Беспокойные будни тёмного архимагистра. Магакадемия 1

Глава 37

– Адепт Лоссдор, теперь, когда рядом нет друзей, может, всё же расскажете, что с вами происходит? – Ал выжидательно посмотрел на юного бунтаря, однако тот лишь поджал губы и выпрямил спину ещё ровнее. Вот упрямый! – Нет?

Тишина.

– Что ж, – вздохнул декан. – Тогда у нас нет выбора: придётся просмотреть ваши воспоминания, чтобы разобраться, что к чему.

Алакдаэр и так собирался ментально допросить «шутника», просто хотел дать ему возможность сознаться самому. После слов архимагистра парень напрягся, а значит, из его головы можно добыть немало интересных сведений.

– Магистр Фридгерт, приступайте, – распорядился дроу. – Только теперь считайте события четырёх последних дней, включая сегодняшний.

Риан возложил руки на голову адепта и провёл процедуру извлечения. И хотя память снежного эльфа не была подчищена, но стояли достаточно сильные ментальные блоки, установленные самим Лэндгвэйном: он явно не горел желанием делиться сокровенным. Понятное дело, менталист обошёл защиту и добыл необходимые сведения, однако такое внутреннее сопротивление не прошло даром, и потому парень принял на себя дозу неприятнейших ощущений, которые вот-вот завершатся жуткой головной болью и тошнотой.

Алакдаэр раздражённо глянул на упрямца, который даже сейчас идёт наперекор, и задумался, что же такое важное тот хочет защитить. Впрочем, новоявленный первокурсник был нужен архимагистру в адекватном состоянии, поэтому он всё же не поскупился на целебные чары, чтобы привести адепта в норму.

Когда эльф рухнул в кресло, пытаясь прийти в себя и отдышаться, Ал подбавил ему восстанавливающих чар и сел напротив:

– Адепт Лоссдор, возможно, вы хотите мне что-нибудь рассказать или показать до того, как я увижу ваши воспоминания и мысли? Можете не сомневаться, это вам зачтётся как сотрудничество и помощь в расследовании.

Дроу дождался, пока Риан передаст новую информацию в его маджет, и спрятал устройство, а потом выжидательно посмотрел на бывшего третьекурсника. Беловолосый отдышался, взял себя в руки и прямо взглянул на Ала. Дроу бы даже восхитился его стойкости, если бы ему в этот момент не хотелось хорошенько встряхнуть высокородного хулигана и выбить из того всю дурь.

– Хочу, – решительно заявил парень и достал из кармана сложенные листки, исписанные мелким почерком. – Я… собирался сознаться сегодня после занятий, но сначала хотел попытаться разобраться с этим странным зельем. О том, что там яд, я узнал только тогда, когда лежал в лазарете. Я не желал Нор… Альвиноре смерти. Вот, – листики перекочевали в руки архимагистра, – это всё, что мне удалось расшифровать. Сидел всю ночь, но смог определить только малую часть ингредиентов.

– То-то у вас был такой утомлённый вид, – протянул Алакдаэр, разглядывая записи адепта и с приятным удивлением отмечая, что тот сделал гораздо больше, чем сам думает. – Не буду вас хвалить (не та ситуация), но отмечу, что ночь у вас прошла не зря. Дальше исследованиями займусь я. Что-нибудь ещё?

Молчание.

«Крепкий орешек. Ладно, сейчас сами всё увидим», – решил Ал и повернулся к настольному маджету, куда магистр уже передал необходимые сведения.

– Давайте же посмотрим, с чего всё началось, – Тёмный дал знак Риану начать показ. – Думаю, мы не ошибёмся, если заглянем в воспоминания адепта Лоссдора в последний день каникул…

Риан курировал показ и выводил на экран только относящиеся к делу события (более подробно Ал потом и сам сможет посмотреть). После просмотра воспоминаний всех четырёх ребят перед Тёмным выстроилась полная картина произошедшего.

– О, а вот и официант, – удовлетворённо заметил он. – Теперь я смогу узнать его ауру.

–Да, и можно показать нашим ищейкам, – сгласился менталист. – Может, найдут.

– Итак, зелье метаморфоз, завязанное на вас, и клятва подчинения, – задумчиво изрёк дроу, буравя взглядом безрассудного мальчишку. – М-мда, не позавидуешь адептке Арис. Я только в толк взять не могу, почему вы за неё так уцепились, что никак в покое не оставите? Ну не умеет она нормально колдовать, так все вы на первом курсе были теми ещё слабачками, даже вспомнить смешно. Откуда столько внимания к её скромной персоне? Это из-за статьи? Или дело в чём-то другом?

Эльф молчал, только губы кусал.

– Адепт Лоссдор, может, мне считать не только ваши мысли и воспоминания, но и эмоции? – предложил декан. – Если уж вы сами не можете разобраться в этом вопросе.

– Не надо, – и снова сжал губы.

Адакдаэр возвёл глаза к потолку и решил отставить лирику:

– Где зелье метаморфоз? Надеюсь, его вы тоже принесли?

– Принёс, – в руке парня появился небольшой пузырёк с тёмно-красной жидкостью, который он передал архимагистру.

– Значит, за ночь его сварганили? – Ал выразительно переглянулся с Рианом.

– Угу.

– Вот видите, магистр Фридгерт, когда дело доходит до шалостей, наши адепты превосходят сами себя и создают многоуровневые зелья за считанные часы. А если дело касается учёбы, не добьёшься и элементарной настойки от простуды, – Тёмный неодобрительно поцокал языком, хотя на самом деле был очень доволен успехами снежного в зельеварении. Вот бы он применял свои навыки и умения в мирных целях.