Беглянка

Глава 11, в которой всё самое интересное происходит за соседним стеллажом.

 Сначала я просто бродила среди полок, наслаждаясь видом книг. Даже просто прикасаться к резной стенке шкафа было страшно: это была настоящая сокровищница. Не, на счёт именно сокровищницы знаний — я сомневалась. Вряд ли для того, чтобы научить кузнеца или плотника нужно так много книжек. Но вот относительно стоимости всего этого шуршащего богатства — была твёрдо уверена. Будь здесь на месте книг слитки золота, равные по ценности, на месте пола уже давно бы красовалась большущая дыра. До земли, естественно.

 Батюшка говорил, что если нужную стоимость в золоте получить трудно, например из-за получающегося веса, то купцы для рассчёта использовали такой трюк: цену назвать в золоте, а расплачиваться самоцветными камнями. В камнях ценность имеющегося выглядела более обозримой: примерно три воза таких самоцветов, при условии, что на одну книгу считаем один камешек размером с половину ногтя.

 

 Когда золотые и серебряные монеты перестали кружиться у меня в глазах, я подумала, что в том, как расставлены книги, обязательно должен быть порядок. В конце концов, их слишком много для того, чтобы просто запомнить какая книжка о чём рассказывает и где должна стоять! И действительно, стоило только начать приглядываться, как некоторые следы упорядочивания стали заметны.

 Для начала, я обнаружила, что по левую руку от выхода с лестницы стояли книги, записанные письменами Южной и Западной империи, так же я встретила парочку свитков Восточных царств и одну чудную связку палочек, страну которой я не узнала.

 С другой стороны были книги только на родном языке, что сильно меня обрадовало. Но, приглядевшись к буквам на корешках, я поняла, что радость была сильно ранняя: кроме знакомого мне государева начертания, довольно часто встречались надписи старым письмом, которое я разбирала весьма плохо. Одна из книг, попавшихся мне на глаза, и вовсе была написана старинным письмом "черты и резы", и я тихо молилась Предкам, чтобы нужную мне книжку я смогла прочитать.

 

 Чуть позже я обнаружила, что на полках книги стояли тоже не просто так — второй от лестницы шкаф был наполнен томами про ткацкое дело. Следующий — про то, как разные народы кроят и шьют себе одежду.

 Так что я неторопливо шла вдоль полок и читала названия с корешков. Но ближе к лестнице стояло всё, что мне было не нужно: своды законов, особенности кузнечного дела, сборники рецептов и описания дальних земель.

 Уже порядком устав бродить в тишине, я наткнулась на уютный уголок для работы с книгами — широкий стол под окном и стул. Заодно обнаружились следы присутствия жизни здесь: пыль с части корешков была стёрта, а на столе были прямо-таки завалы из не убранных кем-то книг.

 Подойдя ближе я ахнула: первая же книга была как будто для меня оставлена! Называлась она "Сказки и предания о свойствах родовых защитных колец". Под ней лежал старый толстый кодекс "Предания о первом Государе Несмеяне, жене его Любаве Премудрой и других достославных мужей государевых, мечом и словом способствовавших установлению княжеской власти", написанный на пергаменте в полный лист. Из-под края нижнего замочка торчала пачка писчей бумаги. В дальнем углу стола притулилась маленькая чернильница и пара нечиненных перьев. Ещё одно перо торчало в чернильнице подобно полотнищу сдавшейся крепости — когда-то белое, а теперь забрызганное чернилами и с пожёванным кончиком.

 Странно, конечно, что неведомый исследователь старины не забрал свои записи... Хотя мне-то какое дело до них? Я лучше книжки почитаю. Благо батюшка накрепко вбил правило: "Оставляешь свои записи на столе — защити их. Нашла чужие записи, открыто лежащие на столе — не читай их, и, по возможности, не трогай: любопытство ещё не одну девушку сгубило".

 Подошла к ближайшей полке и пригляделась к надписям на корешках: "Несколько способов к устроению чаровательной мастерской", "О различении и сходстве способов простого ювелирного дела и волховской работе с подвесами", "Светильник науки тайной"... Кажется, здесь можно поискать и какой-нибудь справочник различных амулетов.

 Минусом было только одно: книги по использованию дара почему-то писали на пергаменте, а не на бумаге. Но, при этом, трактаты были весьма велики в объеме, что иногда делало книгу буквально неподъемной.

 Найдя в тёмном углу полки книгу с завлекательным названием "Краткий список чар, приуготовленных для украшений, известных в Подлунном Мире, собранный скромным философом Миладом ибн-Надиром аль-Шираз и переведённый Милошем Дворкувичем", я возблагодарила Предков за то, что устроители библиотеки не гнались за показной роскошью, заставлявшей иных дворян заказывать равные весу самого кодекса оклады из золота и серебра. А то бы я сей светоч знаний даже с полки достать не смогла.

 Кое-как ухватившись за крепившиеся к доскам застёжки фолианта, я вытащила книгу с полки. И, положив её на пол, села тут же. Ну в самом деле, не тащить же эту жемчужину собрания к столу — по моим ощущениям, кодекс весил не намного меньше молодого барашка.

 С грустью глянув из-за шкафа на удобный стол с уютным стулом — вот надоест искать описание к амулету "пэри желаний", тогда приду сидеть как благородная дама за чтением, а не как безалаберная служаночка. В итоге, я подтащила книгу к полосе света, который падал наискось небольшого прохода между шкафами, что позволило вполне уверенно читать буквы.



Анна Смирнова

Отредактировано: 30.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться