Безымянный мир.

Размер шрифта: - +

Глава 3

 

***

Огромный круглый зал, с высоченными потолками, был окутан полумраком. Свечи, стоявшие у стен, не давали достаточно света, а за двенадцатью витражными окнами, было темно. Третье солнце уже наполовину утонуло в великом океане, а оно было самым тусклым из трех светил. Не зря оно считалось вечерним. В середине зала торчал огромный  валун, с какими-то закорючками  на поверхности. Таких камней на материке было всего четыре на каждый из великих божественных храмов.  Валун был высотой под самый потолок, а вокруг камня стояли люди в темно синих, алых и белых одеждах. Головы всех опущены, а руки прижаты к бедрам. Если быть точнее в зале были одни женщины. Ну не одни женщины, еще были девушки, девочки и дамы преклонного возраста.

Сейчас было время вечернего изречения во славу южных богов, это полуторачасовое событие повторялось из-за дня в день. Это происходило примерно так.

«Славься о великий Охл, бог холода да ниспошли нам утро ясное, да не снежное».

«Славься о великий Дарок, бог камня, пускай твои горы могучие, закроют нас от ветров теплых с севера».

«Славься о великий Задуло, бог ветров, пусть ветра твои суровые на нас не гневятся».

И так девяносто два раза. Тут были  две категории богов. Боги сторонние - это те, которые обитали, на каком-то из краев Безымянного мира и боги общие вроде богини любви или бога урожая.

Пропустить вечернее изречение, в южном храме, можно было по двум причинам. Либо ты мертва, либо уехала за покупками в  городок, что в дне пути. Поскольку храм был сугубо женским, поехать туда мечтала каждая из сестер. А затем вернуться жизнерадостной и растрепанной, через пару недель.

Одрим – здешняя мать настоятельница, стояла вместе с остальными сестрами храма, в своей белоснежной рясе и клобуком на голове. Когда был назван Ярох бог туманов – последний  в вечернем изречении, все сестры вереницей двинулись к выходу. Всего их должно было быть двадцать семь, не считая самой настоятельницы.

- Так, так, так, - она встала у выхода и, принялась считать, благо сестры шли по цветам,- четыре в белом, самая возрастная группа отдавшая храму как минимум лет по шестьдесят. Затем темно-синие рясы их должно быть девять. Это мастерицы, успевшие заслужить уважение, даже сестра Грацена на месте. А ведь она всего четыре часа назад прибыла из города.  Вот она плетется в хвосте мастериц, в полуобморочном  состоянии. И наконец, четырнадцать послушниц в ярких алых нарядах с такими же алыми косынками,- двенадцать, тринадцать, четы..., - мать настоятельница осеклась, кого-то не хватало.

- Сестры, на месте стоять!- внезапно рявкнула Одрин. Все тут же словно, намуштрованные солдаты, затормозили. Лишь сестра Грацена уперлась лбом  впередиидущую мастерицу и топталась на месте, бормоча что-то про бога  Медобрюха.

- Сестры к моему величайшему разочарованию,- начала сестра настоятельница, при этом ходя туда-сюда вдоль шеренги из женщин, скрестив руки за спиной. - Кто-то из нас пропустил вечернее изречение во славу богов.- Сестры ахнули, Грацена икнула,- А это как я люблю говорить – НЕПРИЕМЛИМО. Конечно, я могу устроить перекличку, но мне этого не  хочется. Кто сообщит мне о правонарушителе, тот следующий едет за покупками в город.

Повисла гробовая тишина. Все переглядывались, но молчали.

- Она, вопсще, кто,- первой на зов отозвалась сестра Грацена,- я готовая. Ик. Хоть щас.

- Так, так, так. Грацена, скажи мне, кто отсутствует?

-Хоть щас,- повторила невменяемая сестра и добавила,- Я отцуцтвую.

- Титы нет. Мать настоятельница,- выкрикнула видимо самая ретивая, сестра Хло и тут же прикусила себе губу.

- Ага, опять значит Тита.

- Да, это точно. Мать настоятельница,- с каждым ответом, Хло все сильней вытягивалась, по стойке смирно и все сильнее закидывала подбородок.

- Так, так, так. И где она? Хотелось бы мне знать.

- Не знаю мать настоятельница.

- Может быть, кто-нибудь знает, где она?

- Никто не знает, что она на чердаке, мать настоятельница. - Если Хло начинала, ее бы не остановило даже, стадо диких бизонов, несущихся прямо на нее.

-Так значит она на чердаке.

- Не знаю. Мать настоятельница.

- А что она там делает?

- Читает. Мать настоятельница,- Хло уже стояла на цыпочках, словно балерина, а голова была задрана так, что остальные сестры, опасались услышать звонкий хруст переломившейся шеи.

- Все свободны, расходимся по кельям,- объявила Одрин, - Грацена, кельи не в той стороне. О боги. Кто-нибудь донесите сестру Грацену в ее кровать.

***

Тита сидела на старом матраце набитом соломой. Рядом стоял подсвечник с едва чадившим огарком свечи. По ее мнению чердак был самым лучшим местом в Безымянном мире.  Здесь и только здесь, водилась дикая, первобытная тишина. Вокруг никто не грохотал посудой и не причитал по каждой мелочи. Вокруг никто не ругал ее и не шептался украдкой за ее спиной. Здесь была лишь Тита, тишина и огромная книжища на коленях. Девушка с усердием пса идущего по запаху первоклассной вырезки, водила по странице своим миниатюрным пальцем, а второй рукой постоянно поправляла непослушный локон светлых волос,  который  лез в глаза. Но обложке книги большими буквами красного цвета, было написано «Сборник теорий, о появлении мира в авторстве Крута Ливнеуха». На его страницах описывались мысли различны людей о том, как, по их мнению, появился континент.  В основном конечно бред. Вроде столкновения двух небесных тел, при котором произошел взрыв колоссальных размеров. Который, в свою очередь, прорвал какую-то там материю и каким-то образом появился этот мир. Но были и интересные теории. Один мудрец предполагал что некогда, один гигантский житель глубин, погибший в результате старения, всплыл на поверхность. И начал обрастать растениями. Затем к нему прибивались другие погибшие существа поменьше. Растения погибали, их заменяли новые, и так тысячи раз. Останки погибшей зелени, со временем, перегнив, превратились в почву. Тело гигантского монстра превратилось в скелет, удерживаемый на плаву лишь большущим рыбьим пузырем.  А сейчас юная послушница читала о том, что возможно на небе раньше было три луны. Они, так же как и три солнца, всплывали и тонули. Но боги, жившие на одной из лун, решили закрепить луну цепями на поверхности в момент ее всплытия.



Alex Pok

Отредактировано: 08.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться