Биохимия против

5

"Все алкоголики заканчивают свой путь именно в таком месте", — вот первое, что пришло мне в голову, когда я очнулся. Грязь, плесень, сочащиеся влагой трубы и мерзкое зловоние. Зловоние? Я повернул голову, и только тут сообразил, что лежу на полу без скафандра и шлема.

"Допился, — подумал я. — Но кто меня раздел? Вышибалы из казино? Обездоленные бродяги в надежде найти пропитание? Или крысы-мутанты?"

Сознание постепенно прояснялось, и я узнал антураж челнока Десятова. Значит, Тюлькину удалось вытащить нас из заварухи. Но как? И где сам Тюлькин?

Кое-как поднявшись на ноги, я добрался до пульта управления. Значка нигде не было: ни на панели, ни в кармане брюк. А значит, управлять челноком я не мог.

Я включил обзорный экран.

На расстоянии пятнадцати метров от челнока кипела битва.

Погрузчики замерли в нелепых позициях. Несущие конструкции разбиты в клочья. Гусеницы сорваны и пламенеют на песке. Кто мог сделать такое?

Поодаль вжались в грунт фигуры в скафандрах. Фигуры вели ожесточённую стрельбу по пузану в оранжевом, но промахивались. Промахивались отчаянно, дико. Лазерные лучи искривлялись, буравя песок в метре от пузана, плазма билась, но опадала, не достигнув цели. В пузане я узнал Тюлькина.

Он взмахнул рукой. Видимо, не в первый раз, так как противники тут же прекратили стрельбу и побежали прочь. Но это не остановило Тюлькина. Рука его налилась светом, вспыхнула и толстый канат плазменной дуги пробежал от Тюлькина к одному из автопогрузчиков. Прыгун развалился, посыпались обломки. При малой силе тяжести они плавно опускались на землю, как в замедленной съёмке. Но луч не остановился. Подобно разряду молнии, он разветвился и ударил в два других прыгуна. Те взорвались металлокрупой. От них шнуры, уже истончившись, перекинулись на новые цели и так, каскадом, разбежались по округе, постепенно затихая.

Один из малых усиков Тюлькинского удара угодил в фигурку. Фигурка упала. Другие развернулись и, паля из всего наличного арсенала, устремились назад, к челноку.

Судя по всему, мы побеждали, а противник нёс потери. Но меня это не радовало.

Я не знал, сколько прошло времени, но рано или поздно — а если окно в блокаде уже открылось, то очень скоро — на заварушку обратит внимание Хопкингс. Что он решит: высадить десант или раздолбать астероид? В любом случае, Тюлькину не устоять. Это сейчас он сдерживает горняков, пользуясь их малочисленностью и тем, что они атакуют только с одной стороны. Но против боевого десанта Санитарной Службы, опытных ветеранов, прошедших выучку по подавлению очагов сопротивления, Тюлькин не выстоит. Если же будет решено уничтожить астероид, то… Нет, стремление обладать артефактом перевесит. Для Хопкингса люди — пыль, он будет гнать их хоть в пекло, если есть шанс получить желаемое. Бомбардировки не будет. Пока не будет.

Противостояние возобновилось: подручные Добкинса зарылись в грунт и вели стрельбу по Тюлькину, тот же отклонял огонь в стороны. Скорее всего, Хельмут-лошадиная морда вышел на связь с патроном и получил указание сдерживать беглецов до подхода основных сил. Или додумался сам. Неважно. Время играло против нас.

Время! Я посмотрел в угол экрана. Окно открылось семь минут назад! Связь с астероидом восстановлена, Хопкингс уже в курсе происходящего. Десант, скорее всего, в пути. Нужно немедленно стартовать!

И тут я впервые понял, что не слышу звуков. Вообще. Понятно, что звуков боя я не ощутил бы в любом случае, в безвоздушном пространстве астероида их попросту нет. Но я не слышал и маскировочные шумы челнока, не слышал щелчков, нажимая кнопки на пульте, не слышал своего дыхания, стука сердца в конце концов. Я открыл рот и гаркнул — ничего. Я потянулся руками к ушам. На их месте ощущались какие-то бугристые наросты, по форме похожие на крупные морские раковины с тонкими жёсткими отростками. Что за чёрт?!

Я зажмурился и заорал во всю мочь:

— Тюлькин!!!

В голове что-то хрустнуло и раздался голос:

— О, приятель, ты очнулся!

Голос звучал прямо в голове, как будто мне в центр черепа вставили динамик.

— Тюлькин? — спросил я.

— Ага. Лев Тюлькин, для друзей Лёва.

— Что случилось? Почему я слышу твой голос у себя в голове? Что вообще происходит?

Вместо звукоподобного ответа я получил пакет информации, отчёт за прошедшие полчаса. Голова закружилась, я сел в размочаленную плетёнку, которая, конечно же, была лишь видимостью, а на самом деле рухнул в отличное пилотское кресло.

Глазами и всеми органами чувств Тюлькина я заново пережил наше бегство, погоню и добрался до того момента, как попросил бедолагу о помощи, а сам отрубился.

Из моих тогдашних объяснений Лев понял, что нужно избавиться от преследователей, и транслировал пожелание артефакту. Но как? Древняя фигурка не обладала магическими способностями, она могла лишь трансформировать биологию просителя. В итоге Тюлькин получил те самые ушные ракушки с усиками, которые оказались органами телепатического воздействия. Я, находясь в шкуре рудокопа, пережил мутацию от начала и до конца, и понимал теперь, что изменения затронули не только уши, но и задние отделы мозга. Увы, ничто не даётся бесплатно. Возможно, если бы у артефакта было больше времени, ему удалось бы врастить новый орган, расширив черепную коробку, и вывести рецепторы на макушку или куда-нибудь ещё, а так пришлось пожертвовать центром слуха. Взамен Тюлькин приобрёл способность передавать ментальные команды, чем и воспользовался. Головорезы Добкинса замерли, получив телепатический приказ. Я чувствовал напряжение, с которым Тюлькин удерживал мышцы противников в бездействии. Это было невероятно сложно. Иметь способность и уметь её пользоваться — две разные вещи. Без практики, без опыта неофит-телепат вынужден был давить "по площади", буквально замораживая людей. Расстояние тоже играло роль, и стоило нашему прыгуну добраться до челнока, как добкинцы опомнились и ринулись в атаку.



Павел Пименов

Отредактировано: 03.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться