Безумство в яблочном соку

Глава 9 “Серая планета”

За пару дней до праздничного ужина на станции “Колыбель”

Облачившись в защитные скафандры, мы, наконец, смогли ступить на выжженную поверхность, покрытую пылевидной серой массой. Сначала я её ошибочно приняла за песок, но после убедилась, что неправа: для сыпучего материала та была чрезмерно лёгкой и постоянно норовила заслонить обзор на основном остеклении, оставляя цирконовые разводы после себя. Само обстоятельство не сильно мешало идти, благодаря встроенному в шлем светофильтру, однако весьма нервировало. А чуть позже мне пояснили, что это за субстанция — мёрзлый пепел, продукт измельчения магмы.

Парадокс всего места заключался в том, что несмотря на очень низкую температуру, на расстелившемся перед нами плоскогорье напрочь отсутствовали осадки в виде снега. Очень тонкая корка льда моментами проявлялась на особенно выпуклых участках, поэтому нужно было внимательно следить за тем куда ступаешь, а не глазеть по сторонам, иначе чревато было приземлиться на незащищенную от ударов спину. Костюм хоть и являлся абсолютно герметичным, сделанным из нескольких слоев ткани и оснащенным собственной системой жидкостного охлаждения, набором средств для выживания, аварийной кислородной системой и парашютом, но по сути состоял из нейлонов различной фактуры с неопреновой и уретановой пропиткой, которая вполне позволяла ощутить остроту каждого камушка. Корка без усилий хрустела под ногами, распадаясь на миллиарды мелких осколков.

Мы ступали по обычной с виду аллювиальной равнине — выемка с большим количеством речных отложений от бурых до асфальтовых цветов. Преобладающая форма у всего рельефа была какой-то плавной, обтекаемой.  Даже горизонт, как бы это смешно не прозвучало, завалился на один бок и загнулся к чёрной далёкой возвышенности. А кругом пустота, абсолютная, даже в воздухе. Но больше всего поражала конечно не поверхность, её я успела вдоволь рассмотреть ещё по прилете. Если избегать научного языка и не говорить о диполях и степенях длины световой волны, то небо здесь можно описать просто — насыщенно оранжевым, как налившиеся под солнцем апельсины. Промежуточный в спектре электромагнитного излучения оптического диапазона между красным и жёлтым, этот цвет был настолько непривычным глазу, что мне несколько раз хотелось отключить экран, закинуть голову и всматриваться заворожённо на протяжении длительного времени без всяких препятствий на это волшебное зрелище.

Преодолеваемый нами участок избежал тотального обледенения, благодаря насильственному смещению литосферных плит, разместивших по соседству вулканический пояс. Именно от внутреннего жара геологического образования, которое уже много веков будто застыло в процессе извержения, здесь творятся такие чудеса. Сайкару даже называют данное место зарождением. На их языке, безусловно, слово звучит более напевно, с музыкальным строем, где ударение почти всегда падает на последний слог.

В очередной раз едва не поскользнувшись, понуро склонилась в однообразному пейзажу, ориентируясь лишь на широкую спину спереди.

Хотя мы достаточно убрались от всевидящего ока август-адмирала, навязчивое беспокойство полностью меня не отпустило даже сейчас. Можно предположить, что эмоции напрямую связаны с лишившимся жизни контрмиром, но отчасти это не так. Скрывать не буду, сам факт чьей-то смерти на борту пугал и заставлял поджилки трястись. Даже в бешенстве и боевой трансформации рогатые мужчины Ортагитерии до трагичного инцидента никак не воспринимались мной всерьёз, но после плена мне посчастливилось по-настоящему оценить их сплочённость, но главное — силу хищника. И теперь ясно без сомнения, момент с предательством они постараются разрешить как можно быстрее и, не дай наш земной бог и ангелы иже с ними, попасть под очередное подозрение. Вдруг мой статус шеду перестал дорого цениться с учётом всех событий.

Что касается самого, контрмира, он всё же был мне знаком, хотя и не близко. До своего затворничества я постоянно могла наблюдать его богатырское тело, с узким лицом, как у всех представителей расы, на капитанском мостике. Казалось, они с визамиром являлись дополнением друг к другу: одинаковые бычьи шеи, короткие ёжики волос и должности примерно равноценные в иерархии воинских званий. Поэтому для меня в шоковом состоянии было неясно, почему один разжевал таблетку синильной кислоты, запаянную в ампулу, а другой нет. Кстати, как мне объяснил Ас, температура её кипения — плюс шестнадцать градусов, поэтому при раздавливании, образуются пары, которые моментально в значительном количестве всасываются в кровь, что и приводит к мгновенной смерти. Надеюсь, эти знания мне не пригодятся в дальнейшем, но кто знает наверняка.

Также по секрету медик рассказал, что предатель уезжал на подработки на “Стратор” — космическую станцию наёмников, чтобы смочь обеспечить себе статус астерар. Похоже у всего рогатых на этом месте была зазубрина, которую я бы назвала просто: комплексом неполноценности. Всё же странные ценности для расы абсолютно необремененной понятием семьи, хотя, как говориться, со своим уставом в чужой монастырь не ходи.

При тщательном расследовании выяснилось, что контрмир в своей короткой операции временно служил  на тейп Хедору. Необязательно напрямую взаимодействовал с моим похитителем, но так как вся диаспора тесно связана между собой и с главным органом управления планеты, вполне мог косвенно с ним пересекаться. Вряд ли представители подобной семьи заинтересованы в том, чтобы Ота занял статус гипостазиста через брак с Силь или же восстановив Ортагитерию в бывшем статусе. Точных данных воспроизвести по этому делу не удалось, но, возможно, именно тогда покойный сайкару как-то заручился поддержкой с ненавистным врагом за неплохую сумму в кредитах. Хотя на тот момент мужчина мог и не подозревать, что некая шеду когда-либо действительно объявится. Судя по аналогиям, сказания про неё были схожи Ноеву ковчегу и Великому потопу у нас на Земле, то есть не подвергается сомнениям только религиозными людьми. Тогда не мудрено дать согласие, являясь ярым агностиком.