Бег

Размер шрифта: - +

Глава 15.

После нашего разговора Марка будто подменили. Он мало говорил, часто выходил наверх, чем раздражал тех, кто сидел по ту сторону двери, а также почти перестал подходить ко мне близко. Он даже улыбаться прекратил как раньше. Ни ухмылок, ни легкого приподнимания уголков губ. Не осталось ничего, что бы меня раздражало или же даже нравилось в нем. Прекратив получать все это, я смогла себе признаться в том, что этот парень мне нравится. Причем в такой степени, что мне хочется все время пытаться делать что-то для того, чтобы его прежний веселый нрав вернулся. Но он не возвращался вот уже два дня.

С утра Марк просыпался, делал какое-то подобие зарядки и уходил минут на двадцать. Потом возвращался, наматывал круги по подвалу, смотря неизменно себе под ноги. Я пыталась его останавливать и расспрашивать о том, что происходит, но он мягко отстранял меня и усаживал обратно. Потом садился сам и смотрел в одну точку долгое время.

Я хотела вновь рассказать ему анекдот, но он лишь сказал, что сейчас не в том расположении духа и лег, отвернувшись к стенке.

Когда нам приносили еду, он желал мне приятного аппетита, а потом молча жевал пищу, отвечая изредка на мои реплики. Он не стал овощем, но был уже на грани того и меня это начинало жутко раздражать. Он всю предыдущую неделю не делал ровным счетом ничего особенного. Да, ходил и рассматривал коридоры. Да, искал окна без решеток. Но все это могла делать и я. Сейчас же, за два дня до приезда Александра, он вдруг начал яростно искать пути к отступлению. Будто моего отца он хотел видеть не больше, чем того же Аркадия.

Вчера он лег спать раньше меня и, пожелав мне доброй ночи, долго еще лежал и смотрел в стену. Кажется, вместо дождя мое пасмурное небо решило в этот раз выдать мне сугробы снега.

Эти две ночи мне продолжал сниться мальчик с длинным шрамом поперек живота. Я помнила, что видела и этот шрам, и этого мальчика, но когда просыпалась, то сразу забывала о нем и видела перед собой лишь Марка. Сегодня же все было иначе.

Я проснулась раньше своего соседа, что бывало редко. Он, как и всегда, развалился на своем матрасе так, что в принципе он был бы ему и не нужен, так как большая часть тела все равно лежала на голой земле. Мне не хотелось, чтобы он простудился, поэтому я решила встать и перевернуть его на левый бок, дабы ему было теплее.

Парень спал крепко и даже не услышал того, как я подошла к нему и сняла куртку, чтобы было удобнее. Серая футболка тут же задралась, оголяя приличный торс. И мне бы залюбоваться им, только вот шрам, тянущийся через весь живот парня, портил всю картину. И вот тогда в моей памяти, будто кто-то опустил ширму. Все сны, что напоминали о прошлом, но тут же забывались, вмиг закружились вокруг меня.

Мальчик, стоящий возле гаражных боксов и прогоняющий меня оттуда. Тот мальчик, у которого я впервые увидела этот странный шрам и испугалась. Потом он же, уводящий меня оттуда подальше вечером, спасая от пьяных мужчин. Он же, сидящий в кустах и кидающий камень в моего обидчика. Я уверена, что все это он. Точно он. И наконец, он – вступившийся за меня в тот раз, в мои пятнадцать, когда я шла домой с выпускного. Все это время это был один человек, мальчик, чьи глаза мне снились в течение всей жизни. Мальчик, чей удивленный взгляд преследовал меня и не отпускал. И я не узнала его. Как же так?

Каждый раз, когда он встречался мне, так или иначе он снился мне или проявлялся в воображении. У меня даже где-то есть его портрет, который я нарисовала после встречи у гаражей. Мама видела этот рисунок и спросила, кто на нем изображен, а я ответила, что не знаю. Просто ребенок из моей головы.

- С ума сойти, - прошептала я, касаясь шрама рукой. – Это ты.

Марк заворочался во сне и скинул мои пальцы со своего живота. Я знала, что он боится щекотки.

Я хотела было разбудить парня, но он сделал это без моей помощи. Просто раскрыл глаза и тут же закрыл их.

- Что-то случилось, Дана?

- Почему ты не сказал мне раньше? Почему не признался, когда я узнала в тебе мальчика со школьной парковки?

Марк, до этого желающий еще немного поспать, вдруг резко распахнул серые глаза и уставился на меня. Потом перевел взгляд на свой оголенный живот и поправил футболку.

- Значит, вспомнила все-таки. Я уже и не думал.

- Ты снился мне каждую ночь. Еще и этот шрам. Я помню его.

Мой сосед поднялся и сел, привычно облокотившись на стену. Я сидела рядом с ним на корточках и наблюдала за всеми его движениями, не веря в происходящее.

- Марк, зачем? Просто скажи зачем?

- Это долгая история.

Я обвела рукой темное помещение, в котором мы находились, и сказала:

- Мы никуда не торопимся. Разве не так?

Устроилась поудобнее рядом с парнем и принялась внимать всему, что он мне готов был рассказать.

Он же наоборот долго не хотел начинать свой рассказ, отводя взгляд и заламывая кисти рук.

- Когда я увидел тебя впервые… - наконец начал он, - вернее, мое первое воспоминание, связанное с тобой было в то время, когда мне было десять. Почти одиннадцать. Извини, я совсем не помню тебя до этого момента. Помню, что отец тогда начал говорить о тебе и о том, чтобы я никому не смел рассказывать о тебе. Это была такая тайна, которую следовало хранить как зеницу ока, - Марк привычно уже хмыкнул и в очередной раз отвел глаза, погружаясь в воспоминания. – Мне показывали твои фотографии. Видимо потому, что отец, который и узнал тебя и твою бабушку в тот вечер, подумал, что я тоже понял, кто ты. Но мне было, наверно, плевать, и я даже не обратил на тебя внимания тогда. Мне показывали фотографии. Позже. Ты была там такая милая и маленькая. Улыбалась мне обворожительной улыбкой и понял, что никогда и никому не расскажу о тебе. Я дал себе слово и держал его до сих пор.

На лице парня расплылась теплая ностальгическая улыбка. От нее сразу стало тепло. Даже несмотря на вечный мороз в этом темном помещении.



Ольга Адилова

Отредактировано: 12.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться