Без Вины Виновата. (том 2)

Размер шрифта: - +

Глава 22

 

   - Снова вы? - открыв дверь поразилась Надежда Эдуардовна. - Что опять? Я, вроде, уже все вам рассказала, даже дневники дочери отдала. У меня создается впечатление, что вам доставляет удовольствие мучить меня. Даже следователь в отличие от вас, был гораздо сердечнее.

   - Может, вы все-таки впустите меня в квартиру или предпочитаете, чтобы все соседи были в курсе ваших дел?

   - Вы о чем это говорите? Какие такие дела?

   - Ребенок! - четко выговаривая, прошипела Антонина. Женщина отшатнулась, словно в нее бросили змею. - Вот так-то лучше! - не дожидаясь приглашения, гостья вошла в коридор и закрыла двери.

   - По какому праву вы так со мной разговариваете? - придя в себя, повысила тон госпожа Бербер, - я депутат и, если уж на то пошло, найду на вас управу!

   - Не забудьте упомянуть о депутатской неприкосновенности.

   - Она мне и не понадобится, я законов не нарушала! - гневно выкрикнула Надежда Эдуардовна, - вы переходите все дозволенные границы приличия. Вон отсюда!

   - И не подумаю, - спокойно заявила Антонина, не спрашивая разрешения, прошествовала в комнату и уселась на диван. Хозяйка, кипя от гнева, шла по пятам.

   - Я милицию вызову! - она схватила трубку и набрала 02.

   - Не глупите, вам же хуже будет, - Антонина подскочила и нажала на рычаг.

   - Вы мне угрожаете?

   - Ну что вы, конечно, нет, - мило улыбнулась она, затем улыбка быстро слетела с лица, - Вы мне солгали!

   - Я?

   - Да, вы солгали, что Натали в родах потеряла ребенка.

   - Но это так, поверьте! Через два часа девочка умерла.

   - Снова ложь! Чья была идея убедить в этом Натали, ваша или вашей родственницы?

   - Вы сумасшедшая, - прошептала хозяйка, - по вас психушка плачет...

   - Это вам там самое место, - огрызнулась Антонина. - Так кому принадлежала эта жестокая идея - лишить ребенка матери?

   - Клянусь! - Надежда Эдуардовна обессилено свалилась на диван и схватилась за сердце. Антонина испугалась, что ее хватит очередной удар, быстро спросив, где лекарство, налила воды в стакан и накапала туда валокордина.

   - Выпейте! - протянула она стакан Бербер. Женщина схватила его дрожащими пальцами и поднесла ко рту, зубы выстукивали чечетку о стекло.

   - Полегчало? - уже участливым тоном спросила Антонина.

   - Да, спасибо. Моя внучка, правда, умерла, я вас не обманывала. Поймите, я же не чудовище какое-нибудь... Как бы зла я ни была, но чтоб выдумать смерть ребенка... Нет, я бы никогда на такое не решилась...

   - Хочется вам верить.

   И Антонина действительно поверила. Убитая горем женщина, которая только внешне еще пыталась сохранить былое величие, выглядела потерянной, растоптанной обстоятельствами и чудовищно сложившимися фактами.

   - Моя родственница, чуть слышно сказала она, - в тот же день позвонила мне и сказала, что роды прошли неудачно, и ребенка спасти не удалось. Девочку она похоронила сама, Натали даже не показывала. Каюсь, я была так зла, что не захотела приехать и поддержать дочь. А еще... - она смахнула набежавшие слезы, - я боялась, до умопомрачения боялась увидеть гробик с внучкой. Ангелочек не был виновен в том, что ее мать обесчестила себя.

   - Вот, держите, - протянула Антонина женщине бумажку с адресом.

   - Что это?

   - Адрес приемных родителей вашей внучки.

   - Как это?! - растерянно вертела она перед глазами листок. Слезы мешали разглядеть плясавшие строчки. - Этого не может быть... Как же так? Она не смела так поступить со мной, с нами!.. С того самого дня я чувствовала себя извергом, понимаете, последней тварью! Думала, что это кара мне за то, что отвернулась от дочери.

   - Мне думается, - Антонина присела к ней, обняла за плечи и покачивала как маленькую, - она поступила так, жалея вас, считая, что спасает этим ваше доброе имя и положение в обществе.

   - Вы, и правда, так думаете? - всхлипнув, она посмотрела с надеждой в глаза Антонины.

   - Не хочется думать о людях плохо, - призналась она, - пусть лучше будет именно так.

   - Спасибо!

   - Не за что. Только дайте мне слово, что ребенок останется в своей приемной семье. Ее же там любят, да и она считает родителей родными папой и мамой.

   Хорошо, - с неохотой согласилась Надежда Эдуардовна, - я только посмотрю на нее и, если потребуется, буду помогать материально. Поговорю с родителями, ведь они могут ей сказать, что я бабушка, правда?

   - Да, наверное... Это все, о чем я хотела с вами поговорить. До свидания, - Антонина поднялась и направилась к выходу, но в дверях остановилась.

   - Надежда Эдуардовна, припомните, кроме Людмилы, больше никто к вам не заходил?

   - Был. Был один молодой человек, приятный такой. Тоже, как и Натали, пишет, только не сценарии, а романы. Просил почитать черновики дочери, сказал, что хотел бы закончить то, что она не успела. А на днях снова заходил, просил отдать ему дневники, я сказала, что уже передала их вам.

   - Вы знаете имя этого человека? - затаив дыхание, Антонина ждала ответа.



Ирина Наякшина

Отредактировано: 13.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться