Барон с улицы Вернон. Книга третья. Дуэт Олендорфа

Глава 20

АНГЛИЯ; ФУЛЕМ; 2 АПРЕЛЯ 1912 ГОДА

Чарли очень переживал за то, что останется без работы. И поэтому, когда мастер даже не обратил внимание на его едва зажившую после ранения на демонстрации руку. Вместо того, чтобы выдать мальчику пачку новых бланков, он как-то улыбнулся и подозвал Чарли к себе.

Мальчик испугался и послушно подошёл.

Мастер положил ему руку на плечо.

- Ну, с выздоровлением Гудвин, - сказал мастер, - мы тут все за тебя переживали.

- Спасибо, - проговорил Чарли, почувствовав, что у него заплетается язык.

- Да не дрожи ты как перед поркой, - рассмеялся мастер, - бегом в клуб. Галлахер всех собирает там. Работы сегодня не будет.

Чарли даже не пошёл, а полетел в клуб.

Сегодня там происходило что-то странное и уже было не протолкнуться. Но, Чарли всё равно протиснулся сквозь толпу людей к самой трибуне и махнул рукой Галлахеру.

Галлахер в ответ улыбнулся, подмигнул мальчику и привычно поднял вверх руку прося тишины.

Зал затих в ожидании.

- Товарищи! - спокойно начал Галлахер, - после полутора месяцев судебных разбирательств, владельцы завода согласны выполнить все наши требования!

Зал восторженно загудел, а Галлахер продолжал.

- Они выполнят все наши с вами требования, но кровь наших товарищей, пролитая в кровавом феврале на улицах Фулема, не даёт нам права останавливаться на достигнутом!

- Правильно! - крикнул кто-то из зала.

Чарли обернулся чтобы посмотреть на того кто закричал, но его лицо тут же оказалось перед чьим-то свитером. И мальчик снова перевёл взгляд на трибуну.

- Мы с вами пойдём дальше! - продолжал Галлахер, - я объявляю о начале своей предвыборной кампании в парламент! Наши с вами требования должен услышать король и мы обязаны диктовать свои условия по всей Британии! Рабочие и фермеры Англии, Шотландии, Уэльса и Ирландии, рабочие доминионов и колоний просто обязаны объединиться в своей борьбе против угнетателей трудового рабочего класса!

- Ура! - закричал и зааплодировал зал.

Чарли дальше ничего не смог разобрать. Все что-то кричали, восхищались чем-то и как он понял все настолько обрадовались, что даже не слышали друг друга.

Галлахер, несколько раз попросил тишины чтобы продолжить.

- Мы теперь не ограничиваемся требованиями одного только восьмичасового рабочего дня! - снова начал Галлахер, когда зал, наконец, затих, - мы требуем равных прав для мужчин и женщин, рабочих и лордов, католиков и протестантов, иудеев и христиан! Все мы — народ Британии! Мы едины в своей борьбе и поэтому мы — непобедимы! И мы будем идти к победе всегда и поэтому мы всегда будем побеждать!

Галлахер немного помолчал, окинул взглядом зал и продолжил.

- Сегодня правительство и парламент, буржуазно-националистические и клерикальные круги, пытаются нам всунуть так называемый «билль о гомруле». Этим биллем, они тщетно пытаются остановить начавшуюся в Ирландии революцию! Все вы знаете, что наши ирландские товарищи взялись за оружие и подняли вооружённое восстание против угнетателей! Но что подразумевают буржуазные и аристократические круги под этим «биллем», который они хотят нам всунуть как приманку, чтобы сдались без боя и отступили едва начав революцию? Они понимают, что единство рабочего класса — это несомненная победа трудящихся в борьбе за свои права! Они понимают, что для нас нет народов, религий и национальностей! Наш народ — рабочий класс! Наша религия — праведный труд во имя будущих поколений, а наша общая нация — человек труда! Эта подачка, билль о гомруле, имеет только одну единственную цель: заткнуть рот ирландским патриотам, расколоть единое рабочее движение и поссорить ирландских рабочих и фермеров с английскими и шотландскими рабочими и фермерами. Это обман, который ирландские товарищи очень быстро поймут. Но к тому времени, обман может ввергнуть Британию в националистическую гражданскую войну и, как следствие, в новый маховик политических репрессий. Они предлагают урезанную, ограниченную национально-религиозную свободу, в обмен на лишение нас элементарных прав. Они будут диктовать на что имеют право католики. Но то, на что католики не имеют прав — они оставляют прежним. И даже более того, права урезают вдвойне, загоняют католиков в резервации напоминающие резервации индейцев в США. И если раньше католики могли свободно исповедовать свою религию где бы то ни было, то согласно билля о гомруле, католики лишаются не только прав на свободное вероисповедание своей религии на протестантской территории, но и даже того имущества которое имеют в той же Англии или в Ольстере! Само единство Британии сейчас находится под большим вопросом, как и под вопросом находится само её существование! Выступая против билля о гомруле, мы выступаем за нашу единую и неделимую Родину! Но за Родину — не под властью короля, или буржуазного-аристократического парламента, а под властью советов рабочих и крестьянских депутатов! Мы говорим, что требуем не мифического билля о гомруле, а широкой автономии для каждого народа Великой Британии! Мы говорим, что требуем не резерваций, а равенства всех народов и религий! И мы говорим, что мы требуем — советской власти в социалистическом государстве рабочих и крестьян!