Бесполезная иммунная. Часть первая. (редактируется)

Часть четвертая. На завтра у меня - истерика и шопинг

Чувс­твуя се­бя до­нель­зя про­тив­но, ед­ва Ди­ма за­кон­чил, как я тут же под­ня­лась и, сде­лав вид, что со мной все в пол­ном по­ряд­ке, хо­тя на са­мом де­ле у ме­ня жу-у-у-у-ут­ко бо­лели ла­дони, соб­ра­ла все в рюк­зак и пош­ла сле­дом за пси­хом. Ему точ­но нра­вилось чувс­тво­вать се­бя глав­ным в на­шей ко­ман­де. Чтоб его ка­кой-ни­будь ин­фи­циро­ван­ный за но­гу уку­сил. А еще луч­ше, ес­ли не но­гу, а за то, что меж­ду ног, что­бы не пи­хал ку­да ни по­падя.

— Эй, а кто те­бя так драть­ся на­учил? — спро­сил вдруг за­бин­то­ван­ный, по­вора­чива­ясь ко мне. Он выг­ля­дел до­воль­но пло­хо, на ску­ле яс­но вид­не­лось пят­но кро­ви. По­хоже, я его как сле­ду­ет при­ложи­ла, раз да­же сквозь бин­ты про­сочи­лось.

— У ме­ня бы­ло стар­ших три дво­юрод­ных бра­та, — от­ве­тила я, ог­ля­дыва­ясь. Мы по­дош­ли к не­боль­шой лес­тни­це без пе­рил, ко­торая ве­ла с чер­да­ка на вер­хний этаж, и на­чали спус­кать­ся.

— Прав­да? — уди­вил­ся Ди­ма.

— Да, Са­ша иг­рал в пер­вой таб­ли­це в шах­матной сбор­ной, Гор­дей на­чинал пла­кать каж­дый раз, ког­да слы­шал грус­тную пес­ню, а Ели­сей дей­стви­тель­но мог на­деть кок­тей­льное платье и шес­ти­сан­ти­мет­ро­вые каб­лу­ки. И я ни­кому не со­бира­лась поз­во­лять выс­ка­зывать им вся­кое дерь­мо за всё это. По­это­му мне приш­лось на­учить­ся бить лю­дей, ко­торые боль­ше ме­ня, до­воль­но ра­но.

На­пар­ник из­дал не­понят­ный звук, чем-то по­хожий на вздох об­легче­ния. Ка­жет­ся, он ре­шил, что я мо­гу быть хоть в чем-то по­лез­на, но вот я так не ду­маю. Ну не прис­по­соб­ле­на я к бе­гот­не во вре­мя ка­тас­троф на ней пла­нете, я боль­ше люб­лю си­деть за компь­юте­ром, иг­рать в Симс или, на край­ний слу­чай, в До­ту, где ме­ня ру­гали по чем свет сто­ит за мою не­уме­лость. Я не умею быть су­пер­ге­ро­ем во вре­мя ка­так­лизма, ведь да­же ког­да он на­чал­ся, ме­ня очень быс­тро заб­ра­ли в ла­бора­торию, и я опять не смог­ла ни­чего уз­нать о на­шем ми­ре и хоть как-то что-то уз­нать по не­му. Сер­дце от это­го раз­ры­ва­ет­ся. Но все-та­ки, на­вер­ное, я да­же ра­да, что встре­тила Ди­му, он же поч­ти все зна­ет о си­ту­ации, и уме­ет де­лать все-все, хоть и та еще пад­ла хит­рая. Ин­те­рес­но, с ка­кого он пе­репу­гу ре­шил ид­ти фиг зна­ет ку­да фиг зна­ет с кем? Этот псих ведь толь­ко мое имя и знал, вот стран­но…

— Вот мы и доб­ра­лись, — за­бин­то­ван­ный ука­зал паль­цем на раз­би­тую вит­ри­ну, — ма­газин одеж­ды. Пош­ли, мне то­же нуж­но кое-что прис­мотреть, — он взял ме­ня под ру­ку, ви­димо, что­бы я не убе­жала.

— Ух ты, ар­ма­тура ва­ля­ет­ся! — вос­клик­ну­ла я, слов­но впер­вые та­кое ви­дела, и, вы­вер­нувшись, схва­тила же­лез­ную пал­ку, ва­ля­ющу­юся на по­лу. — Са­мое клас­сное ору­жие, пря­мо как кир­пич или га­зовый ключ. Зна­ешь, в чем плю­сы та­кого клю­ча? — я по­вер­те­ла в ру­ках ар­ма­туру. — Га­зовым клю­чом мож­но хва­тать — это раз. Бить по го­лове — два. Уг­ро­жать — три. Он не яв­ля­ет­ся хо­лод­ным или ог­нес­трель­ным ору­жи­ем — че­тыре. Не да­ет осе­чек — пять. Не нуж­да­ет­ся в пат­ро­нах — шесть. Ле­тит да­леко и в ме­ру мет­ко — семь. По­лезен в до­маш­нем хо­зяй­стве — во­семь.

Ди­ма по­жал пле­чами: ему ку­да бли­же бы­ла Сай­га, за­бот­ли­во за­чех­ленная. Ми­нут пять поб­ро­див по раз­гром­ленно­му за­лу без вы­вес­ки, за­бин­то­ван­ный уже сто­ял око­ло при­мероч­ной, дер­жа в ру­ках тем­но-ко­рич­не­вую тол­стов­ку, па­ру чер­ных фут­бо­лок и джин­сы с ку­чей кар­ма­нов глу­боко­го си­него цве­та. Мне бы та­кую ско­рость! Как мож­но по­доб­рать хоть что-то нуж­ное, ес­ли вез­де на ве­шал­ках ви­сит одеж­да ли­бо слиш­ком вы­зыва­ющая, ли­бо слиш­ком яр­кая, ли­бо слиш­ком не­удоб­ная! Ну вот ска­жите мне, как мож­но бе­гать по ле­су в су­пероб­ле­га­ющих джин­сах и по­луп­розрач­ной ру­баш­ке с чер­ным узо­ром из сло­няток? Лич­но я это­го не по­нимаю, по­это­му хо­дила поч­ти пол­ча­са, по­ка ко мне не по­дошел мой на­пар­ник, силь­но злой, и не от­вел в па­цан­цкий от­дел. А тут уже, как го­ворит­ся, пять ми­нут и все го­тово. Прав­да, джин­сы бы­ли мне нем­но­го ве­лико­ваты, но я быс­тро пе­ретя­нула та­лию рем­нем и за­ката­ла кон­цы шта­нин. Все, я го­товая. Обыч­ная се­рая коф­та, без ка­ких-ли­бо фе­ечек-цве­точ­ков-сер­де­чек, и май­ки раз­ных хо­лод­ных цве­тов, все, без проб­лем.

Толь­ко за­бин­то­ван­но­му не пон­ра­вились мои шта­ны. «Не­женс­твен­но», сол­дат­ская мас­ки­ру­ющая рас­цвет­ка, ни­чего не вы­деля­ет, и во­об­ще ве­лико. Но ког­да я по­каза­ла Ди­ме «женс­твен­ные ва­ри­ан­ты», он мах­нул на это все ру­кой и ска­зал «Да де­лай что хо­чешь». И сла­ва бо­гу, не хва­тало еще, что­бы ка­кой-ни­будь псих, уви­дев, как моя пя­тая точ­ка, уве­личен­ная джин­са­ми с пу­шапом, мель­ка­ет сре­ди де­ревь­ев, по­бежал за мной и наб­ро­сил­ся как од­на му­мия, с ко­торой я в пос­леднее вре­мя об­ща­юсь.

Схва­тив ме­ня за ка­пюшон коф­ты, Ди­ма по­тащил ме­ня «ку­да-то ту­да». Вот блин, но за­то те­перь хоть не за во­лосы тас­ка­ет. Мес­том под наз­ва­ни­ем «ку­да-то ту­да» ока­зал­ся ма­газин с по­коре­жен­ной вы­вес­кой «CHESTER», где про­дава­лась обувь.

— Бер­цы бе­ри, — на­казал мне за­бин­то­ван­ный, под­талки­вая ко те­оре­тичес­ко­му мес­ту, где дол­жен быть вход, — все дру­гое — ерун­да на пос­тном мас­ле.

Я кив­ну­ла и вош­ла, Ди­ма же поч­ти мгно­вен­но скрыл­ся, убе­жав.

И где он мне в ма­гази­не пред­ла­га­ет най­ти во­ен­ные бо­тин­ки? Я ему что, про­давец-кон­суль­тант? Я не умею от­ли­чать бер­цы от не­бер­цев, для ме­ня все бо­тин­ки на од­но ли­цо. Есть туф­ли на вы­соком каб­лу­ке, ке­ды, крос­сы и бо­тин­ки — все, все ос­таль­ное для ме­ня это мод­ня­вая те­мень, в ко­торой мо­жет най­ти до­рогу лишь моя ма­ма и те де­вянос­то быв­ших од­ноклас­сниц, с ко­торы­ми я учи­лась в раз­ных шко­лах.

Ре­шив, что нет смыс­ла бро­дить по раз­гром­ленно­му тор­го­вому за­лу, я, с по­мощью ар­ма­туры, взло­мала за­мок на склад, а точ­нее, прос­то на­фиг его снес­ла.

— О, бо­тиноч­ки, — за­мети­ла я ин­те­рес­ную обув­ку пос­ле па­ры ми­нут мо­его шас­танья по тем­ным ко­ридо­рам и, взяв её в ру­ки, пок­ру­тила, — «Wolverine». В ду­ше не ебу, что это за бренд, — про­бор­мо­тала я. Где-то вда­леке упа­ла ко­роб­ка. Я тут же за­мер­ла. Ме­ня нем­но­го уди­вило, что в ТЦ ни­кого нет, нап­ри­мер, тех же пси­хован­ных ин­фи­циро­ван­ных.

Шум не пов­то­рил­ся, по­это­му я при­нялась при­мерять обувь. Чем быс­трее я за­кон­чу, тем быс­трее я от­сю­да уй­ду, тем бо­лее, что Ди­ма ме­ня на­вер­ня­ка уже ждет. Бо­тин­ки ока­зались мне как раз, по­это­му я быс­тро уб­ра­ла свои крос­совки в ко­роб­ку, а её за­кину­ла ку­да-то на­верх.

Сов­сем ря­дом со мной от­четли­во пос­лы­шались шар­ка­ющие ша­ги, а за­тем звук стол­кно­вения и гро­хот па­да­ющих ко­робок. Я быс­тро схва­тила ар­ма­туру и на­кину­ла на пле­чи рюк­зак. Хоть бы это был Ди­ма!

Ша­ги пос­лы­шались уже око­ло ме­ня. Я под­ня­ла мое ору­жие, го­товясь дол­ба­нуть по­дошед­ше­го ко мне пси­ха по го­лове, по­тому что Ди­ма бы точ­но ме­ня поз­вал, а этот под­кра­дыва­ет­ся, гад. Ед­ва псих по­дошел ко мне, как я тут же за­мер­ла. Ин­фи­циро­ван­ный имел до­нель­зя страш­ное ли­цо: по­лови­на ко­жи с щек ви­села на соп­лях, сквозь ды­ры мож­но бы­ло уви­деть да­же зу­бы муд­рости. Гла­за у не­го бы­ли поч­ти без зрач­ков, а ве­ки бы­ли си­не-зе­лены­ми, с губ ка­пала кровь. Ру­ки изу­родо­ваны, а но­ги кри­вые, слов­но бы они бы­ли сло­маны, а за­тем неп­ра­виль­но срос­лись.

Дол­го не раз­мышляя, я еб­ну­ла его по го­лове же­лез­ной пал­кой. На ко­роб­ки брыз­ну­ла кровь, и уже не вы­яс­няя, дви­га­ет­ся ли это су­щес­тво или нет, я по­бежа­ла в сто­рону вы­хода.

— Ди­ма! Ди­ма! — за­ора­ла я, все еще дер­жа в ру­ках ар­ма­туру. Рас­ста­вать­ся с ней мне очень не хо­телось, раз она ста­ла для ме­ня та­ким прек­расным ору­жи­ем, не тре­бу­ющим осо­бых раз­мышле­ний и тех­ни­ки.

Сво­его на­пар­ни­ка я наш­ла око­ло не­рабо­та­юще­го эс­ка­лато­ра. Он дер­жал что-то за сво­ей спи­ной.

— Ты че­го орешь? — спро­сил за­бин­то­ван­ный, ед­ва я к не­му под­бе­жала, тя­жело ды­ша.

— Там!.. Там боль­ной! Он был так близ­ко! Это прос­то пиз­дец! — я бы­ла го­това рух­нуть без соз­на­ния на ру­ки Ди­ме. Хо­тя на пол то­же сой­дет.

Псих по­жал пле­чами, но, взгля­нув на ар­ма­туру, с ко­торой ка­пала тя­гучая крас­ная жид­кость, лас­ко­во пог­ла­дил ме­ня по го­лове.

— Да все нор­маль­но. Они тут ред­ко встре­ча­ют­ся, глав­ное, что ты его обез­дви­жила и убе­жала. Обо всем ос­таль­ном не вол­нуй­ся, — он выг­ля­дел та­ким по­фигис­тичным, что мне хо­телось его сно­ва уда­рить, при­чем пря­мо в его бе­зэмо­ци­ональ­но го­воря­щий рот. Вот пря­мо так, что­бы гу­бу раз­бить, что­бы у не­го по­яви­лось но­вое пят­но на под­бо­род­ке.

— Зна­ешь что?! Да ты зна­ешь что?! Я че­лове­ка уда­рила по баш­ке ар­ма­турой! Я его уби­ла! Ты во­об­ще по­нима­ешь это?! Я не со­бира­лась уби­вать лю­дей! — вос­клик­ну­ла я. Мне бы­ло до­нель­зя хре­ново. Я толь­ко что уби­ла че­лове­ка! Да, я дра­лась, од­нажды чу­вак, ко­торо­му «пос­час­тли­вилось» встре­тить­ся со мной, да­же по­пал в боль­ни­цу, но что­бы уби­вать! На ред­кость про­тив­ное ощу­щение зас­тавля­ло мои ру­ки тряс­тись, а гла­за — на­пол­нять­ся сле­зами. Я ли­шила жиз­ни че­лове­ка! Нас­то­ящей жиз­ни! Да, он был бо­лен, да, он от­вра­титель­но выг­ля­дел и на­пугал ме­ня! Но я ли­шила жиз­ни че­лове­ка! Его сер­дце не бь­ет­ся, а гла­за боль­ше ни­чего и ни­ког­да не уви­дят! Я уби­ла ин­фи­циро­ван­но­го!

Ди­ма смот­рел на ме­ня как мас­тер бо­евых ис­кусств смот­рит на сво­его за­пани­ковав­ше­го пе­ред пер­вым выс­тупле­ни­ем уче­ника.

— Ус­по­кой­ся, а? Этот че­ловек ли­шил­ся ра­зума, ты это осоз­на­ешь? Ему во­об­ще пле­вать, кто он, жи­вой он или нет, есть у не­го чо пож­рать или нет. Он прос­то есть, и он идет ку­да-то, ку­да он сам не зна­ет. Да­же нет, идет не он, идет его те­ло. Сам он уже дав­ным-дав­но умер внут­ри, он да­же бо­ли не чувс­тву­ет. Пой­ми это. Ты ни­кого не уби­вала. Тот ин­фи­циро­ван­ный уже дав­но умер.

Я раз­ры­далась. За­бин­то­ван­ный, сла­бо хмык­нув с улыб­кой, вы­тащил ру­ку из-за спи­ны и на­пялил на ме­ня тем­но-се­рую кеп­ку.

— Не ной. Все нор­маль­но бу­дет. Раз на те­бя так вли­яет жал­кий взмах же­лез­ным пру­том, то мне при­дет­ся пос­то­ян­но быть ря­дом, — псих ус­та­ло вздох­нул и по­тянул ме­ня за ру­кав. — Я ко­му ска­зал не ной? Хва­тит.

Но я про­дол­жа­ла ныть в три ручья.

— Так. Ты в кур­се, что ког­да лю­ди пла­чут, их те­ла сла­бе­ют? Так что я сей­час с лег­костью те­бя из­на­силую во вто­рой раз, — я все еще не об­ра­щала вни­мания на сло­ва Ди­мы. — Твою мать, за­еба­ла! — он с си­лой тол­кнул ме­ня, и я сва­лилась пря­мо на гряз­ный пол, усе­ян­ный ос­колка­ми. — В пос­ледний раз го­ворю! Зат­кнись!

Я тут же за­тих­ла. «В пос­ледний раз» — это уже серь­ез­но. Мои проб­ле­мы — толь­ко мои проб­ле­мы. Все, всем спо­кой­но. По­дума­ешь — уви­дела за­ражен­но­го в по­лумет­ре от се­бя и уби­ла его, ме­лочи жиз­ни.

Под­нявшись, я от­ряхну­ла се­бя и вы­тер­ла сле­зы. Ну да. Мои проб­ле­мы — толь­ко мои проб­ле­мы, и мо­его на­пар­ни­ка они не ка­са­ют­ся. Хо­тя его ник­то не про­сил ста­новить­ся им. По­это­му, ки­нув взгляд пол­ный злос­ти на уда­ля­ющу­юся спи­ну Ди­мы, я про­вери­ла свой рюк­зак, все ли там це­ло, и, быс­тро поп­ра­вив но­вую кеп­ку, по­бежа­ла вслед за за­бин­то­ван­ным.

Мы спус­ти­лись по по­лураз­ру­шен­ной лес­тни­це на вто­рой этаж, и поч­ти сра­зу же нат­кну­лись на ма­газин с ору­жи­ем. Точ­нее, на быв­ший ма­газин с ору­жи­ем — сей­час тор­го­вый зал пус­то­вал, а дверь на склад ви­села на од­ной пет­ле. Да­же сом­не­вать­ся не при­ходи­лось, что мы ни­чего не най­дем. Псих па­ру се­кунд смот­рел на раз­би­тые вит­ри­ны, а за­тем свер­нул нап­ра­во, в «Спор­тмас­тер».

— А сю­да-то нам за­чем? — спро­сила я.

— На­до. По­меняй рюк­зак, он весь за­ляпан­ный и слиш­ком ма­лень­кий. Бе­ри нор­маль­ный по­ход­ный. Са­ма раз­би­рай­ся, — за­бин­то­ван­ный прос­то плю­нул в мою сто­рону и ушел ку­да-то в рай­он шну­роч­но-пер­ча­точ­ных по­лок.

Я да­же офи­гела. В смыс­ле «са­ма»? Я ж ни­чего не знаю и ни­чего не умею! Расс­тро­ен­но оки­нув взгля­дом ку­чу ве­щей, го­рой воз­вы­ша­ющей­ся над пол­ка­ми, я по­дош­ла к раз­бро­сан­ным рюк­за­кам. Ин­те­рес­но, кто сде­лал эту го­ру? И для че­го? Хо­тя, будь я не в та­кой си­ту­ации, ког­да ря­дом со мной пос­то­ян­но на­ходит­ся из­на­сило­вав­ший ме­ня псих с ружь­ем, а ру­ки и но­ги у ме­ня прот­кну­ты гвоз­дя­ми, я бы то­же поз­во­лила се­бе поп­ри­калы­вать­ся и то­же сде­лать что-ни­будь смеш­ное из то­варов в ма­гази­не. Вон, на треть­ем эта­же «Доч­ки-Сы­ноч­ки», мо­жет, взять там ку­чу ди­нозав­ров и пос­та­вить их на каж­дой вит­ри­не? Хо­тя Ди­ма ме­ня не от­пустит. А мо­жет и нет… Ему ведь пле­вать на ме­ня, раз­ве нет?

Я ти­хонь­ко приг­ну­лась и пе­рес­та­ла рас­смат­ри­вать рюк­за­ки, прис­лу­шав­шись. За­бин­то­ван­ный хо­дил где-то вда­леке.

Я быс­тро ски­нула свой за­ляпан­ный кровью ве­щевой ме­шок и быс­тро пе­реки­нула все из не­го в боль­шой по­ход­ный чер­ный рюк­зак, ко­торый пон­ра­вил­ся мне боль­ше все­го. Ти­хо прок­равшись к вы­ходу, я вы­бежа­ла из ма­гази­на (ес­ли его еще мож­но так наз­вать) и быс­тро сос­ко­чила по еще не сло­ман­ным пе­рилам на пер­вый этаж и выш­ла на ули­цу. Из еды все на­вер­ня­ка по­заби­рали, так что смыс­ла за ней ид­ти нет.

Сна­ружи ТЦ ни­кого не бы­ло. Креп­ко дер­жа ар­ма­туру, с ко­торой я та­ки не со­бира­лась рас­ста­вать­ся, я пош­ла по тро­ту­ару, ста­ра­ясь не нас­ту­пать на тре­щин­ки. Ока­зыва­ет­ся, сбе­жать из-под над­зо­ра бе­шено­го пси­ха очень прос­то. Ин­те­рес­но, ку­да я мо­гу пой­ти? Мо­жет, сей­час мне вер­нутся к Ни­колаю, а там уже пос­мотреть, будь что бу­дет?

Ми­мо ме­ня по ас­фаль­ту про­кати­лась ском­канным ша­ром га­зета. Я под­ня­ла её и раз­верну­ла. За­голо­вок гла­сил: «Го­род Лес­ной смы­ло вол­ной взры­ва!», что ме­ня очень за­ин­те­ресо­вало. Я не зна­ла ка­кой имен­но го­род взор­вался, по­это­му то­роп­ли­во сме­нила курс на парк ат­трак­ци­онов. При­сев на не­доло­ман­ную яры­ми ин­фи­циро­ван­ны­ми ван­да­лами ла­воч­ку, я на­чала вчи­тывать­ся. «Го­род Лес­ной, так же из­вес­тный как зак­ры­тый го­род Свер­дловск-45, смы­ло вол­ной взры­ва, слу­чив­шемся на ком­би­нате „Элек­тро­хим­при­бор“ из-за воз­го­рания 13 бри­кетов струж­ки ура­на-238 (т. н. обед­нённо­го ура­на). Пос­ледс­твия ока­зались страш­ны­ми…»

Я тут же пор­ва­ла га­зету и пус­ти­ла об­рывки по вет­ру. Они поч­ти мгно­вен­но взле­тели и ис­чезли где-то за кро­ной бли­жай­ше­го де­рева. Я взя­ла щеп­ку и на­чала её грызть. Моя ма­ма час­то ез­ди­ла в Лес­ной, и в день ка­тас­тро­фы то­же у­еха­ла ту­да. Она не воз­вра­щалась, но я ду­мала, что ма­ма прос­то за­дер­жи­ва­ет­ся в ко­ман­ди­ров­ке, все-та­ки она бы­ла очень хо­рошим уче­ным… Я на­де­ялась, что она вер­нется. Нес­мотря на то, что я по­пала в ла­бора­торию, я дол­го ле­ле­яла на­деж­ду, что ма­ма вер­нется и за­берет ме­ня.

Но она не вер­ну­лась.

— Доб­рый день, де­вуш­ка. Ру­ки вверх, ина­че бу­дем стре­лять, — раз­да­лось над мо­ей го­ловой.

Я мед­ленно вста­ла и под­ня­ла ру­ки, ста­ра­ясь по­вора­чивать­ся к го­воря­щему ли­цом как мож­но мед­леннее. Впро­чем, итак по­нят­но, что это пат­руль. Вы­лез­ли из ма­шины, га­ды в фор­ме, и под­кра­лись.

За ска­мей­кой, нап­ра­вив на ме­ня пис­то­леты, сто­яли муж­чи­на с ма­лень­ким ли­цом, но очень боль­шой, не­сораз­мерной че­люстью, и де­вуш­ка, чуть вы­ше ме­ня, с прек­расной ше­велю­рой цве­та со­ломы, ко­торая пе­рели­валась на яр­ком сол­нце. На гру­ди у них бы­ли вид­ны знач­ки «Пат­руль», а на шее сим­вол из двух тре­уголь­ни­ков, об­ве­ден­ных в квад­рат.

— Да она им­мунная! — вос­клик­ну­ла де­вуш­ка и опус­ти­ла пис­то­лет. — Твое имя?

— Ли­за.

— Ли­за? — уди­вил­ся муж­чи­на. — У нас нет ни­каких Лиз. По­кажи­те до­кумен­ты.

— У ме­ня нет до­кумен­тов.

— Тог­да прой­дем­те с на­ми в пункт эва­ку­ации, мы офор­мим на вас до­кумен­ты, — доб­ро­жела­тель­но ска­зала пат­руль­ная и за­улы­балась.

— Спа­сибо, не на­до. Я тут ми­мохо­дом, бук­валь­но пять ча­сов и вы ме­ня боль­ше ни­ког­да не уви­дите, — про­бор­мо­тала я. Мне не хо­телось ни­куда ехать. Сов­сем не хо­телось.

— Это не прось­ба, де­вуш­ка, — му­жик ух­мыль­нул­ся, — это при­каз. Со­бирай мо­нат­ки и ва­ли в ма­шину.

— Про­шу про­щения, я не хо­чу. Я луч­ше пой­ду… — на­чала пы­тать­ся от­би­вать­ся я, но пат­руль­ный гру­бо схва­тил ме­ня за ши­ворот и, ски­нув кеп­ку, по­тащил к ма­шине, ба­гаж­ник ко­торой тор­чал из-за за­бора. Де­вуш­ка под­хва­тила мой рюк­зак, ос­та­вив ар­ма­туру ва­лять­ся на пот­рескав­шей­ся до­рож­ной плит­ке.

— Пус­ти­те! Я же сей­час уй­ду! Не тро­гай­те ме­ня! — я на­чала кри­чать и пи­хать му­жика, но тот об­ра­щал на ме­ня вни­мания ров­но столь­ко, сколь­ко слон на Мось­ку из всем из­вес­тной бас­ни.

Ког­да ме­ня под­та­щили к ма­шине, на мои ру­ки на­цепи­ли на­руч­ни­ки и прис­та­вили ра­ком к ба­гаж­ни­ку.

— Смот­ри, На­дя, это она сбе­жала? — спро­сил муж­чи­на свою на­пар­ни­цу. Она тут же дос­та­ла из бар­дачка не­боль­шой лис­тик, где бы­ло на­печа­тано по­ряд­ка де­сяти фо­тог­ра­фий и ка­кие-то при­пис­ки к ним.

— Та-а-а-ак, — про­тяну­ла На­дя, и све­рила мое ли­цо с ка­кой-то фо­тог­ра­фи­ей. — «Вик­то­рия Гей­ден, 2015 го­да рож­де­ния, ро­дилась в го­роде Лес­ном… — де­вуш­ка вдруг за­каш­ля­лась, но по­том про­дол­жи­ла, — пос­ту­пила в ла­бора­торию с по­доз­ре­ни­ем на им­му­нитет про­тив бо­лез­ни S-GH7HFD4U8, под­твержде­но. На объ­ек­те про­веде­но бо­лее 93-х эк­спе­римен­тов. Нуж­да­ет­ся в до­работ­ке. Сбе­жала 26 ав­густа 2036 го­да, втор­ник. При на­хож­де­нии дос­та­вить в ла­бора­торию. Наг­ра­ды нет».

Пат­руль­ный что-то расс­тро­ен­но бур­кнул, но все же пих­нул ме­ня на зад­нее си­денье.

Вдруг муж­чи­на рух­нул, как под­ко­шен­ный. Де­вуш­ка, ус­пев вос­клик­нуть «Что та?..», так же упа­ла на тра­ву.

Тя­жело ды­ша, я выб­ра­лась из ма­шины.

Око­ло за­бора сто­ял Дмит­рий, про­тирая ма­газин.