Бесценные девы

Размер шрифта: - +

Усмири зверя. Глава седьмая

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Однажды, когда Зорана опять убежала на встречу со своим жрецом, я решила выйти из кельи. Надоело ютиться в норе, душа требовала простора. Ночная обитель сияла, заведения манили зайти, жаждущие общения мираи обжигали любопытными взглядами. Но я ни на что и ни на кого не обращала внимания, поторопилась пройти мостик над пропастью и скрыться на каменной поляне, которую нашла совсем недавно, когда брела одна после работы.

Осторожно узнав у соседки, а пользуется ли по ночам поляна популярностью, получила ответ: нет, по крайней мере, та не видела.

Поляна поросла разноцветным светящимся мхом, а потому каждый отдельный камушек выглядел чудным необычным цветком. Я выбрала самый большой камень и уселась на него. Закрыла глаза, прислушиваясь к звукам, доносящимся из более узкого прохода: вдалеке капала воды, постанывал ветер, чуть слышно пели сами стены. Дивные звуки навивали умиротворение.

Посидев некоторое время с закрытыми глазами, достала флейту и, стараясь не нарушить гармонию, заиграла. Чистейший восторг, экстаз, упоение – все в одном. Впрочем, мне не были нужны определения, то, что я чувствовала, было вне категорий.

Но вдруг в мелодию вкрался иной звук, разрушая благозвучность. Я оборвала игру, открыла глаза и принялась оглядываться. Темнота впереди и отблески огней за спиной, но не одного признака, что кто-то ко мне подкрался.

я хотела продолжить занятие, но не смогла собраться. За каждым углом невольно видела Верховного и ждала плохого. А потому поднялась и побежала в келью, где, не раздеваясь, упала в кровать и постаралась уснуть.

 

Утром после привычного уже кровопускания вместо работы всех ми повели в молельный зал. Помимо нас, присутствовали и жрецы. Женщины возбужденно галдели, мужчины, наоборот, были молчаливы и собраны. Своим обновленным восприятием я буквально чувствовала, как от нетерпения дрожали ми, как был наэлектризован воздух.

Прозвучал звук гонга. Такой же непривычный в темном городе, как и радость на лицах женщин. В молельный зал вошел Мифил, хмуро обвел взглядом присутствующих. Примолкли самые шумные ми, вытянулись в струнку мираи, я, наоборот, сгорбилась, сжалась, пытаясь спрятаться от черных глаз.

– Пришел черед Великой Церемонии! – возвестил Верховный жрец. – Сегодня Око укажет на претенденток, одна из которых станет женой самого Темного! Да будет так!

Ми дружно ахнули, подались к пьедесталу, к Мифилу, будто только от него зависело, станет ли кто-то из них избранницей Бога. Поддавшись стадному чувству, я тоже шагнула вперед, но, вспомнив слова Крона, отшатнулась, невольно наступая на ноги тем ми, кто стояли за спиной.

– Аккуратней!

– Простите.

Вспыхнули тысячи свечей, закурились по углам пещеры ароматные палочки. Приближенные жрецы во главе с Верховным обступили статую Темного, воздели руки и запели. Заунывная мелодия гипнотизировала, тяжелый аромат благовоний кружил голову. Незаметно для себя я впадала в некое подобие транса, позволявшего видеть происходящее, но не реагировать.

Песнь продолжалась. То там, то здесь появлялись желтые вспышки, выхватывавшие из толпы ми. Девушки, все как одна молодые и симпатичные, взлетали над полом и устремлялись к статуе Темного.

Я насчитала девятерых, в их число вошла и Зорана, прежде чем сама воспарила, словно птица. Ни страха, ни беспокойства, ни волнения – мои чувства будто бы заморозили. Чем ближе я подлетала к статуе, тем хуже воспринимала реальность. В какой-то момент, казалось, потеряла сознание. На миг, долю секунды перестала видеть и ощущать. Но вот глаза каменного божества нестерпимо загорели красным. Свет болью отозвался в теле, и я, наконец, стала самой собой. Закричала от испуга, забилась в невидимых путах и… опустилась на пол.

– Избранница, подойди, – велел Мифил. – Бог желает посмотреть на тебя поближе.

Я опасливо покосилась на жреца, уж больно подозрительно все это.

– Подойди, избранная, – повторил Мифил.

В его голосе вновь появилась странная сила, заставившая меня сделать несколько шагов вперед к статуе Темного.

– Быстрее.

Я бегом преодолела разделявшее нас расстояние и вскочила на возвышение.

– Молодец, – усмехнулся жрец. – Темный не любит ждать.

Давление непонятной силы закончилось так же быстро, как и началось. Я с облегчением выдохнула. Но, как оказалось, рано, ведь знакомство еще не состоялось.

– Твое имя, ми? – спросил Мифил.

– Имя? – удивленно проблеяла я. – Но ведь ми не положено имя.

– Имя, – надавил голосом жрец. – Бог выбрал женщину, а не рабыню.

– Виола, – прошептала, испугавшись его глаз, горевших потусторонним светом. – Виола Майлини.

– Хорошо. Раздевайся, Виола, урожденная Майлини.

– Простите?

– Снимай одежду, – велел Мифил, ощупывая мое тело жадным взглядом.

Я испуганно отступила, развернулась, надеясь увидеть поддержку, но тщетно, в глазах остальных жрецов, как и ми, горел огонь нетерпения. Казалось, их глаза теперь принадлежали самому Темному, решившему как следует рассмотреть избранницу.

– Раздевайся, Виола! – прогрохотал голос.

Я всхлипнула от ужаса и стыда, но все же начала растягивать пуговицы.

– Живей! Я устал ждать!

Мифил подскочил ко мне и с силой дернул за полы, стягивая рваную тряпку. Я скрючилась, пытаясь прикрыться.

– Убери руки, я должен видеть, – приказал жрец.

Судорожно замотала головой. Стыд накрыл с головой, мешая размышлять здраво. Я ощущала себя мышкой, которую вот-вот готов сожрать кот.

– Убери! Покажи себя, женщина.

– Покажи! Покажи! Покажи! – ревели внизу люди.



Розалинда Шторм

Отредактировано: 29.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться