Бег

Размер шрифта: - +

Глава 24.

Уже второй день подряд я сидела за столом на кухне и говорила о прошлом со своим бывшим. Только если один рождал во мне чувство раздражения, то второй чувство тоски. Мне не хотелось обижать этого человека. Он ни разу за все время ничем не обидел меня и никак не дал в себе усомниться. Сеня всегда был потрясающим парнем. Вот только не моим и это было определяющим моментом все прошедшие годы. Мы были добрыми друзьями, потом образцовой парой и даже хорошими соседями по парте. Только стать одним целым не смогли, как ни пытались. Все больше сталкивались характерами и угасали каждый от недостатка чего-то. Он от недостатка нежности и любви с моей стороны, хотя мне самой этого всегда безумно хотелось. Я от нехватки какой-то живительной силы и огня с его стороны. Он был штилем, а я всегда любила ураганы. Гром и молнию во всем своем великолепии.

Арсений даже не особенно удивился бабушке, вернувшейся с рынка и зашедшей на кухню с пакетами всякой всячины. Он только вскинул брови и спросил у меня, почему видит перед собой человека, давно уже отошедшего в мир иной. Мы повторили в один голос заученную фразу, и Сеня больше не возвращался к этому вопросу. Полная эмоциональная блокировка. Порой мне даже страшно за его психическое состояние. Неужели у него и внутри такая же апатия ко всему.

- Я так и знала, что ты будешь кружить голову парням, когда вырастишь, Даниелла, - сказала мне бабушка после того, как Арсений, выпив с нами две чашки чая с баранками, ушел домой, кинув напоследок, что я все равно могу на него всегда рассчитывать и что он знал, что однажды я уйду. Он просто ждал этого момента.

- Скажешь тоже, бабушка, - улыбнулась я наверно впервые за эти два с половиной дня.

Пожилая женщина улыбнулась мне в ответ.

- Да я правду говорю, вон какая красавица выросла. Только волосы зря испортила. Какая же ты куколка была с этими светлыми кудряшками!

Мне сразу вспомнилось собственное отражение несколько лет назад. Я любила свои волосы и гордилась ими, как чем-то, что отличало меня от остальных. А черноглазых блондинок и вовсе в нашем городе встретишь редко. Во дворе я была такая одна и то и дело хвасталась перед всеми тем, чем наградила природа. Вышагивала мимо девчонок в песочнице и перекидывала прядь за прядью, следя при этом за тем, чтобы они смотрели мне вслед.

- Может, подумаешь насчет того, чтобы вернуть обратно свой цвет? У нас на первом этаже как раз парикмахерская есть. Я шла с рынка и заметила вывеску.

Да, на первом этаже нашего панельного дома и вправду не так давно открылась парикмахерская под названием «Венера». Вывеска у них конечно доверия не внушала, как в прочем и название, но девчонки из института, которые уже побывали там, нахваливали мне одного из мастеров по колористике. По их словам она та еще болтушка, но дело свое знает и творит с волосами просто чудеса. Где-то я даже слышала такое прозвище, как «фея». А феи обычно делают свое дело на ура.

И вообще предложение бабушки теперь казалось мне весьма заманчивым. Мне давно уже надоел этот въедливый и мрачный цвет. Я сама хотела уйти от тени подальше, но между тем взяла и натянула эту черноту помимо глаз еще и на волосы. И сейчас мне как никогда в жизни хотелось перемен в обратном направлении. Я красилась для того, чтобы показать насколько мы с отцом разные, но только сама поняла, что от правды за краской стоимостью триста русских рублей никогда не скроешься. У нее просто нет таких полномочий. Да и распознать во мне меня оказалось не так сложно, как казалось раньше, так что теперь я могла с легкостью вернуть себе себя.

- Знаешь, ба, это хорошая идея. Пожалуй, так я и поступлю, - и я снова ей улыбнулась.

Женщина подошла ко мне и провела ладонью по голове, прям как раньше в детстве.

- Я скучала по твоей улыбке, детка. Прости нас. Твоя мама очень запуталась уже много лет назад, поэтому вела себя так, не думая о том, что ты можешь чувствовать в этот момент.

- Я тоже скучала по тебе, бабушка, - обняла я ее в ответ, - извини, что так накинулась на тебя. Просто ты и представить себе не можешь, что я пережила, когда тебя не стало.

- Могу. Я ведь тоже теряла. И тебя в том числе.

Мы стояли в объятиях друг друга до тех пор, пока у бабушки из кастрюли не стал потихоньку убегать куриный бульон, который она поставила кипятиться.

Мы обе рассмеялись, и я с легким сердцем теперь могла пойти в свою комнату и переодеться для немедленного похода навстречу себе самой. Бабушка перехватила меня в тот момент, когда я уже натягивала открытые босоножки, купленные мамой для меня однажды. На грязные кеды я смотреть не могла, поэтому перед тем как собраться на выход выбросила их в мусорное ведро. Идти с ними сейчас на помойку не было никакого желания. Пусть это сделает кто-то другой за меня.

- Вот тебе на все, что захочешь. Можешь зайти в кафе или в магазин, когда соберешься обратно. Бери, что хочешь для себя. Сашка звонил мне, сказал, что больше тебя не тронут. Их главного посадили за решетку до окончания следствия, да еще и вдобавок прихватили некоторых его работничков. С остальными он сам разбирается, - мне в ладонь легла пятитысячная купюра.

Я замотала головой, отказываясь от денег.

- Ты что, ба, у меня есть свои деньги. Оставь.

Бабушка только улыбнулась и оттолкнула мою протянутую ладонь.

- Я много лет не могла дать тебе мелочи на мороженное. Дай хотя бы сейчас насладиться этим.

Я перевела взгляд на цветную купюру и усмехнулась. Пять тысяч никогда в нашей семье не считались мелочью.

- Вроде мороженное еще пока не настолько подорожало.

Так или иначе, взять деньги мне пришлось, и теперь я могла себе позволить не только окрашивание, но вдобавок может еще и стрижку или какую-то недорогую процедуру для волос. Но остановилась я правда на одной только смывке, которая, кстати, должна была происходить в несколько заходов, так как добиться моего натурального цвета волос и не остаться лысой, нужно было еще постараться.



Ольга Адилова

Отредактировано: 12.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться