Благословлённые Тьмой, проклятые Светом (книга 3)

Глава седьмая

Глава седьмая

«Не понимаю я тех, кто не может признать собственные ошибки.

Вот я бы легко мог признать свои ошибки. Конечно,

если бы их когда-нибудь делал»

(Из наблюдений императора Нахшона II)

– Я не понимаю, зачем это всё… – простонала ведунья.

Несмотря на жару и духоту, её колотил озноб. Пот тёк по спине едва не ручьями, но влажные дорожки тут же в лёд превращались, и дрожь пробирала до позвоночника. Хотя в помещении вполне реально дышать было нечем. В крохотный квадратный зальчик со стенами едва ли в пятнадцать шагов длинной, набилось слишком много народа: жрец, его помощники числом в пять шаверов, семь членов совета старейшин, Дан, Арха, и Адин с Шаем. А помещение освещало десять светильников, невыносимо воняющих горелым маслом и нагретой медью.

Впрочем, пахло тут вообще отнюдь не розами. И к запаху светильником примешивалась едва уловимая, но дико раздражающая вонь плохо замытой и успевшей разложится крови. А чёрные стены, потолок и пол, выложенные отполированными до зеркального отражения базальтовыми плитами, давили. Когда кто-то двигался, создавалось полное ощущение, что и стены шевелятся.

Впрочем, здесь всё было чёрным и зеркальным. Каменные кресла старейшин, статуя Тьмы, в нарушении всех канонов изображающая не абстрактный провал, а женщину, закутанную в покрывала и с закрытым лицом. И алтарь отражал тёмным зеркалом. От простого куба в рост взрослого демона несло почти ощутимой жутью.

– Арха, я понимаю, для тебе это тяжело. Но, поверь, если бы существовал другой способ отыскать Ирраша…

Адин, стоявший за спиной девушки, в этой черноте казался настоящим привидением. И дело не только в его светлых волосах. Лицо демона запросто могло поспорить цветом с простыней. Правда, и Шай, вроде бы небрежно привалившийся к стене, выглядел ничуть не румянее. Вряд ли гвардейцев донимала духота. Скорее уж они гораздо лучше Архи понимали, что тут происходить будет.

– Я не об этом говорю. Честно, для того чтобы ушастого найти, сама сделаю что угодно. Но это дичь какая-то!

– Не дичь, ­– отозвался Шай непривычно резко. Кстати, от его вечной улыбки тоже ни следа не осталось. – Это как раз и есть «всё что угодно».

– Просто шаверы придерживаются начального канона, – пояснил Адин, искоса глянув на блондина и, кажется, послав ему какой-то только им двум понятный сигнал. – И именно благодаря своим традициям, они могут практически общаться с Тьмой.

– Но хаш-эды же тоже могут? – голос у ведуньи не только дрожал – она ещё и гласные жалобно тянула.

И ничего с этим поделать не могла. Хотя стоило бы и собраться. Ради Дана – точно стоило. Не хватало только чтобы он за неё переживал.

– Нет, не могут, – поморщился синеглазик, – она им даёт определённые силы и умения, но не ответы.

– Да какие каноны стоят того, чтобы мучить?! Неужели нельзя по-другому?

– Десять раз сказано, что нельзя! – рыкнул Шай, которого ведунья, кажется, всерьёз раздражала.

– Арха, такое поклонение Тьме, как у шаверов, требует жертв – крови и боли. Именно их и никак иначе.

– Ну, так давайте барана зарежем! – проскулила ведунья, глядя на голого по пояс Дана, с деловитым видом обсуждающего что-то со жрецом. – Будет и кровь, и боль. Да ещё мясо пожарить можно.

– Это не жертва, а откуп, – терпеливо пояснил Адин. – Тьма же требует именно жертвы. И для поиска нужен тот, кто сильнее всего связан с Иррашем. Почему это так, я сказать не могу, не жрец. Но условия именно таковы.

Шай открыл было рот, видимо, собираясь что-то возразить, но Адин его перебил.

– Я сказал «связан». То есть, связь должна работать в обе стороны! – рявкнул ивтор так, что ведунья даже шарахнулась от него.

Рявкающий синеглазик для и без того вибрирующих нервов был слишком болезненным впечатлением.

– Да заканчивай цыклиться, – рыкнул в ответ Шай. Лекарка заметила, что его ладони, сунутые подмышки, сжаты в кулаки. Оба демона выглядели готовыми вцепиться друг в друга, – я вообще этот вопрос трогать не собирался! Прекращайте воду толочь. Все так, а не иначе. И закроем тему. А Арху я серьёзно предлагаю просто вырубить и не устраивать пляски с бубнами.

– Понимаешь ли, девочка, – зашелестел над ухом какой-то потусторонний голос, – тут мы сталкиваемся с исконно демоническим понятием «моё».

Ведунья отпрянула, налетев на Адина.

– Не пугайся. Я тебе зла не причиню.

Говорящий оказался не призраком и не воплощением Тьмы, а всего лишь шавером. Наверное, одним из старейшин. Но выглядел он так, словно мог лично наблюдать Великий Исход.

Старик усмехнулся, продемонстрировав розовые и гладкие, без единого намёка на зубы, дёсны. Несмотря на его слова, испуг лекарки этому допотопному монстру явно пришёлся по душе. Арха, несколько резковато, выдернула плечо, за которое её придержал Адин, и выпрямилась.

– Я и не боюсь, – ответила ведунья, вытирая вспотевшие ладони о платье.

Хорошо, что под покрывалами это можно было сделать незаметно.

– Люблю смелых девочек, – мерзко хихикнул старикан. – Но мы говорили о том, что демоны вкладывают в понятие «моё». Поверь, для них это значит очень и очень многое. Они же жуткие собственники, демоны-то. Как дети с погремушками, честное слово. Никогда не пробовала у младенца его игрушку отобрать? Такую истерику учинит! Вот и эти так же. «Моя вещь», «мой друг», «моя женщина». Всё, что они называют «ближним кругом». А, по сути, это просто то, что они своим считают. То есть, принадлежащим лично им.



Катерина Снежинская

Отредактировано: 25.07.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться