Безымянный мир.

Размер шрифта: - +

Глава 28.

***

Такой обыкновенный и непритязательный Руббин. Так говорили все кто там жил. О боги куда я попал, говорил любой кто посетил город впервые. Единственный океанический порт на краю западного пролива, с вывеской над  главными воротами гласящей, «Корабли созданы для того чтобы тонуть».  Что примечательного в этом населенном пункте? К примеру, что  девяносто процентов взрослых  жителей хоть раз побывали в кораблекрушении. Самые востребованная профессия здесь, это моряк. А еще здесь живут самые лучшие плотники и инженеры во всем континенте. Так что в качестве деревянных построек здесь сомневаться не стоит. Все без исключения здания, словно сошли с рекламного буклета, о продаже недвижимости. Ровные, без дыр крыши, покрытые черепицей, идеально белые и фисташковые фасады, а так же оконные рамы, с прозрачными стеклами, без трещин. Руббин был городом, в который хочется вернуться.

Также в Руббине, населенном множеством моряков, каждое из четырех основных направлений ветра имело свое название. Северный – грубиян, в честь огромных волн с океана, норовящих перевернуть судно или разбить о скалы хребта. Западный – домовой, поскольку был попутным при возвращении в Руббин. Восточный – шалун, ломающий борта о скалистые берега Западно – гномского хребта. И южный ветер – поскудник выносящий корабли в открытый океан.

Небольшой двухмесячный корабль  под неоднозначным названием Коряга шла согласно курсу, по западному проливу, вдоль вод неприступного океана к хребту. Капитан судна, наблюдавший в  свою медную подзорную трубу, между прочим подаренную самим мэром Руббина, в честь десятого кораблекрушения под его командованием. В спину дул несильный шалун наполняя белоснежные паруса. Команда их девяти матросов занималась обычными корабельными делами. Вязали узлы, драили палубу и незаметно от капитана, куда же без этого, попивали ром. Основной путь был пройден, до пункта назначения оставалось ни более десяти миль. Оставалось встать на якорь и подождать пока шалун стихнет. Но у тучи, медленно сползающей с хребта, на счет Коряги были свои планы. Именно на тучу и вытаращил свою трубу капитан. Недолго думая, он засунул прибор для дальновиденья за пазуху, тяжело вздохнул и заорал во все горло.

- Шлюпки на воду. Берем лишь самое необходимое.

Команда с негодованием воззрилась на спятившего, по их мнению, судоводителя.

- Но сэр мы в семи милях от хребта.

- Так и запиши в судовом журнале Гульфик. Не дошли до цели семь миль.

-НО сэр… - начал было помощник капитана Гульфик когда в левый борт ударила первая накатившаяся с юга волна. В какие то пару мгновений небо затянуло серой пеленой, а по проливу дунул мерзкий поскудник.

Слаженные действия команды не заставили себя долго ждать. Через десяток минут капитан смотрел на двухмесячный корабль, с кормы небольшой гребной шлюпки. Что-то черное выпрыгнуло из пучины, раздался хруст досок, судно сложило пополам, и корма встретилась с носом.

- Куда поплывем сэр? К хребту или домой?

- Сколько раз можно тебе повторять Гульфик, - спокойным голосом произнес капитан, - плавает дерьмо, а мы тонем.

 Очередной корабль отправился на дно, а Руббин продолжал жил за счет вложений со стороны великодушного анонимного, но судя по всему очень богатого господина, желающего покорить океан. Со всего континента сюда стекалась лучшая древесина, парусина, а так же чертова уйма денег. Поэтому  дорога вдоль пролива, ведущая в Руббин, славилась самыми  упитанными бандитами.

***

Одрим прислонила грабли к забору и постучала в двери храма богов в Руббине. На стук в дверном полотне открылось небольшое окошко, в котором замаячила чья-то упитанная физиономия.

- Чего надо? – Спросил привратник.

- Поучтивее, молодой человек, - возмутилась Одрим. – Так разговаривать с пожилыми дамами, как я люблю говорить, неприемлемо.

- Хех, - только и сказал хам, закрывая окошко.

- Да как ты смеешь, да я сейчас… - Одрим принялась барабанить в дверь.

- Чего надо? – Спросила, вновь возникшая физиономия.

- Немедленно впусти меня, я мать настоятельница храма южных богов.

- Ага, щас.

Хамов вообще ни кто не любит, разве только их несчастные матушки. И Одрим тоже их не любила. Она не стала больше барабанить, решив поступить с хамом по-хамски.

***

Послушник Грамм из храма богов города Руббин, был самым лучшим привратником из всех. Он всегда был на месте и никогда никого не пускал. Не важно, кто стоял у двери храма, все попытки попасть в него обернуться провалом. Самому епископу Мудэру однажды пришлось ждать смены привратника, чтобы попасть в свой же храм. Грамм был слеп, ровно настолько, насколько туп и груб. В смутных очертаниях белых одеяний епископа он легко мог узреть говорящую овцу. Сам Грамм был обычным не в меру упитанным монахом. Синюю робу для которого шили на заказ. А его физиономия с поросячьими глазками, как раз закрывала дверное окошко.

В двери снова постучали. Тук, тук, тук. Это звучало как то зловеще. Стук словно ругал его, словно пытался наказать привратника. Тук, тук, тук, прямо в запертое окошечко скорее походило на так, так, так. Но Грамм не придал этом значение.



Alex Pok

Отредактировано: 08.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться