Беглец

10.

Это было хуже, чем показывали в фильмах про любовные треугольники. На экране обычно все выглядело захватывающе и весело: соперники меряли друг друга испепеляющими взглядами и шли на сближение, чтобы пободаться плечами, а героиню обычно отпихивали в сторонку, чтобы ненароком не смять в потасовке. Под попкорн сойдет, потому что знаешь: этот красавчик – хороший, и в финале ему перепадет первый поцелуй, а этот – просто милый, и он будет кататься на велике по городу под грустную мелодию, и, может, в это время будет идти дождь. Но в реальности все совсем по-другому: я не главный приз, поклонники не совсем поклонники, а на фильме далеко не пометка «романтика»…

Чувствовать незнакомую руку поперек своих собственных лопаток настолько страшно, что я с трудом подавила желание скинуть рюкзак на землю и спрятаться за спину Джея. Она словно может отравить даже через двойную ткань, и вот мне уже сложно шевелить языком, да и вообще думать – так ведь и начинает действовать яд?

А он все еще ждет ответа на вопрос, который я даже толком не услышала.

- Джей Коннорм, - протянула руку стоящая перед нами тень, но лицо в паре дюймов было обращено только ко мне.

- Этот парень тебя достает?

Откуда ты вообще взялся? Следил? Подслушивал? Хотел подловить меня вне ресторана, чтобы показать, что значит «по-плохому»? Не будь рядом Джея, ты бы уже шею мне свернул, да?

Не молчи же, Мэй, молчать – значит, сделать только хуже.

- Н-нет, это мой одноклассник, мы случайно встретились...

Сейчас бы как-то разрядить атмосферу – пошутить или ляпнуть какую-нибудь глупость, чтобы ощущение опасности поползло по шкале вниз. Но я не Санни, которая смогла бы заговорить даже психопата с бензопилой! Одно потрясение за другим отключили поочередно логику, какое-никакое чувство юмора и даже способность злиться, которые обычно выручали, когда другие реакции не срабатывали.

А ведь я сравнивала этих парней совсем недавно и будто сама напророчила встречу. Мне ни за что не оттащить его от Джея, если они и вправду схлестнутся!

- Мне не нравится, что ты ходишь так поздно одна, - проскрипел на ухо голос, как будто прошелся чем-то острым по стеклу. - Пойдем, пора закрывать ресторан.

И вдруг все – неожиданно беззвучный шум, заполнявший пространство вокруг нас, схлынул, освобождая место шелесту листьев и травы, лаю собак где-то по соседству и шороху шин по асфальту за углом. Что-то страшное, висевшее над нами, испарилось, открыв первые блестки звезд. Кажется, спасены.

Одним движением мой новоявленный парень стянул с меня рюкзак и перевесил на свое плечо, а потом дернул за руку по направлению к ресторану. Из поля зрения Джей уплыл где-то на развороте, окончательно слившись с ночью. Он наверняка пялился нам вслед, но я уже не способна была помнить о нем, не видя прямо перед собой.

Что мне делать? Бежать и прятаться? Искать оружие? Кажется, оставалось только неуклюже болтать языком.

- Значит, Йен? Так тебя зовут? – я прочистила горло неловким кашлем. - Или это первое, что пришло тебе в голову?

- Да, это мое имя.

- Ничего себе, я уже думала обращаться к тебе «эй, ты!», раз тебе нравится быть таким загадочным.

- Можешь называть, как хочешь.

У меня вертелась в голове пара подходящих прозвищ, но я не решилась сказать о них вслух.

- Что ты забыл тут, Йен? – А точнее: что ты задумал?

- Мне нужно закрыть ресторан, а я не знаю, как это делается. Помоги мне.

- Что? Постой-постой! Знаешь, мне вчера намекали, что у меня проблемы со слухом. Я еще подумала: какая чушь, а сейчас…

Он становился, когда до крыльца оставалось всего ничего, и обернулся, открывая хмурый, но все такой же прямой, не терпящий суеты взгляд.

- Тебе стоит заботиться о своем дедушке получше. Ему стало плохо, и они с Юнхо уехали в больницу, поэтому ресторан остался на мне. А я… хрен его знает, как снять кассу… Так ты поможешь или и дальше пойдешь искать на свою задницу неприятностей? Тот парень еще там.

Мне опять потребовалось перезагрузиться.

- Ты не шутишь? Дедушке Вону плохо? Почему Юнхо мне не позвонил?..

В затылке закололо, когда до меня дошло, что я весь вечер сбрасывала звонки с незнакомых номеров. Юнхо наверняка оставил свой телефон в ресторане и поехал, в чем был, а я думала, что это Джей пытается меня достать, используя своих друзей… Боже! А если я опоздала?!

Я слепо зашарила по списку вызовов, потеряв четкость зрения из-за нахлынувших слез.

- Юнхо?

Но первый же попавшийся номер отозвался незнакомым женским голосом:

- Извините, вы ошиблись.

Я опять ткнула наугад:

- Это больница?

- Проверьте, пожалуйста, номер.

Боже мой, а если я опоздала?..

- Ты идешь или нет? – спросил он, поднимаясь на одну ступеньку. – Я понятия не имею, что там нужно делать.

- Что ты заладил одно и то же? Пропади этот ресторан пропадом! – На этот раз я точно начала реветь. – Куда вы дели мой скутер?..

Рыдала я, как обычно, безобразно, вытирая мокрое лицо рукавами, чтобы хоть как-то освободить глаза от мешающей пелены. Я не смогу сесть за руль, если буду видеть только разноцветные пятна. К удивлению, Йен прислушался к набирающей обороты истерике: он куда-то ушел, потом замок на двери щелкнул, а неон, отбрасывающий на нас желтый отсвет, погас.

- Поехали, - сказал он с неизменным спокойным безразличием и потряс ключами, от чего я, наконец, смогла слегка успокоиться. – Если для тебя это так важно, конечно, - добавил тут же, как будто сообщая: на улице холодно, накинь капюшон. Я возмутилась, но мой сдавленный хрип он оставил без внимания.

О том, чтобы вести скутер самой, я могла и не заикаться. Йен по-хозяйски уселся вперед, а мне пришлось довольствоваться крохотным местечком позади, между ящиком для продуктов и спиной, за которую я не уцепилась бы, даже если бы пришлось перейти все доступные скоростные режимы. Главное – добраться до больницы вовремя, твердила я себе как скороговорку. Главное – дедушка Вон. А ехать можно и на ящике.