Биврёст

Размер шрифта: - +

Глава 4. Их семьи.

Глава 4. Их семьи.

Впереди расстилалось море вересковых пустошей. Оно плескалось около деревушки, стоящей на отшибе, стремясь время от времени захлестнуть травяной волной человеческие домишки. Днем жарило солнце, а ночью с прохладой приходили духи. Они сторонились взрослых, но охотно играли с детьми, оставляя иней возле колыбелей. Все росло, все менялось, все пребывало в гармонии. Мертвые тянулись к теплу, солнцу, свету, к человеческим радостям, а живые изучали мертвых, чтобы не испытывать страха перед смертью.

Под крыльцом спал огромный черный Пес, смежив в полудреме четыре глаза. Его шкура, гладкая и прочная, светилась под звездным светом. Волк ночами рыскал в лесах, а утром приходил, чтобы разбудить ее своим холодным мокрым носом. Встряхивался от росы, орошая ледяными звездными брызгами, а она смеялась под ворчание мамы. Отец улыбался и отправлялся в мастерскую: чинить очередную машину.

Она требовала правды.

Они поссорились.

Она сбежала.

А когда вернулась, море травы превратилось в море крови. Оно перелилось через край и унесло их всех, оставив ее по колено в красной грязи. Мама шептала окровавленными губами, чтобы она нашла «Глаз», ее ледяная рука прижалась к ее щеке.

Волк и пес взвыли и исчезли.

– Локи! – девушка с трудом сфокусировалась на чем-то белом. Бледное лицо Леер и белый халат, накинутый на школьную форму.

– Очнулась наконец-то, – с облегчением выдохнул Штейн. Сегодня он был более растрепанным, чем обычно.

– Что?.. Где?..

– Ты в больнице, – он отодвинулся, давая Ангейе место, чтобы сесть. – Нам так и не сказали, почему.

Гин отложил в сторону книжку, Джет жевал огромный бутерброд, Штейн и Леер сидели на краешке ее койки.

– А, – промямлила Локи, с трудом села, провела рукой по волосам и заметила щупальце капельницы в вене. Глухая, ноющая боль начиналась в ноге, поднималась в правую руку и охватывала голову тяжелым железным обручем, концентрируясь в затылке и приглашая снова лечь на удобную прохладную подушку.

– Так что же случилось? – наконец спросила Леер.

Покачав головой и вздохнув, она отвела взгляд. Пауза затягивалась. Леер нахмурилась, открыла рот, чтобы выдать тираду, но ее прервал Кагерасу, выскользнувший из неприметной двери уборной. Ноги, руки, шея, – все, что оставалось незакрытым одеждой, было перевязано бинтами. Рассеянный взгляд и неуверенная походка говорили о количестве принятых обезболивающих лекарств. Проковыляв ко второй койке, он задернул полог. Скрипнули пружины, зашуршало одеяло и все стихло.

– Дела Домов? – хмыкнул Гин.

– А почему вы вообще в одной палате? – несколько ревниво спросил Штейн под хихиканье Джета.

– Полковник Риан сказала, что нас так проще охранять, – сердито ответила Локи.

– Полковник Риан? – хором спросили Гин и Леер.

Из-за занавеси раздалось саркастическое покашливание. Локи прижала палец к губам и выразительно указала глазами на ширму. Не успела Леер ответить, как дверь в палату распахнулась и внутрь ворвалась Кира Гиалп, поправляя съехавшие очки.

– Вот ты где, Зик Штейн! – выпалила она. – Выздоравливай, Ангейя! – она бросила Локи яблоко. Леер закатила глаза.

– Пришла, кого не звали, – простонал он. – Я отбыл все наказания, что тебе еще надо?
Кира покрылась лихорадочным румянцем.

– Твой сосед по комнате жалуется, что ты разводишь антисанитарию.

– Гин, ты на меня жалуешься? – удивился Зик. Гин досадливо поморщился, потому что ему мешали читать, снял очки с носа и засунул в карман.

– Ну, пару раз пожаловался Джету, что ты обожаешь разбрасывать свои вещи по комнате…

– Так ты подслушиваешь личные разговоры? – хихикнула Леер, чуть прищурившись. – Или только те, в которых говорится о Штейне?

Кира покраснела еще больше, и было неясно: от гнева или от смущения

– Я… я…   

– Во имя Ярлодина!.. – Гиафа сорвал шторку, раздраженно оглядывая участников спектакля.

– Вы можете выяснять свои личные отношения в другом месте? И мне, и Ангейе нужно поспать. А вам, староста-ас, лучше проследить, чтобы все виноватые были наказаны вовремя, – сказал, как отрезал и задернул полог.

– Не хочется соглашаться, но он прав, – сказала Леер, подмигивая Кире. – Завтра после занятий к тебе Джет с Гином забегут.

– А вы с Зиком?

– Мы пересдаем экзамен у профессора Вёлунд, – вздохнула Герд.

Когда они вышли, Локи некоторое время сидела, уставившись в стену и прокручивая в голове сон, слова Мори Мунина и доктора Ай, которую вёльвы затолкали в фургон возле бара. Рассеяно скользя взглядом по стенам, она заметила свою куртку, аккуратно сложенную на стуле. Из кармана все еще торчал клочок записки. Протянув руку, она осторожно выдернула ее и перечитала: «У Ярлодина скажи пароль. Держи Глаз открытым». Что должен был передать Мори Мунин? Несмотря на отчаянные крики внучки, Скай передала Рема и Мори старшему лейтенанту Реймару и захлопнула перед Локи дверцу автомобиля. Не в силах выдержать тяжелый взгляд Рема, Ангейя вперилась в свои кроссовки и испачканные в крови руки. Предательница. 



Ирина Итиль

Отредактировано: 03.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться