Без боя не сдамся

Font size: - +

Глава 9. Сколько тут метров?

Работа любит тех, кто любит работать. Она вовлекает, отвлекает, запорашивает боль в сердце усталостью, переводит её в мышцы. Кого-то даже лечит. Быть трудоголиком и без того было главным условием жизни в Годдесс, к которому полагалось ещё приложить талант и харизму. Без искры в глазах – никуда. Так говорила Анка.

Маша не только быстро втянулась в репетиции, но стала самой одержимой из полутора сотен человек труппы: приходила первой, уходила последней. Лишь бы валиться дома с ног и засыпать сразу, без мыслей и без снов. Пригодились «уличные» фишки, почерпнутые в Краснодаре, – Анка одобрила выдумки стрит-дэнсеров и взяла на заметку. Ребята в коллективе приняли её по-разному: кто-то радостно кинулся обниматься, кто-то явно желал покрутить у виска. Антон, был из последних, не простив Маше того, что его «королева», Вика, вылетела из труппы.

Катя была всё такой же ласковой. А Юрка, довольный Машиным возвращением, развлекал её шутками и приколами. Он то танцевал со шваброй под общий хохот, напялив круглые очочки под Гарри Поттера, то влезал в пиджак в женской гримерке, висящий на вешалке и пугал девчонок, а потом крутился в нём, как на качелях, с довольной ухмылкой во все тридцать два зуба. Увидев такие хохмы, Анка, не долго думая, решила включить их в промежутки между номерами в новой программе. «Юмор всегда кстати», — сказала она.

В конце апреля после разминки Анка объявила:

— Сегодня вечером Юра, Катя, Антон, Лиза, Вася и Маша, Александрова, я имею в виду, работают на корпоративе пивной компании. Ресторан «Калинка» – тот, что на крыше торгового центра Локк Плаза. Сцена небольшая, поэтому готовьте сокращённый вариант «Джексона» и «Милитари». Мы будем в смешанной программе, так что освободитесь быстро. Вопросы есть? Нет? Тогда марш репетировать в малый зал с Сережей.

Следуя за ребятами на второй этаж, Маша не волновалась, но чувствовала: жизнь налаживается, и была благодарна, что для её возвращения на сцену Анка не выбрала что-нибудь чувственное. А синхронность и выверенный ритм, что нужны были для обоих танцев, у Маши получались сейчас лучше всего.

 

* * *

Они приехали в Локк Плаза заранее – прогнать номера на незнакомой сцене хотя бы по разу. Ребята зашли в лифт со стеклянными стенами, Юра нажал кнопку последнего, двадцать первого, этажа, и скоростная кабина тронулась. На секунду у Маши заложило уши и ёкнуло сердце — за стеклянной стенкой лифта в считанные мгновения убежали из-под ног Садовое кольцо и Новый Арбат, а забитые пробками дороги и дома, подсвеченные рекламой, превратились в игрушечные. Ребята взмыли над городом, как на фантастическом аттракционе. Перспектива столицы перед глазами расширилась и удлинилась. Наконец, лифт остановился, плавно раскрывая перед гостями зеркальные двери.

Огромный зал ресторана ещё пустовал, только официанты носились с подносами между белыми креслами, сервируя столы к предстоящему банкету. За стеклянными стенами по периметру светилась огнями Москва. Маша подошла к окну и обернулась к ребятам:

— Двадцать первый этаж… Как вы думаете, метров сто здесь будет?

— Вполне, — согласилась Катя. Сморщив странную гримасу, она быстро отвернулась.

— Наверняка, — кивнул Юра и потянул за рукав Машу: — У нас не так много времени. Тут скоро толпа соберется.

Очарованная высотой Маша пошла за ним, думая о своём.

Хорошо, что они поторопились. Пивники и, правда, появились через какой-то час. Их шумные разговоры, объявления лучших менеджеров и обрывки прочего корпоративного трёпа доносились в небольшую комнату, где ожидали выступления танцоры, попивая чай и соки. Когда, нарядившись в военизированные костюмы для «Милитари», они пошли по коридору к залу, Маша то и дело замечала в служебных лабиринтах лица знаменитостей.

— Пивники разгулялись на большие бабки, — хмыкнул Юрка. – Что ж растрясём пузатеньких.

Впереди показался зал, освещённый мерцающими под потолком белыми люстрами.

Ведущий объявил раскатисто:

— А теперь, только для вас – умопомрачительные танцы от Годдесс!

— Ну, покажем доблестным пивоварам, что делают те, кто не пьет пиво, — ухмыльнулся Вася, отбросив назад длинные светлые волосы. – Поехали!

Танцоры по одному начали маршевым шагом выходить на сцену, изображая солдат. Судя по костюмам, скорее солдат армии любви.

За окнами разлилась густая синь. Перед Машиными глазами в пучках светомузыки замельтешили освещённые белым светом и оттого неестественные лица, лепестки люстр, белые кресла, столы. Натренированное тело само выполняло заученные движения: наклонялось, выгибалось, растягивалось в шпагате, а в голове наступило блаженное, пьяное безмыслие, наверное, такое, какого стремятся добиться люди, топящие боль в алкоголе.

Приличные пивовары похлопали дружно, без улюлюканий, и танцоры уступили место на сцене известному комику, быстро побежав переодеваться.

Ко второму выходу пивовары уже не были настолько приличными, поднабравшись спиртного нектара. Под номер «Джексон» пара менеджеров выше среднего звена, разгорячённые водкой и энергетикой танцоров, идущей со сцены, скинули пиджаки и, выхватив из-за стола дам в вечерних платьях, принялись подтанцовывать кто во что горазд.

Аплодисменты были тоже куда более громкими, с криками «Бравооо!» и женским визгом в углу зала. Сделав на радость веселящимся пивоварам несколько дополнительных пируэтов, танцоры Годдесс ушли в гримёрку.

Маша едва успела натянуть джинсы, как в дверь постучали. Показалась голова администратора:

— Ребята, можно?

— Заходи, наливай, — пригласил Юрка, натягивая свитер на мускулистый торс.



Галина Манукян

Edited: 02.01.2018

Add to Library


Complain




Books language: