Беззаконная комета

Глава 10 (эпизод 2). Обновление от 28 сентября

 

Когда Светлана, наконец, закончила свою историю, рассказав Оле обо всем, что произошло с ней, начиная с последних дней пребывания в Смольном и вплоть до сегодняшнего дня, внимательно слушавшая ее тетушка с тяжелым вздохом выпрямилась на оттоманке.

- Пресвятая Богородица! Правду говорят: «в тихом омуте…». Я знала, что за твоей ангельской наружностью скрывается настоящий чертенок, но не подозревала, что до такой степени. В Вильно доходили слухи, что тобой увлекся великий князь Михаил, но такого я и вообразить не могла! А что касается Алексея… - Оля взглянула на помрачневшую девушку, - то я давно надеялась, что рано или поздно он падет в твоих глазах. Хорошо, что это произошло именно сейчас, и глупая влюбленность в него не застилала тебе глаза, когда ты встретила своего жениха.

- Алексей уже в далеком прошлом… Сейчас меня интересует только Миклош.

- Ты любишь его? - спросила Оля.

- Да, - без колебаний кивнула Светлана. - Я не мыслю своей жизни без него, но слова Джорджа вновь оживили сомнения, которые казались мне давно искорененными. Мне казалось, что Миклош принес мне высшее доказательство своей любви, - ведь он сказал отцу, что откажется от меня, если поймет, что я буду счастлива с другим. Так я думала до сегодняшнего дня. Но теперь я знаю, что его поведение вызывало подозрения не у меня одной. И что же мне делать?

- Прежде всего - довериться своему отцу, - мягко заметила графиня Платер. - Неужели ты думаешь, что будь у него хоть малейшее сомнение в честности Батори, он позволил бы вам обручиться?

- Но если Миклош и в самом деле так коварен, он мог обмануть и моего отца.

Произнесенные слова обожгли ей губы, словно богохульство. Доверие к Миклошу было слабым зеленым ростком, едва пробившимся из земли, но упорно тянущимся к свету, к жизни. Но что останется от него теперь, когда грубый сапог англичанина так безжалостно придавил его к земле?

- Ну, знаешь ли, милая моя, это уже слишком, - строго сказала Оля. - Я достаточно хорошо знаю твою мачеху, она, конечно, не ангел, но я никогда не поверю, что она могла пасть так низко.

- Даже если он любит ее без взаимности, - вздохнула Светлана,  – это ничего не меняет…

Оля поднялась с оттоманки и медленно прошлась по комнате.

- Знаешь, - задумчиво проговорила она, - подоплека откровений твоего английского друга мне, пожалуй, ясна. Он неравнодушен к тебе, это не вызывает сомнений, но речь сейчас не об этом. Я не знакома лично с Миклошем Батори, но, насколько мне известно, репутация его в свете безупречна, чего нельзя сказать о его младшем брате, - тут, как это ни печально, лейтенант Каткарт прав. Ни для кого не является секретом, что Иштван Батори – само воплощение безнравственности. Он скомпрометировал уже не одну молодую девушку, но если бы дело ограничивалось только этим! Он не только завзятый Дон-Жуан, но еще и дуэлист, возведший кровавые поединки в ранг рядового развлечения, отчаянный кутила и игрок…

- И, разумеется, все убеждены в том, что старший брат является точной его копией? - с горечью ответила Светлана.

Опустившись на оттоманку, Оля ласково положила руку на плечо племянницы.

- Я не говорила этого. Но ты уже достаточно взрослая, чтобы понять: дурная репутация одного брата неизбежно накладывает тень и на другого. Тем более, что, как говорят, Миклош Батори - человек не вполне обычный. Даже из твоего рассказа можно понять, что он дерзок, отчаян, загадочен, фантастически обаятелен и остер на язык, - по сути, те же самые качества, которые довели до беды Иштвана. Я полагаю, что именно это обстоятельство и стало основой для подозрений твоего друга.

- Но что же мне делать, Оля? - жалобно отозвалась Светлана. - Как я могу связать с ним свою жизнь, если не верю ему? И в то же время я чувствую, что готова смириться со всем, абсолютно со всем, лишь бы только он был со мной рядом.

- Сколько вы уже не виделись с ним? - после паузы спросила Оля.

- Через три дня будет месяц и три недели. Не знаю, сколько еще я способна выдержать вдали от него.

Тетушка покачала головой:

- Сильно же ты обидела его. Знаешь, что-то подсказывает мне, что будь его интерес к тебе корыстным, он стерпел бы любую обиду, и не оставил бы тебя так надолго, боясь, что это расстроит предстоящий брак.

- Я все время повторяю себе это, - ответила Светлана, - но скажи мне: если Миклош любит меня, как же он может так долго жить в разлуке?

- А ты? - воскликнула Оля. - Ведь и ты ведешь себя точно также, хотя виновата во всем сама.

- Я знаю это, - без сил простонала Светлана, - но как я могу сделать первый шаг, зная, что он так обижен на меня?

Несколько минут Оля молчала, сосредоточенно обдумывая что-то и, наконец, ее хорошенькое личико озарила лукавая усмешка.

- Ну что ж, - проговорила она, - если ты не способна сделать это сама, придется помочь тебе. В конце концов, для чего еще существуют тетушки, как не для того, чтобы помогать своим племянницам?

- Что ты имеешь в виду? - медленно выговорила Светлана, сердце которой внезапно часто забилось.

- Я имею в виду, что Царское Село не так уж далеко от Петербурга, а к Красному еще ближе, и если мы отправимся в путь рано утром, то прибудем к месту назначения уже к обеду! - весело провозгласила Оля. - Если мне не изменяет память, у твоего отца имеются прелестные апартаменты в Китайской деревне.[1] Мы пробудем там до тех пор, пока вы с Миклошем, наконец, не выясните отношения, и я не застану вас в объятиях друг друга где-нибудь в укромном уголке. И тогда я, наконец, смогу считать свою миссию выполненной!



Марина Одинец

Отредактировано: 27.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться