Без нотаций. Окей?

14.

За время отдыха на море Мирославе никто не звонил, разве что родители и Ленка, которая тревожилась о подруге. Коллеги, будто чуяли, что она не особо желает разговаривать. Вот только, если реальных разговоров о работе ей удалось избежать,  мысли о ней не давали покоя ни дня.

Мирослава думала об Оксане, которая до сих пор исходит желчью при каждой встрече; вспоминала Дмитрия Петровича, из-за которого, как ей поначалу казалось, поднялась кутерьма. Не могла понять, зачем он ей соврал. Если бы в тот день он сказал, что на самом деле ему говорил Даниил, она не поступила бы опрометчиво, не взяла бы его с собой на встречу с Кристиной и ничего бы не случилось. Тоже бы отдохнула, получив приличный гонорар за сработанный план, да, возможно чуть позже и не месяц, как позволил Дмитрий Петрович, зато с другим настроением. Нет, не понять ей Дмитрия Петровича. Хотя, она уверена, не со зла он так поступил. Возможно, и сам был другого мнения о Данииле.

Да уж! Ну и ученый муж! Нет, Дмитрий Петрович ни при чем.  Единственный, кто виновен в скрежете зубов и болезни души Мирославы, – Даниил Андреевич. Каждое его движение, взгляд, каждое слово, брошенное им в адрес Мирославы, вызывало у нее тошноту. Безусловно, она переживала, что подвела клиентку, но в нокаут ее отправили нотации Даниила. Сколько гадостей наговорил! Задело Мирославу и то, что он, узнав, как подло поступила Оксана, принял ее сторону. Обидно и досадно.  

До появления Даниила Мирослава просыпалась, спешила на работу, помогала нуждающимся и знала - все, что она делает, правильно, по совести и справедливости. В то время, как другие адвокаты отказывались браться за дело и говорили о его бесперспективности, Мирослава, просто юрист, без статусов и регалий, рисковала и всеми силами боролась до конца за интересы клиента, заранее не зная, получится ли, но уверенная, что сделает все от нее зависящее, чтобы помочь и оправдать надежды. За это ее любили и уважали. Возможно, как выразилась Оксана, она подчищала дерьмо. Вот только это дерьмо - обидчики, жлобы, просто уроды по жизни, которые возомнили о себе, бог весть что.

Но тут появляется Даниил Андреевич, плюет Мирославе в лицо, изрыгает свои взгляды на жизнь и считает их истиной последней инстанцией. И по барабану, что больше сотни женщин, да и мужчин, со слезами на глазах благодарили Мирославу. Даниил так убедительно говорил, так идеально рассуждал о сущности профессии юриста, что у нее не осталось сомнений - она и вправду полная бездарность, и, кто угодно, только не юрист. 

Сейчас Мирослава лежит на пляже с чувством апатии к делу жизни, которым так долго и с удовольствием занималась. Кто бы мог подумать? Она уж точно не предполагала, во что обернется ее трезвый взгляд на жизнь, профессию и желание помочь новичку снять розовые очки. 

К концу отдыха обиду на Даниила Мирослава отпустила в просторы Вселенной, но лишь потому, что знала – только так сработает закон бумеранга. Он еще пожалеет, ответит за каждое слово. Сама жизнь расставит все на свои места. С бюро уходить она не будет, это точно. Дмитрий Петрович прав - нет повода принимать радикальные решения. Но с Оксаной Валерьевной и Даниилом Андреевич лучше не пересекаться, дабы чего не вышло. Дружить с ними она точно не сможет, но сосуществовать попробует. Лишь бы они ее не трогали, хотя бы первое время.  

 

Месяц пролетел незаметно. Мирослава не успела соскучиться по коллегам. Обычно, не выдерживала и выходила на работу раньше. В этот же раз по-другому. После того, как прилетела из Сочи, не могла заставить себя позвонить хотя бы Виктору, пожалуй, единственному из коллег, кому доверяла безоговорочно. Не было желания, и все. 

Первая рабочая неделя прошла в суете. Каждый день приходили клиенты, по нескольку сразу. У одного судебное заседание на носу - принес недостающие документы. Другой  никак не доделит имущество с женой по соглашению, третья – новенькая, бедолажка, не может убедить бывшего мужа платить алименты. Мира была слишком занята и практически не обращала внимания на наставницу и ее ученика. Но кое-какие перемены она все же заметила. 

Даниил изменился почти до неузнаваемости. Он начал курить, похудел, по-другому говорил, так, будто прожженный практик; отпускал острые шутки в адрес судей и бестолковых клиентов и практически всегда был чем-то занят. Хотя Даниил корчил из себя делового  успешного парня, в глазах его отражалась грусть, взгляд был уставшим и холодным. 

Как-то Оксана окликнула Даниила так громко, что в офисе все обернулись, кроме него.  После, отрешенный, он не мог сосредоточиться на выполнении какой-то задачи. 

- Все хорошо? – спросила Оксана. – Ты опять сегодня рассеянный.

- Да, есть немного.

- Что-то случилось?

- Нет, - соврал Даниил, криво улыбнувшись.

- В таком случае, соберись,- недовольным тоном проговорила Оксана и положила ему на стол кипу бумаг.

Даниил в ответ опустил голову и долго не поднимал глаз, перекладывая бумаги с места на место.

В пятницу вечером Даниил работал в офисе – составлял замечания на протокол судебного заседания. Мирослава тоже задержалась – клиент пришел позже обещанного, а ей надо срочно написать возражения на апелляционную жалобу. Дмитрий Петрович и Виктор Игоревич сидели на рабочих местах и обговаривали коммерческие сделки, которые заключили в прошлом месяце; остальные же разошлись ровно в семь.     

- Виктор Игоревич, - Дмитрий Петрович потер руки, мельком глянув на молодых коллег, - мы же сегодня выпьем по кружке пивка?



Мари Стю

Отредактировано: 17.09.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться