вызвал к себе уважение Тайлера. Крутье определенно был не так прост, как казалось на первый взгляд. Он явно питал к Доминике некие чувства и выполнял все её просьбы, но разум его был ясен, а воля крепка. Тайлеру даже показалось, что узнай он о деталях предстоящего предприятия и усмотри нечто невыгодное для себя, Крутье бы однозначно отказался от участия.

Но импресарио не знал и не усмотрел, и вот в назначенный день они направлялись в роскошный загородный особняк виконта Ворвита. Тайлер неоднократно проделывал то, что ему предстояло, но в этот раз всё было иначе. Ранее он всегда работал под прикрытием Рэя и знал, что в случае опасности или накладки партнер подаст знак и сумеет скрыться самостоятельно, но сейчас они вынуждены были работать с пятеркой чужих людей. Роль Крутье и музыкантов сводилась к отводу глаз, они всегда будут на виду, их алиби обеспечено. Не стоит за них волноваться. Рэй же выкручивался из таких ситуаций, что… Да и супругу свою не подставит. Наверное.

— Как вы вообще поженились? — внезапно спросил Тайлер, удивляясь самому себе и не надеясь получить ответ.

Но Рэй с силой опустил один из рычагов и небрежно бросил:

— По религиозному обряду. В церкви святого Себастьяна.

— В Даринширне? Вас поженили родители? Не подумал бы, что тебе можно что-то навязать.

— Это было давно.  Мне было девятнадцать лет, — внезапно усмехнулся Рэй, — и моего мнения никто не спрашивал.

Безусловно, браки по расчету в обществе скорее приветствовались и поощрялись, но выросший в театральной среде, где мораль была не такой уж строгой, а чувства — возвышенными, Тайлер смотрел на напарника во все глаза. Как можно решать за другого человека, женить без согласия в таком возрасте? А ведь Тайлеру самому только этой весной сравнялось двадцать.

— Я был тогда другим человеком, — внезапно заметил Рэй, — учился, мечтал отправиться в джунгли изучать горилл. Отец списал меня со счетов ещё в отрочестве, не видя во мне экономиста и промышленника. И даже готов был дать денег на экспедицию, но мой старший брат, любимец и наследник отца, погиб при обвале шахты. Шахты меня не прельщали, поэтому отец разумно решил, что раз не вышло с сыновьями, выйдет с внуками. И невестку он подобрал породовитей, дабы его внуки были голубых кровей. Карнуэлы давно обеднели, хоть и считались одним из знатнейших родов севера. Для обеих семей союз был выгоден. Нас с Микой никто не спросил. Теперь твое любопытство удовлетворено?

— На самом деле, нет, но с моей стороны нетактично будет расспрашивать, — честно признался Тайлер.

— Такт… Забавное умение, знаешь ли. Когда-то от него есть польза, когда-то нет. Зависит от обстоятельств.

— И? Есть шанс, что ты расскажешь мне свою биографию, если я начну расспрашивать? Если бы не появление Доминики, я так бы ничего и не узнал о тебе.

— Есть ли смысл узнавать что-то обо мне давнишнем? За эти годы я слишком изменился. Гориллы… сейчас самому смешно, как вспомню.

— А почему ты не отправился в джунгли после развода? — задал резонный вопрос Тайлер.

— На какие деньги? — криво улыбнулся Рэй. — Отец отказался от меня и превратил мою жизнь в Даринширне в ад. Пришлось перебираться в столицу. Мне повезло познакомиться с Мирсоу и последние пять лет я работаю на него, как ты знаешь.

— То есть возвращаться на север ты желанием не горишь?

— Нисколько. Но придется, если Мика изъявит такое желание, — скривился Рэй, а потом усмехнулся, — ну да это не страшно. Я же в Арнрабу ездил по поручению Мирсоу? А для меня это место оказалось куда менее привлекательно, чем родной север. Выяснилось, что я не переношу жару.

— Арнрабу? Ты ездил вместе с Доминикой?

— Нет, мы встретились уже там. У её третьего мужа были дела в колониях, и он взял её с собой. А потом слег от лихорадки и вскоре умер. Не везёт ей с мужьями.

— Считая тебя? — невольно улыбнулся Тайлер и тут же скривился: паромобиль ощутимо тряхнуло на выбоине.

— Конечно. Из меня вышел чертовски плохой муж. Оба раза. Но от меня была польза как от… друга. Это Мика не станет отрицать.



Юлия Сысоева

Отредактировано: 13.05.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться