Беглянки

4

Эти нескончаемые Нины, наконец-то, остались позади, дорога спустилась с пригорка и к ней вплотную подступили деревья.

Справа это был настоящий густой лес, а слева – та самая лесополоса, что отгораживала железную дорогу. Она разрослась и превратилась в непроходимые колючие заросли из кустов терна  и раскидистой акации под названием глядичая, которая не меньше, чем терен, была утыкана колючками снизу доверху..

Черные треугольные вороны остались возле орехового дерева и ворон Милош больше девочек не преследовал. Они почувствовали себя очень неуютно без их каркающего суетливого общества. Идти одним по узкой обочине в туннеле из обступивших дорогу деревьев было тревожно и жутко.

Проезжающие мимо машины беглянкам казались живыми, очень коварными и опасными существами, поэтому, чтобы избавиться от охватившего их души беспокойства, девочки шли, обсуждая их марки, цвет и крутизну наворотов. Они даже слегка поссорились, потому что каждая заявляла, что понравившуюся машину, чуть только вырастет, купит первой. Они обижались друг на друга за неуступчивость, и некому было их успокоить, объяснить, что, пока они вырастут, и смогут заработать достаточно денег, престижными будут совсем другие машины, но и тогда ничего зазорного не будет в том, что у двух школьных подруг они окажутся одинаковыми.

Дорогу снова пересек овраг и лес справа отступил на две-три сотни метров, к самой реке Куме, которая здесь была особенно широкой и обрывистой.

-Вик, а у вас в Архиповке Кума течет?

-Конечно, недалеко от нашего дома. Там тоже хороший лес, и грибы в нем мы собираем, и кизил, и терен, и орехи - мечтательно сказала Вика.

-У нас под Зеленокумском все это тоже растет, но от центра лес далеко. А ты помнишь, когда Евгеша в конце прошлого учебного года нас водила в лес на экскурсию, было жарко, у нас вода кончилась, и мальчишки хотели пить из реки, а Евгеша за ними с хворостиной гонялась, не разрешала? Тогда она нам объясняла, что Кума в переводе означает «несущая песок». А по-моему в ней не столько песка, сколько глины и водоворотов. Но купаться в ней я все равно очень люблю, - с удовольствием в голосе сказала Вера.

Слева от дороги овраг весь зарос камышом, а справа до леса  простирались поля, фермы, уже разрушенные и еще крепкие, паслись коровы, пользуясь теплой погодой и зеленой не по сезону травой, и пастух на гнедой тонконогой лошади объезжал стадо.

Лесополоса слева отодвинулась на полкилометра и продолжала прятать от посторонних глаз, от ветров и снежных заносов железную дорогу, а от лесополосы до трассы земля была перепахана.

Беглянки шли голодные и усталые, их не радовали даже яркие лучи ласкового солнышка и пугала дальняя даль до недостижимой пока Стародубки.

-Эй, детвора, куда это вы тащитесь? – огромный КаМаЗ притормозил возле них, стекло опустилось и в окно высунулся мужчина лет сорока, с веселыми хмельными глазами, курносым носом и лысеющей шевелюрой.– Вы же так под колеса попадете, о чем ваши родители думают?

Девочки насупились, посерьезнели и продолжали свой путь, даже не оглядываясь на заговорившего с ними человека.

-Ну, чего, вы, девчонки? Идите сюда. Смотрите, какой у меня мишка есть. Розовый! Кто из вас смелее, тому и подарю, - человек высунул из окна огромного плюшевого медведя и крутил его и так, и эдак, в то время, как шофер КаМаЗа ехать старался медленно, поэтому машины одна за другой вынуждены были его обгонять, проезжая близко от девочек.

-А какие у меня конфеты есть! Подходите, угощу. И бананы есть, и шоколад. Ну, же, кто из вас смелей?

-Вер, пойдем, шоколадку возьмем, - предложила, жалобно сморщившись, Вика. - Так кушать хочется…

-Да ты, че?! Не вздумай! – возмутилась Вера и, обращаясь к мужчине, крикнула:

-Везите гостинцы своим детям! Нам ничего не надо!

-Вот трусишки, чего боитесь, я вам ничего плохого не сделаю! - прокричал незнакомец и, повернувшись к шоферу, крикнул:

-Останови! – и, не дожидаясь, когда эта махина съедет на обочину и остановится, стал спускаться с высокой ступеньки,  бормоча и ругаясь себе под нос.

-Бежим!  - крикнула Вера и, схватив подругу за руку, ринулась с насыпи в лесополосу.

-Все равно ж догоню, далеко не убежите! - кричал мужчина вслед беглянкам, а те в страшном  испуге завизжали, что есть мочи. Ноги у них подкашивались от накатившей внезапной слабости, сапоги вязли в размокшей пахоте, а портфели казались непомерно тяжелыми.

Они не понимали, что, убегая в лесополосу, подвергают себя еще большей опасности, ведь там им некому было  помочь.

Убегающих девочек видели люди из проезжающих машин, видели они и мужчину, который за ними гнался, но никто не остановился, не вмешался, не поинтересовался, кто он им: отец ли, родственник  или маньяк, наконец?