Биохимия против

24. Кто так строит?!

Это была громадная каверна, многократно больше зала, откуда мы пришли. Дверь выходила на третий или четвёртый ярус-галерею, опоясывающую что-то вроде заводского цеха. Фермы, кронштейны, балки, рельсы внизу и наверху, и много-много света.

От неожиданности я замер, загородив проход Пете. Как такое огромное количество энергии ускользнуло от моего ментального поиска? Я предполагал найти забытый склад с полуразряженным аккумулятором, а вышел к промышленному цеху в, на первый взгляд, рабочем состоянии. Весь свод пещеры устилал знакомый мох. Не мог ли он служить экранирующим покрытием? Конечно, древние рептилоиды таились не от будущих кладоискателей, как мы, но раз защита двери отвергла скипетр, значит, были у строителей подземного завода враги. Я пожалел, что выжег часть обшивки прохода молнией. Если мох блокирует излучение, то теперь туннель засветился на радарах десанта как приманка. Нужно спешить.

Инженеры рептилоидов использовали всё: где необходимо — жёсткие металлические конструкции, где полезно — биологические субстанции. Мы шли словно по развалинам, заросшим лесом, но никакого запустения не чувствовалось. Вот керамическая ёмкость, к ней подведены знакомые огуречные стебли. Вот подъёмник из металла, опутанный древесными проводами. Железо, стекло, пластик, органика — во всех сочетаниях материалов виделась целесообразность. Что же выпускал этот цех? Какую продукцию?

На нашем ярусе и ярусом выше в стенах располагались однотипные двери, над которыми пятнами мха были выведены разные наборы символов.

— Смотри, — сказал я Пете. — А ты говорил, что у вас нет письменности.

— Нет, — упорствовал Петя. — И я не знаю, что это такое.

В центре пещеры возвышалась площадка с чем-то напоминающим рубку управления. Держалась площадка на десятке древесных столбов, опутанных лианами проводов.

Передо мной стоял выбор: либо обходить по периметру боковые помещения в поисках пищи, воды, информации в виде книг, предметов быта и тому подобное, либо по решётчатому переходу перебраться к центральному пульту, где, возможно, удасться разобраться в назначении и управлении заводом. Если бы я мог разделиться на две половинки или хотя бы приставить Тюлькина к Пете… Увы, обе личности, имеющие представление о механизмах и техноцивилизации, находились в одном теле, в то время как другое единолично занимал выращиватель огурцов. Я несколько секунд обдумывал идею о подсадке Тюлькина к Пете, но в конце концов отверг её. Шок рептилоида, длительные объяснения, неуживчивый характер Тюлькина — всё было против этой затеи.

Петя тем временем вывел свой стебель-шлаг на галерею.

Чуть не забыл про безопасность! Вот и дело для нашего биотехнолога.

— Петя, нас будут преследовать. И ваши менталисты, и марбаки-злодумы. Нужно выстроить защиту и от тех, и от других. Это тебе по плечу. Весь наш путь от шахты до этой пещеры либо заминировать, либо превратить в непроходимые заросли. А лучше и то, и другое. Решай сам. И ещё: попробуй разобраться в управлении мхом на стенах. Я думаю, он служит не только для освещения, но и маскирует от просвечивания.

Петя внимательно слушал.

— Если удасться покрыть мхом первый зал, проход в шахту, а то и саму шахту прикрыть, то мы от злодумов закроемся полностью. Пусть бомбят по поверхности, не страшно. — Я протянул Пете скипетр. — Вот, возьми. Может, пригодится.

Тюлькин подал сигнал возмущения, но я был уверен в своём решении. От богорты Глаши, Воробья и Аиста в этом месте проку не будет. Только возбудим защитные механизмы, как на двери. А Пете столько всего предстоит, что каждая веточка с микророботами в помощь.

— И питание на тебе, — передал я вслед уходящему в туннель Пете. — Не забудь про мою диету.

Петя утвердительно мигнул.

При таком распределении сил выбора уже не оставалось. Если я начну заглядывать в каждую дверь, то не управлюсь и к ужину. Поэтому я направился к центральному острову.

На первый взгляд ничего необычного в расположенных на площадке устройствах не было. Прямоугольные приборы с множеством кнопок, переключателей, экранчиков. Приборы громоздились на возвышениях-столах по пояс взрослому рептилоиду, а перед столами стояли брусы-скамейки. Большинство оборудования бездействовало, только на двух столах горели синие огоньки.

Но в этом и была необычность. Из рассказов Пети я представлял себе технологии древних рептилоидов на уровне современных человеческих, а то и обогнавших нас в области мыслеуправления. И ожидал увидеть что-то наподобие кресла со шлемом, передающим приказы рептилоидному компьютеру, а не нагромождение пультов докосмической эры. Как со всем этим управляться? Тыкать случайным образом в кнопки? Повертеть верньер-другой?

Своим недоумением я поделился с Тюлькиным.

— Что скажешь, Лев Николаевич? — спросил я.

— Похоже на резервный пост, — ответил рудокоп. — У нас в шахте был такой.

— И для чего он? Управлять вместо компьютеров?

— Скорее, чтобы отрубить систему, случись что. Вон, видишь, прерыватель, — Тюлькин ткнул кисточкой хвоста толстый кабель, отходящий от одного из столов.

И правда, в одном месте кабель обхватывали зубья кусачки, соединённой с ножной педалью. Нажми на педаль и зубья тут же перекусят кабель начисто.

— А вон и главный рубильник, — показал Лёва на переломанное дерево.

От упавшей верхушки расходились по площадке те самые кабели. На месте разлома блестела засохшая жидкость. Кто-то, уходя, обесточил заводик, оставив аварийное освещение и подсобные службы работать.

— Предлагаешь починить? — спросил я Тюлькина.



Павел Пименов

Отредактировано: 03.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться