Беглянка с секретом

Размер шрифта: - +

5.5

Не дожидаясь распоряжений от Альдора или Рэзвана, я всё же пошла к Маркушу. И показалось, он вовсе не расстроен, не встревожен тем, что его брату вдруг пришлось отправить восвояси уже давно сговоренную помощницу. Теперь я даже начинала её понимать.

— Мы всё равно вряд ли поладили бы с ней, — попытался унять медленно грызущую меня совесть юноша, когда мы вышли прогуляться перед ужином.

— Отчего такая уверенность, унбар? — я склонилась к его плечу, легко толкая перед собой его хитро устроенное кресло по тропинке старого, но ухоженного сада.

Здесь явно чувствовалась рука мага-садовника, который сумел сохранить первозданность этого диковатого, как и его хозяева, места, но и облагородить его ровно настолько, чтобы по нему было приятно ходить, рассматривать уже вовсю цветущие груши и ровно, но не слишком, остриженные акации. И мелкие синие и жёлтые цветки, названий которых я даже не помнила — в траве. Всё тут дышало силой, вложенной в облик сада. Словно пронзал воздух тонкие иглы заботы. Странно, что я ощущала это так остро. Никогда не замечала раньше.

— Все они слишком сильно хотели тут остаться. Слишком сильно хотели угодить, — пожал плечами Маркуш, чуть поразмыслив над моим вопросом. — А вы как будто каждый миг готовы уйти. Раньше над ними висела опасность оставить недовольным Альдора. А сейчас даже Рэзван не хотел бы вас чем-то задеть. Потому что вы тут же оставите Анделналт.

От его слов загорелись жаром уши. Так спокойно он говорил, будто в этом не было ничего странного.

— Разве это хорошо? Зачем я нужна Рэзвану?

Маркуш вывернул голову, чтобы посмотреть на меня. Тепло его глубоких карих глаз, показалось, разлилось изнутри. Будто он умел ласкать душу — удивительное и слегка жутковатое ощущение. Словно в этом мальчишке была мощь пострашнее Альдоровой.

Но он снова отвернулся, удобнее устраиваясь в кресле. Думала, будет смущаться своей кажущейся слабости, а он держался так, словно на троне сидит — не меньше. Но без нарочитой заносчивости и отрицания любого сочувствия.

— Не знаю, что там с Рэзваном, но я сам хотел бы понять, отчего вы нужны мне. И я узнаю, — он улыбнулся.

Я не видела его улыбки, но услышала в голосе. Крепче сжала обтянутые кожей ручки кресла, давя в груди вспышку жгучего сожаления. И не могла пока понять, о чём сожалею больше: что оказалась здесь, коснулась — пока только едва — жизни загадочных и влиятельных де ла Фиеров. Или что мне всё же придётся отсюда уйти. Забраться так далеко, как можно — а значит, никогда больше не увидеть Анделналт и его обитателей.

А пока я шла, слушая звонкое посвистывание птиц. И тихое дыхание Маркуша, который как будто каждый миг ждал от меня какого-то слова или движения. Он словно бы даже затылком изучал меня — и оттого невольно хотелось разгадать и его тайны тоже.

Мы вернулись в замок только к ужину. И снова Маркуш порадовал брата своим присутствием: это ощущалось по тому, как заметно прохладнее становилось вокруг, когда что-то в душе де ла Фиера старшего успокаивалось. Верно, в такие моменты он, может быть, даже переставал жалеть о том, что неосторожно предложил мне остаться — наступив на свою немаленькую гордость, через которую не каждая птица перелетит.

— Знаете, — заговорил он вдруг уже почти перед самым окончанием ужина. — А офате Трандафир оказалась весьма мерзкой девицей. Странно, что я не заметил того раньше.

— Наверное, многие качества проявляются в неожиданных ситуациях, — отчего-то улыбаясь, предположил Рэзван.

Альдор перевёл взгляд на меня, но тут же опустил в свою тарелку, стоило только на него ответить.

— Думаю, вы правы. И хорошо, когда это выясняется вовремя. Не хочется разочаровываться в тот миг, когда ты уже поверил в то, что нашёл нужного человека.

Маркуш фыркнул тихо, поглядывая то на меня, то на него. Но под строгим хлёстким взглядом брата тут же притух, словно ярко вспыхнувший светильник за спиной вмиг забрал его шкодливое веселье.

К счастью, уже подступила ночь. И не верилось, что всё это произошло со мной сегодня. Что за два дня моя жизнь перевернулась вдруг — и непонятно пока, правильной ли стороной. Андра вместе с крепким слугой принесла воды — ополоснуться перед сном. Я смыла скопившуюся на коже пыль и усталость, даже прополоскала репейным отваром волосы, которые медленно, но верно уже становились из серебристо-белых просто серыми. Женщина принесла мне несколько свежих сорочек под платья и ночных — удивительно красивых и добротных, хоть и сшитых, казалось бы, из обычного льна. Оставалось гадать, откуда в замке, где, кажется, давно не было хозяйки: ни молодой, ни зрелой, такие вещи. Не на случай же внезапно свалившихся на голову девиц их шили. Да мне было, признаться, мало дела до этого: так приятно было ощутить на коже дорогую ткань. Так приятно было лечь в удобную постель: Маркуш сегодня чувствовал себя хорошо, а потому можно было ночевать в комнате. Но звонкий латунный колокольчик, что висел недалеко от кровати, не позволял забыть об обязанностях, которые я взяла на себя — пусть и временно. Если понадоблюсь младшему де ла Фиеру, он может вызвать меня в любой миг.

Да вот только ночью меня разбудил вовсе не звон колокольчика. Поначалу это был гром. Он прозвучал где-то вдалеке и стих. Но прокатился снова: уже над самой крышей. А после хлынул дождь. Просто рухнул с неба стеной, зашумел, заколотил в окно с такой силой, что вот-вот выбьет. Но сейчас я лежала в тёплой постели, в надёжном замке, пусть и с необычными хозяевами. Потому снова уснула под шорох ливня, и даже гулкие раскаты меня не тревожили, вспышки молний не мешали, хоть и озаряли порой комнату так ярко, будто днём.



Счастная Елена

Отредактировано: 14.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться