Биохимия против

6

Первая картина настигла меня, когда я нахлобучивал шлем. Жажда терзала меня всё больше, и я машинально приложился к питьевой трубке, забыв, что, благодаря новым способностям организма, я потребляю воду как сильное опьяняющее. Мощный удар по сенсорным клеткам отправил меня в прошлое Тюлькина.

 

— Глаша, иди ко мне!

Сидящая на корточках молодая блондинка в голубом бальном платье подзывала девочку лет пяти. На девочке карнавальный костюм феи: островерхий колпак с воздушной лентой, длинное платье с открытыми руками цвета фуксии, декоративный плащик. В руках кроха держит серебристую палочку со звездой на конце. Вокруг шумит веселье: носятся дети, летают воздушные шары и конфетти, играет музыка.

(Это моя жена Ирина и дочь Глаша.)

Изображение женщины потускнело, потеряло краски и слилось с выцветшим фоном. Звуки пропали. Малышка удивлённо развернулась на камеру. Завитые локоны растрепались, скрывая овал лица. Палочка пропала, как и накидка. Девочка расставила пустые ладошки и надула губки.

(Запоминай.)

Крохотный носик, пухлые щёчки с румянцем, светящиеся глаза. Шея, тонковатая для пятилетки, маленькие ручки. Объёмное платье. Ножки в башмачках с детскими перемычками у подъёма стоп.

(Запоминай.)

Рядом возникла статуэтка. Масштаб сравнялся с фигуркой девочки. Они были очень похожи, если убрать мелкие детали. Колпак и волосы Глаши складывались в голову статуэтки. Платье напоминало торс артефакта. Руки, шея, ноги — всё совпадало.

(Запоминай. Для контакта нужен образ.)

Изображения совместились.

На меня смотрела инопланетная девочка. Я знал, что это именно девочка, что она немного расстроена и при этом любопытна. И я знал, что это моя дочь.

(Только так ты сможешь достучаться. Запомни, статуэтка — это Глаша.)

 

Зрение вернулось, но видение не исчезло сразу, прозрачными контурами оно накладывалось на видимый пейзаж, постепенно бледнея.

За время ментальной передачи я выбрался из челнока и прошагал большую часть пути к Тюлькину. Противник меня заметил, и пыльные дюны выплюнули огоньки разрядов. Лев был начеку и отвёл залп в сторону.

Я судорожно глотнул изрядно воды. Нет, всё-таки не стопроцентный спирт, и горло не дерёт, но градусов восемьдесят есть. Отчего так, я не знал. Неужели эффект пропадает со временем? Это было бы замечательно, но верилось с трудом. А может, сказались последующие изменения, сделанные для ментального общения? Из детских сказок я помнил, что экстрасенсорное восприятие зачастую пробуждается под действием психотропных, наркотических веществ, и в книгах большинство героев с паранормальными способностями постоянно находилось в поддатом, если не сказать больше, состоянии. Так что с этой точки зрения моя алкоголизация только в плюс. Хотя я не припомню ни одной истории, в которой медиум, погружаясь в транс, брал на грудь столько, что не вязал лыка. Стоит проверить.

Я присосался к питьевой трубке.

Шумело в голове, ноги выписывали кренделя, предметы двоились, но я упорно продолжал поглощать жидкость.

Где-то на втором литре в меня стала поступать незамутнённая родниковая вода. Или мне так показалось.

В двух шагах грунт взорвался фонтаном пыли. Через подошвы я ощутил сильную вибрацию. Эксперимент пришлось отложить до более спокойной обстановки.

Я с трудом доковылял до Тюлькина и икнул. Лев неодобрительно посмотрел на меня. Я ответил возмущённым ментальным посылом, напоминая поборнику трезвости его собственный вид в момент нашей первой встречи.

— Всему своё время, — рассудительно заметил Тюлькин.

Как он повзрослел. Конечно, я мало знаком с этим чудаком из шахты, но не мог он и мозгов попросить у артефакта?

Мне не удалось скрыть свои мысли, на таком расстоянии наши сознания с трудом сохраняли обособленность, тем более моё. Если бы не скафандр на мне и энергополе вокруг Тюлькина, я прижал бы друга к груди и заплакал от счастья, настолько мой организм пропитался алкоголем.

И тут меня накрыла вторая картинка.

 

Просторный бункер в минимальном оформлении: стены беж, металлостолы, стулья, ряды световых панелей на потолке. Много людей, большинство в военизированной форме. Бородачи, усатые, бритые — на всех лицах отражена тревога. Стопки кристаллодисков. Над центральным столом голокарта.

Импозантный крепыш в строгом мундире обращается ко мне:

— Лев Николаевич, ваше задание сложное, но важное. Нам не хватает данных о предполагаемых действиях Земли, о перемещении грузов, техники и боевых подразделений. Каналы открытой связи под цензурой. Вам, как и вашим товарищам по курсам разведки, предстоит под легендой проникнуть глубоко в тыл империи и жить обычной жизнью простого рабочего. К вам будет прикреплён связной, переданы пароли и места предполагаемых встреч. Постарайтесь регулярно выходить на связь, но не подвергайте себя излишней опасности. Никакого саботажа, я настоятельно прошу. Никаких диверсий без согласования с центром. Помните, что для нашей победы нет ничего ценнее переданной вами информации. Меры воздействия и точки ударов будет определять штаб, и ваши самостоятельные решения могут повредить нашему делу.



Павел Пименов

Отредактировано: 03.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться