Без гробовой доски

Глава № 2

  Я повернулась на звук быстрее, чем успела испугаться. А потом бояться было уже нечего – озадаченная моим некультурным возгласом «вау!» и лицом, наверно ослепляющим восторженным сиянием, мертвая девушка опустила занесенную для удара алебарду.

  Кожа первой встреченной мной мертвячки отличалась бескровной бледнотой, с едва заметным зеленоватым оттенком, а может, мне так показалось. Волосы выкрашены в ядовито-кислотный цвет, на висках выбриты, а выше собраны в ирокез, переходящий на затылке в длинный, до пояса, хвост развевающийся на ветру. Кожа на лице с левой стороны ободрана до мяса от щеки до лба и даже немного за ухом. В левую, причудливым образом не пострадавшую бровь вставлено серебряное колечко. Одежда состояла из высоких шнурованных сапог, черных шорт и жесткого с виду лилового топика, на шнуровке. Язык не повернулся бы назвать его корсетом – вещица соединялась с поясом цепью и прикрывала только грудь, выставляя напоказ почти блестящие на солнце белоснежные ребра в большой ране на боку.

  И, повергая меня в полное недоумение, из ее левой руки торчали четыре острых с виду загнутых назад шипа, по цвету похожие на кости. Никаких шрамов вокруг этого явно боевого украшения не просматривалось, словно шипы с самого начала являлись частью ее тела.

  – Так и будешь на меня до второго Конца Света пялиться? – спустя некоторое время поинтересовалась покойница.

  – Что мне сказать в этом случае?

  – Для начала, утолить мое любопытство – зачем пыталась украсть мой скромный транспорт? – зеленоволосая усмехнулась, пристраивая алебарду на крючьях в стенке вагона. Только тут я обратила внимание, что борта обрезаны гораздо ниже уровня окон. Вот и весь секрет моего супер прыжка.

  –  Очень не хотелось оставаться в компании вампира. Это для здоровья вредно.

  Покойница засмеялась и села на один из подозрительных мешков, обратить внимание на которые раньше я не успела.

  – Тебе повезло, живая. В этих краях мало кто не ненавидит вампиров.

  – Рада, что мы нашли общий язык. Меня Танит зовут, – я отважилась присесть рядом, скинула с плеч рюкзак.

  – А я Руслана, – мы пожали друг другу руки.

  На ощупь рука оказалась просто холодной и, пожалуй, самую малость, тверже, чем у живого человека, но об этом было сложно судить, ведь щупать мертвецов мне никогда не доводилось. Когда я смотрела на новую знакомую, у меня не возникало никакого страха, о котором твердилось в ужастиках, заполонивших одно время полки в книжных магазинах. Пожалуй, если бы не открытые раны, то я бы нипочем не отличила Руслану от живых.

  Рассказ моей истории занял гораздо больше времени, чем я предполагала. Руслана хмурилась, временами поглядывала на свою покрытую царапинами алебарду. Ей явно хотелось поехать обратно и разобраться с упырем.

  – В подвалах есть подземные ходы, так что паршивец может легко от меня уйти. Приедем в наш городок – скажу ребятам, устроим завтра на него облаву, – наконец вздохнула она.

  – Если честно, до сих пор в голове не укладывается, про этот откуп заключенными. У нас не такой уж большой уровень преступности, получается, тюрьма в подвале Города попросту пуста, – я все еще любовалась проносящимися мимо пейзажами, но мысли не давали покоя, словно рой пчел, заново встревоженные пересказом недавно произошедшего.

  – Значит, двуличие вампиров тебя не удивляет?

  – С чего бы? Я может и романтик, но мозг у меня в голове есть.

  Руслана невесело усмехнулась:

  – А двуличие городских властей? Знаешь, в самом начале, некоторые в открытую говорили что всяких убийц и прочих моральных уродов следует отправлять на корм вампирам, мол преступлений будет меньше, и так далее. Но хоть в чем-то потакать вампирам – это слабость. В общем, нет ни в твоей Аллии, ни в каком другом Городе тюрьмы в подвале. Приговоренным к пожизненному заключению не только свиданий, даже писем и передач не позволено, теперь сама знаешь почему…

  Руслана замолчала, потерла пальцами один из шипов на левой руке.

  – Знаешь, как я сюда попала? Я была… – она покосилась на свою руку, словно только заметила, что трогает шипы и отдернула ладонь. – Хулиганкой. До криминала никогда не доходила, но любопытства мне было не занимать, а еще я никогда ни на чем не попадалась, чтобы не вытворяла. А успех, как известно, кружит голову. Вот однажды, когда родители распекали меня за неподобающий внешний вид и пугали будущим в тюрьме, я сложила дважды два и заинтересовалась таинственным подвалом. Ведь не может быть, что под огромным Городом только тюрьма. Поиски в доступной литературе и расспросы знакомых не дали результатов, и тогда я стала следить, куда уводят заключенных после суда. Вот тут я и вляпалась – служба безопасности это тебе не служба порядка, заметили меня, поймали, и привезли на блюдечке вампирам.

  – Это их работа? – кивнула я на ее лицо.

  – Ага. Выпить всю кровь им понимаешь ли мало… Но я сбежала из зала кремации и навела там у них шороху. А потом познакомилась с местными покойниками, и вернулась добить упырей с гранатометами – видела бы ты это веселье! Ради такого стоило и умереть! В Аквилегиасе-то у меня точно не было бы таких приключений!

  – Да, про приключения это уж точно, – вздохнула я. – Но что же тогда в подвале Города?

  – Двигатель. Это я узнала уже здесь, после смерти. Наши три Города, Полярис, Аквилегиас и Аллия оказались в очень неблагоприятных условиях. В свое время, когда строились Города-убежища, главные конструкторы, здесь их, кстати, чаще называют Мастерами, помимо основной защиты-Купола сделали системы еще и передвижными, чтобы исключить возможность осады и захвата. Не поверишь, все это строили для защиты людей на первое время, потом планировалось расселение по безопасной территории, которое состоялось не везде.

  – Передвижными?! – только и смогла воскликнуть я. Голова просто шла кругом от объема информации. Представить, что родная Аллия – многокилометровый город, с домами-высотками, парком, в котором имеются озера и ручьи, пусть и искусственные, а главное – толстый и прочный, но все равно кажущийся хрупким Купол, накрывающий весь Город, может сдвинуться с места не развалившись, я не могла. Тем более объем энергии, способный сдвинуть с места столько тонн, просто не мог существовать в самом Городе.