Бег

Размер шрифта: - +

Глава 3.

- Опаздываешь! – послышалось за спиной, как только я влетела на последнюю ступеньку, разделяющую меня с входной дверью в знакомые стены университета.

Я резко затормозила, так и не дотронувшись до ручки двери. Взглянула на наручные часы с толстым кожаным ремешком черного цвета и серебристым циферблатом.

«8:15» - подмигивали они мне.

- У тебя часы спешат, Захаров! – не оборачиваясь, крикнула я собеседнику, хватаясь за прохладный металл. Дверную ручку неожиданно быстро перехватили, потянув на себя. Она поддалась, а на меня дохнул легкий ветерок из здания, приглашая переступить порог и пойти навстречу знаниям.

- Прошу, - тихо произнес над ухом знакомый голос, давно уже затянутый паутиной прошлого. Знакомый, ненавистный и мерзкий голос, который когда-то казался мне прекрасным и родным. Тот самый голос, который однажды будто бы сказал мне: «Извини, детка, я предатель, каких поискать. Не повезло тебе со мной повстречаться».

На самом же деле это звучало примерно так: «Дана, понимаешь, извини, но я ухожу к Лизе. Да, к твоей лучшей подруге с детства. Я люблю ее, а не тебя. Прости». Хотя нет, даже «прости» тогда не было. Ничего не было. Одно сплошное предательство и боль. Ничего кроме.

Я, ничего не ответив Артему Захарову, вхожу в обитель знаний, достаю карточку-пропуск и провожу ею возле турникета, заставляя железную вертушку пропустить меня дальше в холл. Захаров проделывает тот же трюк, не отставая от меня ни на шаг.

- Линберг! Хватит уже, я не пустое место, чтобы так открыто меня не замечать, - произносит он, как только мы оказываемся на нужном мне четвертом этаже правого крыла.

Я продолжаю игнорировать бывшего парня и самого первого друга детства, который имел честь в свои два с половиной года учить меня говорить и называть при этом своей будущей женой. Мы выросли, он переехал из нашего с ним общего родного города, встретил меня, предал, уйдя в закат с моей лучшей подругой, а тут вдруг спустя пять лет как ни в чем не бывало объявился вновь, что-то вбив в свою тупую головушку. Думал, жду его, такого распрекрасного, платье подвенечное примеряю. Псих, одним словом. Что с него взять. Вот и остается, что игнорировать. Вообще в последнее время слишком уж много таких вот не вполне адекватных кадров нарисовалось в моей жизни.

Нужная мне аудитория уже виднеется. Оттуда доносятся голоса ребят с потока, галдящие наперебой, что после этой лекции всех по очереди ждет крайне сложная контрольная, к которой как обычно и бывает, никто не готов. Но не будь студент настоящим студентом, если бы не знал, как правильно спрятать шпаргалку или, к примеру, микронаушник, помогающий по большей степени на экзамене. У меня лично такой имелся и лежал всегда в сумке на случай непредвиденных ситуаций. Однако это была не она, и я была отлично вооружена шпорами, разложенными сейчас по всем возможным карманам.

- Да ты оглохла что ли совсем? – дернул меня за локоть совсем вышедший из себя Захаров и развернул на 180 градусов, заставляя смотреть в глаза.

- А ты еще не понял, что я не хочу тебя видеть? – резко вырвала я руку из захвата. – Сколько раз еще пройти мимо, не поздоровавшись и не ответив на твои слова, чтобы ты это понял, тугодум несчастный?

Губы парня сжались в тонкую линию.

- Мне нужна твоя помощь, Дана. – Сквозь зубы прожамкал он.

- Чего? – опешила я от такого заявления. – Тебе нужна помощь психиатра, дорогой, а я еще им не стала. И если ты все же позволишь мне пройти в аудиторию, то возможно стану хорошим управленцем в сфере строительства и сброшу тебе на голову бетонную плиту, чтобы не мучился.

На это парень мне ничего не ответил и я, приняв свою победу, решила, наконец, удалиться, не оборачиваясь в сторону старого знакомого.

Лекционная аудитория была необычно полной, как и всегда перед какой-нибудь важной контрольной у преподавателя, проверяющего студентов на присутствие. Свободных мест почти что не наблюдалось. Разве что одно, в дальнем от меня углу, прямо рядом со столом преподавателя. На нем уже лежали различные конспекты, учебные материалы и старенький ноутбук, при помощи которого Любовь Витальевна вещала свои лекции, ленясь писать что-либо на доске. Поначалу такой метод ее работы нас обрадовал, но потом довольно таки резко спустил на землю осознанием того, что на ее слайдах был один сплошной текст, который требовалось переписать настолько быстро, насколько это только было возможно, ибо ни по каким больше источникам экзамены она не принимала. Все должно было быть чуть ли не слово в слово с ее лекций.

Тогда мы с ребятами изловчились и придумали схему, по которой каждый писал свои определенные абзацы, отступая для остального текста место. Единственное неудобство в этом методе было в том, что потом приходилось убивать вечера на то, чтобы собрать оставшуюся информацию со слайдов и переписать ее в тетрадь. Благо, что в прошлом семестре у нас эта схема сработала, да и сейчас в принципе шла по заведенному еще в далеком и холодном октябре механизму.

Сидеть напротив Любови Витальевны, не признающей кафедры, за которой ей пришлось бы стоять в течение всей пары, мне совсем не улыбалось. К тому же вряд ли она бы обрадовалась, отметив то, что пишу я ее лекции едва ли не через строчку, пропуская огромные куски материала. Поэтому попыталась вклиниться в дружную компанию девчонок из параллельной группы, обсуждающих сейчас какой-то новый американский сериал для подростков.

- Этот Джозеф просто непроходимый милашка. Будь он сейчас здесь, я бы точно упала в обморок при его виде, - лепетала Ирка Липатова.

И этой девушке в следующем месяце исполняется двадцать один! Размышления на уровне девочки-подростка, клеящей плакаты по всему дому с изображением своего любимого слащавого кумира.

- О, Данка! А мы думали ты не придешь сегодня, - заметила меня блондинка Липатова подле себя.



Ольга Адилова

Отредактировано: 12.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться