Безымянная Колючка

Размер шрифта: - +

Глава тридцатая

Глава тридцатая

Из сада я практически выбежала. Так торопилась убраться вон, что не заметила, как едва не сшибла кого-то с ног. Точнее говоря, и сшибла бы, если бы меня вовремя не ухватили за плечи и не встряхнули. Подействовало отрезвляюще. Я уже открыла рот, чтобы сказать дежурное извинение, когда мой взгляд наткнулся на знакомые глаза.

— Рэн… - зачем-то сказала я, припоминая, что мы не виделись с самого Маскарада.

— Йоэль.

Он поставил меня на ноги, заложил руки за спину. Мне сразу бросилось в глаза его задумчивое настроение. А Рэн и задумчивое настроение были так же далеки, как первая и седьмая луны Шиды.

— Ты никогда не научишься смотреть под ноги. – Он скосил взгляд вниз, хамовато приподнял край моей юбки и присвистнул. – У тебя новая обувь, я погляжу. Стала прислужницей нового покровителя?

— Нет, всего лишь избавилась от старого.

Я была уверена, что мой ответ его разозлит. До, черт подери, я вложила в эти несколько слов всю обиду и яд, которые носила в душе с тех пор, как этот красавчик показал свое истинное лицо. Но, вопреки мим ожиданиям, он просто кивнул.

— Мне всегда нравилось это в тебе: умение выкрутиться из самой дерьмовой ситуации. Поражаюсь, как ты до сих пор не нашла способ сбежать отсюда.

— Как раз раздумываю об этом. Выбираю, что же лучше: начать рыть подземный ход или призвать какого-нибудь демона себе в помощь. Хотя, стоп, я же всего лишь безымянная рабыня, «пустышка», на душу которой ни один порядочный демон не покуситься. – Я изобразила вселенскую скорбь. – Так что, видимо, придется осваивать навыки владения лопатой. А теперь извини, у меня очень много дел.

Я попыталась его обойти, но Рэн грубо сграбастал меня за локоть и потащил в ту часть сада, где обычно было слишком темно, чтобы я отважилась ходить туда в позднее время суток. Я благоразумно не пыталась вырваться, прекрасно понимая, что лишь причиню себе вред.

Рэн затащил меня в пустую, полуразваленную беседку, грубо усадил на грязную каменную скамью. Я нарочно демонстративно потерла то место, куда он, будто коршун, вцепился мне в руку.

— Я, конечно, Безымянная девчонка, но ты-то отпрыск знатного рода и, если честно, я была куда более лестного мнения о твоем воспитании, - сказала я. Впрочем, на этот раз спокойно. Вот уж у кого, в отличие от декана, хватит духу придушить меня прямо здесь. – если ты хотел извинится за свое поведение на Маскараде, то можешь считать, что в этом нет необходимости: рабыни не позволена такая роскошь, как раздавать извинения от высокородных эстран.

— Тебе угрожает опасность, Йоэль, - сказал он торопливым шепотом.

— Еще бы, меня что ни день кто-то пытается прирезать, - я начала загибать пальцы, - спустить с лестницы, взорвать, сжечь, сбросить в пропасть.

Он присел на корточки прямо передо мной, сжал в кулак мои растопыренные пальцы. И глядя на него сейчас, сверху вниз, я будто прозрела: Взошедшие, у него в самом деле что-то случилось, иначе откуда взяться этим морщинкам усталости и темным кругам под глазами? Но я бы лучше откусила себе язык, чем выдала свою жалость. Нет уж, рабыня я или нет, а достоинство у меня еще осталось. Хоть, говоря по правде, оно мне сейчас ой как не по карману.

— Просто послушай меня, - чуть ли не ласково попросил он. – Я знаю, что ты упрямая и своенравная, и лучше за ухо себя укусишь, чем прислушаешься к дружескому совету, но тебе придется мне поверить.

— С каких пор мы стали друзьями?

— С тех самых, как я позволил себе грубость в твой адрес. Я был просто очень зол. На себя в первую очередь. И на тебя, за то, что ты точно такая же, как она: совершенно не умеешь вовремя останавливаться. Ходишь по краю, а когда тебя предупреждают, что вот-вот – и свалишься в пропасть, подгибаешь одну ногу и отбрасываешь шест.

Когда один человек говорит, что яповторение своей сестры – это звучит как безумная выдумка сумасшедшего. Но когда таких уже двое, и второй на безумца никак не похож, поневоле начинаешь задумываться, что так оно и есть.

— Я очень виноват перед твоей сестрой, Йоэль. – Рэн удрученно покачал головой. – Я не должен был… А, дьявол, я просто струсил, как последний засранец!

Он отпустил мою руку, поднялся и несколько минут напряженно собирался с словами. И на этот раз я благоразумно помалкивала, прекрасно понимая, что любое неосторожное слово может его спугнуть. Что же такое ты хочешь сказать мне, Рэнэард Гравер? Что так сильно грызет тебя, что мешает спокойно спать и заставляет стоять на коленях перед Безымянной рабыней?

— Я оставил ее, когда она нуждалась во мне больше всего, - сказал он безжизненным голосом. – Отвернулся, когда Тэоне была нужна моя помощь. Она ходила по краю, а я просто стоял и смотрел, когда же она свалился. Мне… а, черт!

— Я знаю, что между вами что-то было, - зачем-то сказал я, хоть минуту назад дала себе зарок не открывать рта, пока Рэн не выговорится. – Я надеялась, что ты сам расскажешь мне, какой она была. Потому что, кажется, я действительно совсем не знала свою сестру.

Ну и что ты творишь, Йоэль Болтливая? Кто из вас должен выворачивать душу наизнанку?



Айя Субботина

Отредактировано: 03.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться