Бесконечное лето

Размер шрифта: - +

14.

 Мы ехали обратно с фестиваля музыки. Зрелище было отменным. Столько народу собралось вместе, чтобы послушать крутые группы, и я счастлива, что была среди них. Из Денвера шел специальный автобус, развозящий тех, кто был без машины. Он высадил нас в более удобном месте. Из города мы позвонили в службу эвакуации, и уже на эвакуаторе ехали до того места, где оставили бедную машину Тобина. Водитель решил, что сможет нам помочь, и, после долгой, кропотливой работы, обнаружил причину поломки и устранил ее. Тобин заплатил мужчине, дальше мы уже ехали домой на своей машине. Я хотела спать, но смотря на замученного друга, не собиралась засыпать. Не хотелось его дразнить.

 В дороге я спросила у Тобина про список, но тот сказал, что посмотрит его позже, так как за рулем это будет проблематично выполнить. Дома меня встретила мама и спросила о поездке. Я рассказала ей все самое безобидное, и не упомянула один стаканчик пива. А что еще могла сказать? Что мы застряли надолго из-за поломки машины, ночевали у незнакомой старушки? Это маме не понравится. Гарантированно.

 Когда я вошла в свою комнату, то сразу плюхнулась на кровать. Я была чертовски вымотана. Но по иронии судьбы, покоя мне никто не дал. В открытое окно влезла Мэг, и сильно ударилась об пол. Кряхтя, та встала, а потом отряхнула одежду. На лице сияла улыбка.

 — Как съездила? — она легла рядом, а потом ткнула мне локте в бок. — Что-нибудь произошло, а? — снова пихнула, а потом поиграла бровями.

 — Снова ты за свое, да, Мэг?

 — Я просто спросила, — она подняла ладони вверх и пожала плечами.

 — Ничего не было, хорошо? Сейчас я хочу выспаться.

 Рассказать ей обо всем я планировала позже, потому что от усталости мне было лень даже говорить. Язык еле поворачивался, что уж там вести долгий разговор про мое маленькое приключение. Я вспомнила машину Труди. Точнее, что в ней произошло. Это было так…интимно. И странно. В хорошем смысле.

 — Эл, мое любопытство все равно не даст тебе отдыха. Ты быстро расскажи, и я уйду восвояси.

 — Чуть позже, — я повернулась на бок, и готова была провалиться в сон.

 — Нет.

 — Мэг!

 — Пожалуйста.

 Я зарычала в подушку, а потом ее же швырнула в лицо подруги. Сев на кровати, взяла вторую подушку с изображением милой овечки, и обхватила ее руками. Затем приступила к подробному отчету о поездке. Подробном настолько, насколько это возможно.

 — Не сомневалась, что так и будет, — сказала Мэг, выслушав меня.

 — Как «так»? — теперь спать больше не хотелось. Не знаю, плохо это, или хорошо.

 — Что вы не устоите друг перед другом!

 — Прошу, не нужно выражаться такими сопливыми и отвратительными словами, — я повернулась к ней. — И что это вообще такое? Ты любовных романов начиталась?

 — Может быть, — подруга усмехнулась.

 — Тогда я обязана сказать о том, что творящееся в твоих книжонках и в жизни – это совсем разные вещи. Не сравнивай меня и каких-то глупых героинь, ладно?

 — Зануда, — Мэг закатила глаза.

***

 Когда Мэг ушла, я наконец могла расслабиться. Сейчас мне ужасно не хватало машины Тобина, открытых окон, через которых сильным потоком врывался воздух, раздувая волосы, и скорости, которую развивал автомобиль парня по пустому шоссе. Я бы с удовольствием съездила еще куда-нибудь. В такие моменты ты ощущаешь себя свободным и способным на все. Удивительное ощущение.

 Наступал вечер, и я пошла в душ, предварительно забрав с собой необходимые вещи и одежду. В дороге я сильно вспотела, и кожа была липкая. Мне хотелось поскорее смыть с себя пот. Только в душе я поняла, что проведя на фестивале весь день на солнцепеке, под открытым небом, я немного обгорела. Кожа побаливала и зудела, причиняя неудобства.  Выйдя из душа, надела свободную футболку и спортивные шорты. После этого можно было почитать то, что советовали по будущей программе поступающим университета. Но и тут покоя мне не дали. В комнату вошла мама.

 — Ты должна кое-что знать, милая. Только не переживай, — мама села в изножье кровати.

 — Что случилось?

 Мама какое-то время молчала, смотря на свое обручальное кольцо, которое носила до сих пор. Носил ли его папа? Я даже не обратила внимания. Когда мама оторвала взгляд от украшения, ее глаза были направлены на меня. В них читалась тревога.

 — Пока тебя не было, приходил твой отец. Мы поговорили.

 — Что?!

 Я же говорила ему держаться подальше от мамы! Умиротворение пропало, на его место пришла злость. И я очень боялась за маму.

 — О чем вы говорили? Только ответь честно.

 Мама опять замолчала, витая где-то в своих мыслях, но потом вздохнула.

 — Он хотел извиниться, — я закатила глаза, и она поспешно продолжила говорить, — и объяснил все, что было тогда в тот день. Неужели Карен могла такое сделать?

 Если судить по ее лицу, то она была искренне поражена. Неужели она поверила отцу? Так сразу? Даже после того, что тот натворил? Не понимаю где логика. Как мама могла довериться словам лжеца? То, что он лжец, совершенно точно, так как вся его история была не правдоподобная.

 — И ты ему поверила? — изумленно воскликнула я. Получилось слишком визгливо.

 — А что мне еще оставалось? Другого я и принять не могу, — рука мамы поднялась к груди, плечи затряслись, но она не плакала. — Мне только и остается, что успокаивать себя любыми способами. Даже если это обман. У меня больше ничего не осталось, кроме веры в лучшее в людях, Элли.



Даша Фурманова

Отредактировано: 12.10.2015

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: