Благословлённые Тьмой, проклятые Светом (книга 3)

Размер шрифта: - +

Глава шестнадцатая

Глава шестнадцатая

Самый надёжный друг – это друг с крепкой нервной системой

(Из наблюдений мистрис Шор)

Первая настоящая весенняя гроза решила разразиться вечером, почти ночью. Главное, что бури ничто не предвещало. Целый день стояла тёплая ясная погода. Только солнце садилось в пухлые, будто взбитое одеяло облака. Но вместе с темнотой рухнул ливень. А следом за ним принесло и ураганный ветер. Мощный, но порывистый, то налетающий, сбивающий с ног, то затихающий, словно прячущийся в засаде, он едва не сорвал пологи госпитальных палаток. А одну – пустую – унёс всё-таки в чернильную пропасть ночи.

Арха с Ирруш, не без помощи раненых, кое-как закрепили тенты, гнущиеся под напором ошалевшего дождя. Да так в палатке и остались. Даже в каптёрку идти было страшновато, не то, что домой. Промокнуть ведунья не боялась. Но пока они дополнительные колья вбивали и верёвки натягивали, лекарка едва не заблудилась. Дождь сёк лицо, ветер бросал воду щедрыми пригоршнями, а вокруг непроглядный мрак – не видно даже кончиков пальцев на вытянутой руке. В такую погоду немудрено заплутать в двух шагах от жилья.

Как назло, Адашу именно сегодня приспичило куда-то отослать всех гвардейцев, кроме Адина. Представлять, как демоны пробираются по раскисшей дороге или вымоченному до корней лесу тоже не хотелось. Не хотелось, но представлялось. Настроение, конечно, такие мысли не улучшали.

Хорошо хоть Ллил после обеда домой ушла. А то куковали бы тут вместе. Хотя в пустой избе одной тоже не слишком весело. Правда, в такую бурю и в компании не празднично.

Арха седела, нахохлившись над масляной лампой, зябко поводя плечами. И шаль, и плащ намокли так, что их пришлось отжимать. И никакой надежды на то, что одежда просохнет возле маленьких жаровен, не было. Ирруш, примостившаяся на низенькой скамеечке неподалёку, время от времени косилась на ведунью. Но видимо, лицо у девушки отличалось повышенной мрачностью. Потому что неугомонная беса даже рта не раскрывала.

За спиной лекарки негромко и, чего уж там скрывать, слегка напугано тихонечко переговаривались раненые и больные, обсуждая каждый удар грома. Ещё их интересовал вопрос: выдержит ли просмолённая парусина тентов такой водопад или нет, протечёт. Арху это тоже интересовало. Но не слишком сильно. Она просто ждала, когда буря закончится.

А под грудиной свернулась сосущим комком неопределённая тревога. Беспредметная и беспричинная, но совершенно точно не имеющая никакого отношения к грозе.

– Можно присесть?

Ведунья подняла голову, глядя на стоящего рядом шавера. И пожала плечами, снова уставившись на лампу. Демон неуверенно помялся, кажется, собираясь уходить. Но всё-таки сел рядом – прямо на землю.

– Я тебя так и не поблагодарила. За помощь там, на поляне, – буркнула лекарка, сообразив, что молчать невежливо.

Теперь неопределённо пожал плечами господин Каррен.

– Так на моём месте поступил бы каждый, это мой долг, обращайтесь и всё такое, – усмехнулся лейтенант.

Наверное, это стоило счесть за шутку. Впрочем, все шаверы страдали отсутствием чувства юмора. Эдакая характерная расовая черта.

Помолчали, прислушиваясь к злобному завыванию ветра и щелчкам дождевых струй по натянутой парусине.

– А тебе совсем неинтересно? – подал голос демон.

– Что неинтересно?

– Ни о чём не спрашиваешь… – Каррен переплёл пальцы и вытянул руки вперёд, вывернув ладони наружу. Видимо, чувствовал он себя не слишком уютно. – Всё-таки я не чужой. Вдруг у тебя братья-сёстры есть? Да и наследство опять же.

– Прости, не хочу хамить, но ты мне никто, – Арха сгорбилась ещё сильнее, жалея, что у неё с собой нет даже пледа, чтобы закутаться. – Наследство не интересует и я никаким боком на него не претендую. А гипотетические братья и сёстры вряд ли захотят такую родственницу видеть. Хотя что-то мне подсказывает, нет у тебя никого.

– Верно, нет, – хмыкнул демон. – Не удосужился семьёй обзавестись. Только ты вот.

– И ещё пара сотен бастардов по человеческим деревням?

– Ты чего злишься?

Ведунья выпрямилась, двумя пальцами потёрла переносицу.

– Я не злюсь, – вздохнула она. – В смысле, на тебя не злюсь, правда. Не знаю, с чего ты вдруг решил начать родственника изображать. Но меня это не слишком и интересует. Пойми, я к тебе никак не отношусь. Ну, просто мимо пробегающий шавер.

– Так вроде как…

– Так вроде как я из твоего семени получилась? А какая разница? Твоё оно или кого-то другого? Мать мою ты изнасиловал. Ну, неприятно, конечно. Только ведь тоже не трагедия. Я её не знала. И это знаменательное событие не у меня на глазах произошло. Поэтому никаких претензий не имею. Но, прости, с воплями: «Папочка!» на шею тоже бросаться не собираюсь.

– Вообще-то, я имел в виду, что ты меня спасла, – внимательно выслушав Архину речь, спокойно закончил свою мысль демон. – Но, скорее всего, на это ты ответишь что-нибудь вроде: «Это мой долг!». И будешь права. Ладно, в отцы я навязываться не собираюсь, если ты уж сама не хочешь.

– Только не говори, что всю жизнь просто мечтал о такой дочери, как я! – усмехнулась ведунья.

– Не буду. Честно говоря, я о дочерях вообще не мечтал. Про сыновей думал, было дело. А девчонки… Мне они представлялись эдакими куклами в рюшечках и бантиках. Сама понимаешь, от таких мыслей скорее дёргает.

– А от меня, надо думать, не дёргает?

Арха, наконец, соизволила повернуть голову, глядя на отца. Вот глаза она унаследовала от него в полной мере – этого не отнять. У Каррена они были в точности такого же оттенка: больше зелёные, чем жёлтые, но с медовой теплотой. Дан уверял, что по цвету они точь-в-точь как топазы.



Катерина Снежинская

Отредактировано: 25.07.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться