Бесполезная модель

Бесполезная модель

 

Часть 1. Неестественный отбор

На прозрачном экране иллюзатора вспыхнуло прямоугольное окошко с текстом:

— Да, сегодня обязательно встретимся, давно не виделись!

— Конечно, увидимся - улыбнулась я, отправив мысленный сигнал. Он преобразовался в текст, вспыхнул и пропал. Иллюзатор просчитал мою мысль заключительной и сложился, исчезнув из рук. Я посмотрела в окно и поежилась. Белое блестящее безмолвье простиралось к горизонту, до Площади Объединения — в городе Архас были трудовые часы. Я вышла на улицу и шла в Единую Библиотеку по ежедневным делам — сегодня нужно было доделать сортировку статей о кристаллах. Матовые стекла цилиндрических домов, выстроенных в ровный коридор, отражали небо в густых белых облаках. Слышно было как свистит зацикленный 3-Д принтер, слой за слоем возводя какое-то треугольное строение, наверное это будет новая обсерватория, старую вчера расплавили и растянули в пластиковую нить. Я видела, как вчера люди катили большую бобину вниз до склада переработки. Как здорово было бы сходить туда с Анте! Не на склад, конечно, а в обсерваторию. Надеюсь, что мы улетим с Земли в ближайшее десятилетие и покинем эти бесплодные земли. Хоть Анте и смеется надо мной, я вижу, как трепещет его душа, когда он тайком смотрит на звезды. Возможно, становление Трансчеловека уже совсем близко — и мы все станем свидетелями новой эры, и освоим, наконец, другие планеты. О, как я этого жду! Люди, погибшие в Последней войне, были так близки к этому, но война оборвала их исследования. Искать хоть какие-то следы их работ можно было в остатках книг, но сведения там были древними и почти всегда попадалось что-то бессмысленное, и порой фантастическое. Основные же результаты трудов погибли на их цифровых устройствах, и пока мало что удалось восстановить. Бессмысленные книги или их остатки отправляли в центр утилизации.

Площадь Объединения, выложенная белой гладкой плиткой, была пустынной, слышно было только, как шелестел щеткой юркий автоуборщик. В центре площади был большой и гладкий вещательный шар — он объявлял текущие достижения других городов в течение дня. По левой улице площади стояли невысокие блестящие столбы необходимости. Здесь можно было заказать любую известную вещь из любого города, набрав его название и нажав маленькую впалую кнопку. Через несколько секунд эта самая вещь, изобретенная в каком-нибудь далеком Ситисе, по молекулам передавалась через общий материализатор в Архас. Правда, прежде чем получить необходимую вещь, нужно было предложить что-то взамен. Соответственно, пользоваться ими могли только те, кто занимался, к примеру, изобретательской деятельностью или те, кто сумел создать нечто практичное и полезное. Конечно, у каждого жителя был свой личный материализатор, но с его помощью он мог перемещать только те ресурсы, которые принадлежали городу, а значит каждому его жителю.

За площадью находилось мое любимое место — Памятник Лесу. Там темно-зеленая плитка покрывала огромный вытянутый бассейн, дно которого было устлано кудрявыми водорослями, качающимися в прозрачной воде. Пока это было единственное живое растение, которое мы смогли достать с бесплодных земель округи. В других городах попытки найти жизнь оставались безрезультатными. Вокруг бассейна стояли ровные ряды пластмассового бамбука. В самом конце парка находилось огромное искусственное фиговое дерево с фиолетовыми лоснящимися плодами. Зеленые листы дерева качались на ветру, как живые, и я всегда останавливалась посмотреть, как выглядит ветер. И, конечно, было очень интересно, каким мог быть на вкус этот странный плод. Все ли древние люди его пробовали? Наверное, здорово гулять в зеленом лесу, слушать шум ветра и есть плоды прямо с дерева. Хотя все это очень похоже на сказку. В старых книгах (скорее это были обгоревшие и выцветшие листы), которые я собирала по всем пунктам утилизации говорилось, что лес был домом для разнообразия низших существ, и мне нравилось в это верить. Я представляла описания, пыталась воссоздать образы на своем иллюзаторе, загружая мысленные волны, но выдавалось что-то абсолютно невообразимое. Особенно меня поразил вид синицы. Подобного я бы не смогла себе и представить: крошечные кожистые ножки с когтями, тело хрупкое, размером с ладонь, нижняя часть которого желтая, а верхняя черно-серая, с вытянутым основанием. В описании было слово «оперение», но его значение не нашло отображения в иллюзаторе. Самое удивительное, что это существо пело, но это если, опять таки, верить этому достоянию дикарей. Интересно, как они жили до нас? И почему изучение их прошлого не важно в наши дни? Может, чтобы направлять мысли в будущее, формируя его без оглядки на неудачный опыт? Думаю, это правильно — живем-то мы сейчас, какой смысл оглядываться? Чему нас могут научить дикари? Они причина того, что сейчас Единая планета на краю гибели и на ней не осталось места для них самих. Говорят, раньше было очень много людей. Но поверить в это сложно. Плодились, когда хотели, что ли? Что ели? Друг друга?

Сейчас есть всего несколько городов, в которых живут люди и только в этих городах можно быть в безопасности. Главы городов делают все возможное, чтобы сделать нашу жизнь как можно эффективнее для всей Единой Планеты. Война почти ничего не оставила — страны старого мира воевали до победного, но все они были слишком сильны и неотступны. Интересно, что ими управляло, какое чувство заставляло их так слепо вести войну? Как бы там ни было, в итоге победа досталась всем тем, кто выжил. Известно, что другие города развиваются в разных направлениях, но по одному вектору — к улучшению качества нашей жизни и ее продолжительности. Радиация и вирус все еще убивают людей, если выйти за пределы города. Бывали такие чудаки — бежали из города и пропадали.



Надя Север

Отредактировано: 28.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться